Что было – то прошло - Дениз Стоун

Это правда. Было так много раз, когда я смотрела на состояние мира и сомневалась, что когда-нибудь смогу что-то изменить к лучшему. Бесчисленное количество раз, когда смерть моего отца или бесконечная рабочая нагрузка портили мне настроение.

Однако это никогда не останавливало меня от попыток.

— Я знаю, что ты права. Но я смотрела на Джоанну. Я просто… я хотела, чтобы она это поняла.

— Эйвери, о, она понимает, — говорит она, пытаясь меня успокоить. — Я работаю с Джо так много лет. Есть хорошие дни и плохие.

Я выпрямляю позвоночник и натягиваю улыбку.

— Просто помни, мы все пытаемся завершить этот проект за четыре месяца. Молли убирает выбившиеся волосы с моего лица и расправляет плечи. — Нам нужно играть так же усердно, как мы работали!

Она права. Всем нужен релиз.

— Как насчет того, чтобы пойти выпить в тот новый бар на крыше на Сорок пятой улице? — предлагает Молли.

— Мы должны устроить там девичник. В этом месте строгий дресс-код. Ребятам бы не понравилось, если бы мы отвели их в какое-нибудь место, где им приходилось бы носить блейзеры. Может быть, нам стоит заняться чем-нибудь более спокойным.

— Верно. Это действительно твоя специальность, Эйвери.

— Нам нужно командообразующее мероприятие. — Я говорю.

Это так. Мне нужно вернуться к людям вне офиса. Я была так потеряна в дымке экрана моего компьютера, презентаций и отвлекающего присутствия Луки в офисе.

Я вздрагиваю от того, как легко я чуть не развалилась перед ним.

Мне нужно создать пространство. Я была слишком дружелюбна. Маленькие ставки и вызовы явно сводят меня с ума. Я подношу пальцы к вискам и массирую, снимая напряжение. Я не собираюсь отклоняться от того, что важно: моей карьеры.

Не из-за Джоанны и уж точно не из-за Луки.

Мне просто нужна ночь, чтобы освободиться и перезагрузиться.

Молли вмешивается. — В прошлом году ОRO играл в боулинг. Это было так весело.

Как бы мне ни хотелось выплеснуть свое разочарование, разбрасывая мячиками, я не хочу портить маникюр, который я наконец-то сделала с Лили несколько дней назад. Я напрягаю свой мозг и пытаюсь вытащить какие-нибудь идеи.

— Я знаю. Мы можем пойти в Тривию.

— Я люблю мелочи! — Молли вмешивается.

— Мой сосед по комнате еженедельно проводит игру в «Мадемуазель», и это всегда веселая толпа.

Лили и Молли бы так хорошо ладили.

— Хорошо, я люблю это место. Все одеты так чертовски мило! — Молли говорит. — Пока они танцуют после викторины, вы можете рассчитывать на меня.

— Давай сделаем это.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ЛУКА

“Мадемуазель”прячется у всех на виду на оживленной улице Верхнего Ист-Сайда. Двадцать минут, которые я провожу в поисках скрипучих дверей из красного дерева, чуть не лишают меня сознания от теплового удара.

Летом в Нью-Йорке есть способ задушить тебя. Из-за погоды и моего переполненного списка дел в ORO моя грудь постоянно сжимается.

Я вхожу в современный спикизи, и мне требуется всего несколько секунд, чтобы найти ее .

Ярко-белокурые ее волосы выглядывают из-за группы людей, с которыми она стоит. Все смеются за большим столом в тусклом свете люстр бара. Это одна из вещей, благодаря которым легко влюбиться в нее, Эйвери улыбается в окружении людей.

Она кажется счастливой.

Я медлю у двери. Я еще мог уйти. У меня куча дел, которые нужно выполнить. И она ясно дала понять, что не хочет, чтобы я был здесь, когда исключила меня из приглашения на сегодняшнее тимбилдинговое мероприятие. Если бы Молли не прислала его мне, я бы до сих пор был в офисе, выполняя эти поручения.

Нет. У меня сегодня есть цель.

Эйвери избегает меня с тех пор, как в понедельник у нее случился взрыв возле офиса Джоанны. Может быть, она закончила играть в игру, затеянную между нами, больше не раздвигая границы наших рабочих отношений.

Я скучаю по ее ежедневным остротам, но она изо всех сил старалась избегать меня два дня подряд.

Тупая боль покоится в моей груди. Весь прогресс, которого, как я думал, мы добились, кажется, был стёрт.

Хотя этого не может быть. Как раз сегодня утром, даже в дымке своего избегания, Эйвери заговорила со мной после одного из язвительных замечаний Джейми. Я застал их вчера на кухне, Эйвери жалуется, что кофе на вкус как куча цемента. Джейми пришла в голову отличная идея сравнить то, как я себя веду, с вышеупомянутым цементом, но Эйвери не засмеялась. Вместо этого она сказала: Цемент не так уж и плох. Это хорошая основа.

Ее шепот донесся до коридора, где я стоял, подальше от глаз.

Я не уверен, намеревался ли Эйвери сделать краткое различие. Но я возьму это. Я был бы хорошей основой. Тем более, что мы в одной команде.

Почему она не позволяет мне доказать это ей?

Независимо от того, что произошло в офисе Джоанны, мне нужно исправить эту недавнюю пропасть между нами.

Но что за мудак разбивает вечер викторины? Этот мудак.

Мои пальцы ерошат волосы, убирая пряди с лица. Это будет долгая ночь.

Я обхожу посетителей, пока не встаю позади Эйвери и моих коллег. — Хотел бы я знать, как ты собираешься сегодня вечером играть с нечетным количеством людей.

Я гребаный придурок. Я не мог просто поздороваться?

Каждый из них оборачивается на звук моего голоса.

Мой взгляд останавливается на единственном человеке, который мне небезразличен сегодня вечером. Ее дикие от удивления. Мое любимое выражение. Я узнал, что у меня их много.

Вот закатывание глаз. Улыбки, которые она прячет. И, очевидно, ее решительный взгляд.

— Почему ты здесь?

Эйвери поворачивается к Молли, которая не смотрит ей в глаза.

— Это командообразующее мероприятие, не так ли? В прошлый раз, когда я проверял, мы все должны быть в одной команде. Кроме того, ты можешь не знать обо мне этого, но я могу быть душой вечеринки.

Олли сдвигается в сторону, освобождая место для меня внутри их круга.

— Может быть, на похоронах, — возражает Эйвери.

Рядом со мной появляется женщина, стоящая в самом возмутительном наряде, который я когда-либо видел. Над ее гладкими черными волосами надет шерстяной колпак. Воротник ее блузки с оборками ниспадает на плечи, и она надевает бордовый бархатный фартук. Весь ансамбль делает ее похожей на пирата, а у человека из бурных двадцатых родился ребенок. Ее голова встречается с плечом Эйвери. Судя по паре упоминаний Эйвери о ее личной жизни, она, должно быть, ее соседка по комнате.

— Привет, ты, должно