Не борись со мной, малышка - Мария Сергеевна Коваленко

— У него теперь косяк на косяке. Совсем крышу сорвало. — Пытаюсь по размеру протектора понять, какой была машина.

— Или собрался свалить за бугор, — задумчиво тянет «сосед».

— Я ему сейчас свалю!

Глянув в окошко охраны, я набираю Смагина. Раз Москва так настойчиво пытается меня устранить, официальный путь получения информации временно перекрыт. Не удивлюсь, если технический отдел уже отрубил мои доступы к базам данных и изъял рабочую технику.

К счастью перекрыть кислород всем питерским ментам не под силу никакому продажному генералу.

— Говорить можешь? — первым делом спрашиваю у кинолога.

— Сейчас еще в машине. Могу. Скоро буду в отделении. Там вопрос.

— Понял. Тебя на «землю» отозвали? — Высматриваю на будке охраны адрес фазенды.

— Да. Сказали срочно. И без лишних разговоров.

— Ясно. — Стискиваю зубы.

Если «без разговоров», значит, могут слушать. С моим телефоном такая штука не пройдет. Об этом я позаботился еще пару лет назад. Смагин такими вопросами явно не запаривался. Не с его работой переживать, что скажет лишнее.

— Ты тогда это… Байкалу благодарность выдай. За службу! У вас вроде свои поставщики котлет были. — Ситуация пиздецкая, потому импровизирую на ходу.

На мобильные коллег большой надежды нет. Любой из нас может оказаться на прослушке. А вот практикантов точно слушать никто не станет. Эта массовка сменяется с такой скоростью, что никакого оборудования на них не хватит. О свободных ушах и говорить нечего.

— Да там, наверное, ничего не осталось. Целый отдел проглотов!

— Ну ты уж постарайся! Найди какого-нибудь миньона с котлетой.

Прямо намекнуть не могу. Одна надежда, что Серега вместо желудка включит мозг.

— Да Байкалу одна, это… — Смагин бодро начинает и так же резко запинается. — Да, думаю, одну найду.

— Котлету! — говорю чуть громче.

По хер, что подумают те, кто нас слушает. Сейчас мне до чертиков важно узнать имя «нищеброда», которому принадлежит дом. И придумать, как быстро получить у него записи с камер видеонаблюдения.

— Котлету. Что ж еще. — Судя по решительности в голосе, Серега точно врубился.

— Вот и хорошо. Давай тогда поскорее. — Нервно переминаюсь с ноги на ногу. — А то голодная собака работать не может.

***

Несмотря на все мои опасения, поиск вменяемого миньона и «котлеты» проходит быстро.

Только я сообщаю Тихому, что маньяк сменил тачку, как раздается звонок с незнакомого номера.

— И снова здравствуйте, — слышу в трубке голос Смагина.

— Быстро ты!

И минуты не прошло. Позже, «земля» берет к себе на практику самых сговорчивых студентов.

— Шустро, но дорого! Миньоны нынче пошли алчные. За мобильный я пообещал, что ты заберёшь одну юную особу на практику в Следственный комитет. Под личное шефство.

— Да хоть к полкану на колени! Только ты вначале пробей мне по базе один домик. Нужны ФИО владельца и любые зацепки, чтобы взять его за яйца.

— Диктуй! — решительно произносит Серёга и тут же начинает барабанить по клавишам.

Как я и надеялся, через пару минут у меня есть полный комплект информации.

Трехэтажная «халупа» записана на скромного никому не известного бизнесмена Владимира Воркутова. Биография объекта чиста как у новорожденного. Семьи нет. Имущества минимум, а суммы в декларациях такие мизерные, что так и хочется подать мужику милостыню.

— Кажется, у нас посредник, — подытоживаю я. — Не удивлюсь, если среди дружков нашего «бомжа» окажется парочка московских генералов.

Картинка все чётче и чётче. Попов не мог работать с крышей напрямую. Никто из больших шишек не станет марать руки, сотрудничая с каким-то спортсменом. А вот с неприметным питерским бизнесменом — вполне.

— Сто пудов! Жаль, за причинное место этого Воркутова взять не получится. Копать надо. Долго и старательно. А у нас нынче… лопату отобрали.

— Не пессимизди! Болт с левой резьбой я на эту гайку уж как-нибудь найду.

— Только ты сейчас и можешь… — Смагин осекается, словно рядом кто-то лишний.

— Уши. Понял.

— Раз умный, тогда до связи.

— Давай. Котлету не теряй! Ты мне еще нужен! — напутствую я и, сбросив звонок, тут же набираю отца.

Уж кто-кто, а мой драгоценный родственник умеет фильтровать информацию и мгновенно принимать решения. Достаточно сообщить фамилию и адрес, как Черный включается в дело.

— Говоришь, Воркутов чист? — недоверчиво хмыкает отец.

— Да, но у чистюли есть склады в районе залива… Скорее всего, с контрабандой.

— Опасное место. Вечно там то пожары, то затопления.

— Надо, чтобы загорелось прямо сейчас. На потоп нет времени.

— Согласен. Для срочного разговора возгорание самое то. Запоет как соловей.

Я слышу в трубке, как отец отдает кому-то указания. Что именно он говорит, разобрать сложно, однако итог меня устраивает.

— Можешь считать, что склад уже пылает. Звони в дверь. С минуты на минуту вышлю тебе красивое.

Дополнительно ускорять меня не нужно. Из-за плясок с бубном мы потеряли больше десяти минут. Никакую границу Попов ещё не пересек. Но медлить больше нельзя.

На всякий случай я сбрасываю контакты «нищеброда» ещё и брату. Тот как раз сейчас ищет связи Попова. А затем иду к охране.

***

Охрана, как и положено сторожевой своре, стоит горой за своего кормильца.

Вначале эти упыри пытаются изобразить, что босс в отъезде. Потом игнорируют мои корки и требуют официальное постановление. И лишь когда намекаю на серьезные проблемы, которые вот-вот начнутся у их хозяина, послушно сообщают Воркутову о моем визите и ведут в дом.

Как только встречаюсь лицом к лицу с тем самым бизнесменом, дело мгновенно ускоряется. Мент ни за что не договорился бы с этим фраером. Первый же вопрос закончился бы вызовом адвоката. Но сегодня я гребаная Золушка и сын Черного.

— Вы с ума сошли? Какие еще записи? — мудак предсказуемо идет в отказ.

— Со стороны парковки у вас три камеры. Мне нужна запись с той, где виден номер машины Попова.

— Не знаю никакого Попова и вообще не понимаю, что вы здесь делаете.

Он так и напрашивается на массаж лица… кулаками, до первого хруста.

— Я пытался по-хорошему! — Показываю на экране мобильного свежие фотографии от людей отца. На них канистры с бензином возле ворот склада и уложенная штабелями охрана.

— Что это? Вы серьезно? — Челюсть Воркутова отъезжает вниз. Такой наглости от обычного следователя он явно не ожидал.

— Адрес узнаете? Или подсветить? Огоньком.

Набрав отца, прошу его исполнителей перекрыть дорогу пожарным машинам и спалить все к хренам.

Ума не приложу, что мы собрались поджечь, но на местного божка это оказывает неизгладимое впечатление.

Побледнев, он больше не задает никаких вопросов. Вместо споров быстро ведет меня в свой кабинет и лично находит запись с отъездом Попова.

Срисовав номера машины, я тут же