Дотянуться до звёзд - Эмма Скотт

За минувшую неделю мы с Коннором почти не разговаривали. Я делал вид, что слишком занят учебой. У меня не было выбора. Чем больше я показывал, как сердит из-за того, что Коннор использовал мое стихотворение, чтобы затащить Отем в постель, тем больше он недоумевал о причинах моей злости.

– Сегодня вечером Коннор идет на вечеринку в «Дельту», – заметил я. – Ты идешь с ним?

Отем покачала головой.

– Мне слишком много задали по учебе.

– Но он хотя бы пригласил тебя?

– Конечно.

– Хорошо. – Отем подняла брови, и я пожал плечами. – Он временами бывает небрежен, когда дело касается важных вопросов.

Она улыбнулась, но улыбка быстро погасла.

– Вообще-то, с минувшего воскресенья мы почти не разговаривали.

Я стиснул зубы.

«Коннор, ты урод».

– Вот как?

– Ну, ведь мы оба очень заняты. – Ее лицо слегка посветлело. – Ты знал, что Коннор пишет стихи?

– Глядя на него, такого не скажешь.

– Я прочитала всего одно, посвященное мне. – Щеки девушки порозовели. – Ты его читал?

– «Сон нейдет, я в холодном поту твое имя с трудом выдыхаю»? – спросил я.

– О боже мой. – Отем закрыла лицо руками, потом одним глазом поглядела на меня. – Да, то самое.

Я усмехнулся. Смущение очень ей шло.

– Не очень хорошее стихотворение.

На ее покрасневшем лице отразилось изумление, она швырнула в меня салфеткой и засмеялась.

– Оно очень хорошее! Наверняка ты перепилил Коннора пополам из-за этого стиха.

– Только потому, что он может писать лучше.

– Ты полагаешь? – Взгляд ее стал мечтательным. – Хорошо бы он написал еще что-нибудь.

– Вот как?

Отем поджала губы и насмешливо посмотрела на меня.

– О, нет, одного любовного стихотворения девушке вполне достаточно, спасибо. Пожалуй, мне его хватит до самого Дня святого Валентина. Минимум.

Я рассмеялся.

– Я просто хотел сказать, что не все любят поэзию.

– А я люблю.

«Я это знал. Если бы все было по-другому, я писал бы для тебя стихи каждый день…»

– Ты как-то сказала, что красивых слов недостаточно, за ними должно стоять настоящее чувство, – тихо проговорил я.

– Верно, – ответила Отем. – Но это стихотворение мне показалось очень искренним. Это не просто красивые слова, оно очень…

– Откровенное, – подсказал я.

– Да! – Ее лицо осветилось улыбкой. – Это стихотворение откровенное и прекрасное. Мне понравилось каждое слово. Не ожидала услышать такое из его уст.

– Он хочет выражать свои чувства, – сказал я. – Хочет рассказать, что чувствует к тебе. Для парня вроде него это не всегда легко. – Я постукивал ручкой по столу. – Он как-то раз признался мне в этом.

Отем кивнула.

– Я так рада, что он это сказал. Должна признать, я много жду от отношений. Я так старалась не торопить события, но… – Она пожала плечами. – Похоже, я все-таки из торопливых.

«Что в переводе означает: целую неделю не разговаривать с парнем, с которым только что переспала, – это слишком долго».

– Коннор тоже был занят всю неделю, – выдавил я через силу. – Но он постоянно говорит о тебе.

Отем просияла.

– Правда?

– Ага. – Я стал постукивать ручкой по тетради с удвоенной скоростью. – Он посещает поэтический класс, чтобы усовершенствовать свои навыки стихосложения. Ради тебя.

– Вот как?

В полумраке пекарни глаза Отем сияли, точно два драгоценных камня.

Я кивнул.

– Это так мило. – Она покачала головой. – Больше, чем просто мило. Мои отношения с бывшим парнем закончились очень плохо, так что я даже думала, что пока не стоит начинать новые. Тем более что я обычно вкладываюсь на сто процентов.

– В этом нет ничего плохого, – заверил я ее. – Некоторые люди всю жизнь живут и палец о палец не ударяют ради других. – Моя ручка вычерчивала на листе бумаги замысловатые линии. – С твоей стороны очень смело было начать все сначала, особенно после того, как тебя обманули.

– Этот Марк заставил меня чувствовать себя чуть ли не виноватой в нашем разрыве, представляешь?

– Поверь, он просто форменный кретин. Хотя тебе от этого не легче, да?

– Именно поэтому я так рада, что встречаюсь с Коннором, – сказала Отем. – Просто невозможно находиться рядом с ним и не улыбаться. А когда я узнала, что он такая глубокая, поэтическая натура… – Она покачала головой, ее взгляд стал задумчивым. Она шевельнула рукой, и та повернулась ладонью вверх.