Бархатный ангел - Николь Фокс

Не в силах сдержать улыбку, я вхожу в комнату.

Богдан на четвереньках, а Джо верхом на нем, как на слоне.

— Быстрее, Буги! Быстрее!

— Нам действительно нужно поговорить об этом имени, Джо.

Я смеюсь. — Я думаю, оно идеально тебе подходит.

Богдан выпрямляется, и Джо соскальзывает с его спины. Она смотрит на меня с опаской, но я вижу в уголках ее рта неуверенную улыбку.

— Привет, малыш, — говорю я, перебираясь на ковер. — Веселитесь?

Ее лицо расплывается в улыбке. — Буги был пони, а я ехала на нем.

Богдан закатывает глаза. — Я думал, что я верблюд.

— Это было раньше.

— Ох.

Джо кладет руку ему на плечо, пока он говорит, и я замечаю легкость, с которой они взаимодействуют друг с другом. Она все еще не так свободна рядом со мной. Но опять же, я не уложился в то время, которое есть у мамы и Богдана.

— Ты рисовала?

Джо энергично кивает. — Ты хочешь увидеть?

— Конечно.

Она убегает в угол комнаты к своему маленькому белому столику. На столе лежит куча картин для просушки.

— Она настоящая художница, — говорит мне Богдан. — Честно говоря, я думаю, что у нее может быть настоящий талант.

Когда Джо приносит мне свои работы, я с удивлением обнаруживаю, что это не предвзятость. Богдан был совершенно прав — девочка талантлива. Ее картины красочны и ярки, и за нарисованными пальцами фигурами скрывается даже некоторая техника.

— Вау, Джо. Это чертовски здорово.

Она хихикает и прикрывает рот рукой.

— Что? — Я спрашиваю. — Что я говорил?

— Черт, — повторяет Джо. — Это плохое слово.

Я хмурюсь. — Я так не думаю.

Богдан фыркает от смеха. — Видимо, у ее тети есть целый список плохих слов, которые детям нельзя говорить.

— Ага, — говорит Джо, еще раз энергично кивая. — Типа «глупый» и «уродливый». Это тоже плохие слова.

Мне не терпится поправить ее, но я решаю не нарушать правило, которое, я совершенно уверен, будет иметь смысл для всех, кто не в моей реальности.

У меня было не самое обычное детство в мире.

— Хорошо, я буду иметь это в виду.

— Могу я скоро увидеть свою тетю? — внезапно спрашивает Джо.

Мне кажется интересным, что она, кажется, знает, что я тот человек, у которого можно спросить.

Проницательная. Определенно мой ребенок, я думаю, гордость окрашивает каждую грань мысли.

Как быстро все меняется. Я не готов к этому. Но я все больше и больше готов принять все это.

— Еще не совсем, — говорю я так мягко, как только могу. — Но вскоре

— Скоро? — она спрашивает.

— Да.

— А как же моя мама?

— Скоро.

Она хмурится, как будто меньше доверяет этому ответу. — Скоро? — повторяет она снова.

— Да. Скоро.

— Ты знаешь, где мама?

— Да.

— Скажи мне, — говорит она.

Богдан качает бровями, явно удивленный и впечатленный властным тоном Джо. У нее определенно есть огонь Камилы. Черт, у нее, наверное, и мой тоже.

— На самом деле она недалеко отсюда. Но нам нужно дать ей немного времени.

— Почему?

— Потому что ей потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя, — говорю я, тщательно формулируя слова.

— Ох. Она не хочет меня видеть?

Ее лицо мгновенно омрачается, и разочарование омрачает сияние ее глаз. Я чувствую желание схватить ее в свои объятия, но сопротивляюсь.

Во-первых, потому что я не хочу ее пугать.

И второе, потому что я, честно говоря, не знаю, как сделать такой жест.

— Конечно, хочет. Ты единственная вещь, о которой говорит твоя мама.

— Действительно? — спрашивает она, и ее лицо мгновенно освещается.

— Ты ее самый любимый человек на свете.

— Значит, она скоро придет?

— Определенно.

— Хорошо, — говорит она, по-видимому, удовлетворенная этим. — Прошу прощения.

Я хмурюсь, когда она поднимается на ноги. — Куда ты идешь?

Она немного краснеет, когда отвечает. — Я должна пописать.

Она бежит в ванную, а Богдан хихикает себе под нос.

— Она персонаж, это точно.

— Blyat’, — стону я. — Я должен скоро ей сказать.

— Джо?

— Нет, идиот. Камила.

— Ох. Ну, да. Ты должен был сказать ей давным-давно.

— Не начинай.

Богдан улыбается. — Мама уже прочитала тебе акт о массовых беспорядках, а?

Я киваю. — Она чертовски увлечена этим.

— Она уже влюбилась в Джо.

— Я не виню ее.

— Кажется, она тебя очень тянет, — замечает Богдан. — Я впечатлен, правда. Если бы мне было пять лет, и я столкнулся бы с тобой, я бы побежал в противоположном направлении.

— Да пошел ты, sobrat.

Сзади нас раздается тихий вздох, и я поворачиваюсь и вижу, что Джо стоит там и смотрит на нас широко раскрытыми глазами. — Ты сказал еще одно плохое слово!

Богдан начинает смеяться, а я пытаюсь устранить повреждения.

— Эм, я не сказал того, что ты подумала, что я сказал…

Ага-ага. Ты сказал «да пошел ты». — Богдан смеется громче, и я не могу не восхищаться ясностью, с которой она произносит это слово. Это чертовски близко к профессиональному.

— Эм… хорошо, я сделал. Виноват. Оно выскользнуло.

— Это не оправдание, — говорит она, положив руку на бедро.

Богдан на самом деле некрасиво фыркает, а я стараюсь не обращать на него внимания. На Джо тоже трудно сохранять невозмутимое выражение лица. С поджатыми губами и вздернутым бедром она похожа на вылитую мать, когда злится.

— Ты права. Мне жаль.

Она улыбается и смягчается. — Это нормально. Но не говори плохих слов, ладно? Ты умнее этого.

Я поднимаю брови. — Так говорит твоя тетя?

— Не мне, — улыбается она. — Но иногда дяде Джейку. И Питу.

— Я постараюсь сделать лучше.

Ее улыбка становится шире, она подходит ко мне и гладит меня по голове. — Это хорошая работа, которую ты делаешь.

Ее попытка завести взрослый разговор заставляет Богдана кудахтать, как гиена. Я закатываю глаза и воздерживаюсь от того, чтобы ударить его в живот.

Мы играем какое-то время. К тому времени, как я выхожу из комнаты, мне удалось полностью стряхнуть затянувшееся уныние от встречи с Максимом.

Я иду по коридору, когда слышу шаги. Я сразу понимаю, что они ее. Я сворачиваю за угол, и она останавливается передо мной.

— Исаак.

— Камила, — говорю я. — Что ты здесь делаешь?

Она колеблется. — Гм…

Я сопротивляюсь желанию оглянуться через плечо. Богдан все еще с Джо, и у них двоих есть склонность к шуму.

Мне нужно вывести ее из западного крыла как можно быстрее, но я также должен действовать осторожно.

Тот факт, что я застал ее здесь уже дважды, начинает меня беспокоить. Либо это просто совпадение, либо она что-то подозревает.

Всегда есть вероятность, что