Мой порочный маркиз - Констанс Холл

Баррет откинулся на спинку и довольно заулыбался.

— Принцесса, позвольте, я облегчу вам душу. Кого я меньше всего на свете хотел бы сейчас видеть — так это леди Матильду.

— Значит, вы ее не любите? — Меган не отводила от него глаз.

— Было время, когда мне казалось, что я в нее влюблен. Но с некоторых пор я прозрел. Она всегда смотрела на меня как на нечто второстепенное. Я никогда не любил ее и вряд ли кого-нибудь полюблю.

— Это правда? — допытывалась Меган, всматриваясь в его лицо своими сиреневыми глазами.

— Да. — Баррет увидел, как затрепетали ее веки, словно ее ранил его ответ, и переключился на леди Матильду. — Тогда, должно быть, и прошлой ночью вы думали, что я уезжал к ней.

— Только и делала, что думала, — сказала Меган. Ее заносчивый тон как-то не вязался с тревогой на лице.

— Неужто не думали? — спросил Баррет, втайне желая услышать от нее признание в истинных чувствах.

— Нет!

— Я по глазам вижу, что думали.

— Почему я должна о вас думать? — отпиралась она. — Так ли уж важно, что вы оставили меня одну в нашу брачную ночь? — Слезы потекли по щекам. — Если вы искали общества своей любовницы, какое мне дело? И если вы не хотите быть со мной, почему я должна волноваться?

— Проклятие! — Баррет сжал в ладонях лицо Меган и заглянул в затуманенные глаза. Ее слипшиеся ресницы сейчас напоминали острые клинышки. Она смотрела из-под них с такой пронизывающей болью. — Я еще не встречал женщины, с которой бы желал быть больше, нежели с вами… — Он с трудом узнал в этом сиплом шепоте собственный голос.

Кончиками пальцев Баррет приподнял ей лицо и поцеловал в щеку. Он вкушал соленые капли, кляня себя за то, что причиняет ей страдания. Замаливая свои грехи, он привлек ее к себе на колени, чтобы поцелуями высушить глаза. Он продолжал целовать ее в щеки, нос, глаза, подбородок…

Когда губы их слились, потребность показать ей, сколь велико в нем желание, вызвала полное затмение в мыслях. Он продвинулся языком глубоко за пределы ее губ и, смакуя горячий сладкий нектар, принялся стягивать с нее фуражку. После этого просунул пальцы сквозь пучок на затылке и освободил кудри.

Она положила руки ему на грудь и смело скользнула языком к нему в рот.

Баррет застонал, ощутив ее пальцы, двигающиеся поверх его сосков. С необыкновенным проворством он расстегнул верхние пуговицы на ее громоздком пальто, вытянул из брюк рубаху и проник под нее. Рука почувствовала жар тела. Он провел кончиками пальцев по коже. Она была такая гладкая, такая шелковистая, что до боли хотелось ее целовать.

Он двинулся вверх, обратив в груду сборок тонкую сорочку под грубой рубахой. Женская грудь влилась в ладонь своей совершенной округлостью. Он положил Меган к себе на руку и заставил отклониться назад, перегнув спиной через локоть. Затем припал губами к соску и услышал, как она судорожно, с резким всхлипывающим звуком глотнула воздух. Баррет принялся дразнить маленький тугой бугорок, удерживая его зубами.

Меган испустила звук, похожий на тихое мурлыканье. Переместила руки ему на затылок и, оставаясь в той же позе, выгибала спину, чтобы придвинуть его лицо плотнее к своей груди.

Баррет распластал пальцы на ее нежной коже и стал двигаться вниз, покуда не уперся в кромку брюк. Он легко проник под них и, скользнув вдоль гладкой равнины, отыскал мягкий холмик с пушистой порослью.

Меган сдвинула ноги.

— Позволь мне потрогать тебя, моя хорошая.

Она расслабила бедра. Баррет быстро раздвинул их.

— О Баррет… — Меган обхватила его руки, тогда как бедра сами сдвинулись вокруг его пальцев.

— Пусти меня, Принцесса.

— Я никогда не чувствовала ничего подобного. Можно умереть от блаженства.

— Так наслаждайся, моя сладкая. — Баррет ускорил движения, следя, как сжимаются ее прикрытые веки, как овладевающая ею страсть отражается у нее на лице. Эти ласки все больше и больше распаляли желание в нем самом. Он пытался унять свою плоть, его дыхание стало частым и прерывистым.

Меган запрокинула голову.

— Что ты делаешь со мной?..

— Доставляю тебе удовольствие.

— Прошу тебя, прекрати… О, что я говорю! Не останавливайся. — Она тяжело дышала.

Баррет физически ощущал, что движения ее бедер подводят его собственное возбуждение к опасному пределу. И чтобы не овладеть ею прямо сейчас, ему пришлось собрать всю свою волю.

— Мне нравится то, что ты сейчас делал, — сказала она, глядя невинными глазами, еще темными от пережитого наслаждения.

— Это только вступление к ласкам любви, — надтреснутым голосом сказал он.

— Ты покажешь мне все остальное? — улыбнулась Меган, приглашая его.

— Возможно, позже. — Баррет вынул руку из ее брюк и заправил обратно рубаху. — Когда мы лучше узнаем друг друга.

— Временами мне кажется, что я знаю тебя лучше, чем себя, — сказала Меган разочарованно.

— Видишь ли, интимные отношения в своем развитии проходят несколько этапов. Я считаю, что нужно придерживаться этого правила. Мы должны оставаться какое-то время на первом этапе, прежде чем переходить к следующим уровням.

— Уровням? — Девушка сдвинула брови. — Это что-то наподобие колец Сатурна?

— Да, если ты предпочитаешь такую аналогию.

— Но в природе нет абсолютно стационарных объектов, — возразила Меган. — Кольца Сатурна тоже смещаются по орбите. — Она поцеловала Баррета в подбородок и коснулась языком его губ.

Он невольно застонал.

— И мы переместимся на другую орбиту. Только не так быстро.

Он помог ей выйти и проводил до дверей комнаты. Меган посмотрела на него и вдруг почувствовала, что краснеет. Когда он услаждал ее в экипаже, это было похоже на сладкие грезы. Сейчас, у двери ее комнаты, восприятие действительности стало вполне реальным.

— Ты зайдешь ко мне? — спросила она, всматриваясь в его лицо.

Наступил напряженный момент. Она ощущала происходящую в нем борьбу. Но желание постепенно исчезло за твердой решимостью.

— Нет, Принцесса. Я ухожу. Тебе нужно поспать.

— Но я бы хотела, чтобы мы поговорили.

Баррет перевел взгляд на ее губы.

— К сожалению, мое настроение не годится для разговоров.

В действительности она тоже хотела от него не разговоров, а ласк, поэтому предприняла новую попытку наступления.

— И ты сможешь уснуть?

— Скорее всего нет.

— Тогда я с радостью побуду с тобой.

— Если мы оба останемся без сна, от этого никому не будет пользы. — Баррет открыл дверь и чмокнул Меган в лоб. — Приятных сновидений, Принцесса, — сказал он протяжным шепотом и направился в свою комнату.