Спаси меня - Сарра Мэннинг

Первую волну составляли друзья с детьми, которым пришлось преодолеть утомительный путь через Хэмпстед-Хит или беспокойную поездку на машине через весь Лондон. Марго была чрезвычайно рада видеть всех своих крестников и крестниц, вместе с их братиками и сестричками, а заодно и других отпрысков своих друзей, спасение которых от зла и наставление на путь истинный доверили не ей. Она с радостью принимала слюнявые поцелуи и липкие объятья, пока наконец основная масса малолетних визитеров не удалилась вместе с Флорой к телевизору, смотреть «Мэри Поппинс» и поедать домашние сладости.

Вторую волну составляли промежуточные гости – любители побывать сразу в нескольких местах за день. Они обычно начинали у Марго, где можно было хорошенько подкрепиться и настроиться на праздничный лад.

К девяти вечера остались самые преданные: те, кто хотел встретить Новый год с Марго. Хотя домашние вкусности к тому времени уже закончились, она успела сбегать в «Теско», а запасы горячительного в пополнении не нуждались.

Как обычно, вечеринка выплеснулась из квартиры в сад и на Площадь, где и стояла в данный момент Марго, болтая с Жаком и Соланж. В левой руке она держала стакан с джин-тоником, а в правой – поводок, на другом конце которого болталась Флора. Марго отвлекло от беседы прибытие Трейси и ее мужа Дэна.

– Привет! – сказал Дэн, обнимая Марго. – Мы привезли шесть бутылок просекко. Отнести в ванную?

– Да, будь добр.

Поразмыслив, не поменять ли джин на просекко, Марго решила, что смешивание разных видов алкоголя может испортить чувство легкого опьянения.

– Оставь мне бутылочку, – сказала мужу Трейси, улыбаясь Жаку и Соланж. – Какая чудесная компания! Как ты, Марго?

Марго подняла стакан.

– Отлично!

Соланж и Жак рассказали о своем Рождестве в Ренне и как родственники Соланж не оценили рождественские пирожки с сухофруктами, привезенные Жаком.

– Самые лучшие, с бренди!

Как всегда на Новый год, зашла речь о новогодних обещаниях. Жак собирался сесть на цифровой детокс, Соланж решила провести трезвый январь, а Трейси – веганский.

Марго не собиралась давать никаких обещаний.

– Январь и без того самый унылый месяц в году. Праздники закончены, нужно погашать долги по кредитной карте, темно, холодно, как можно отказать себе в Инстаграме, бокале вина или кусочке бекона? – спросила она у друзей, которые тут же пожалели о своих опрометчивых решениях. – Извините, что испортила вам настроение.

– Ничего страшного, – грустно сказала Соланж и посмотрела в свой пустой бокал. – Надо пить, пока еще можно.

– А я могу отказаться от соцсетей с восьми вечера, – решил Жак, – потому что в это время они сбивают мои естественные суточные биоритмы. Вы ведь знаете, как важен для организма правильный сон. Хотя слишком длительный сон опаснее, чем курение.

– Мне срочно надо выпить, – сказала Соланж, и они с Жаком поспешили в квартиру.

– Я что, перегнула палку? – спросила Марго у Трейси, едва поспевая за Флорой, тянувшей ее на травку.

– Нет, нормально, – ответила подруга. – Просто тебе не нужны новогодние обещания, ты ведь постоянно занимаешься этими аффирмациями и всякими такими штуками. Помогает?

Марго выдохнула облачко пара, растаявшее в воздухе.

– Думаю, да. Во всяком случае, надеюсь. Позитивно настроенный человек открыт для новых возможностей.

Трейси поковыряла землю носком сапога. Она была непривычно тихой.

– Пойдем, присядем? – указала она на низкое каменное ограждение рядом с общественным туалетом.

– Веди, – согласилась Марго.

Флора приняла это на свой счет и потащила ее вперед.

Умостившись на стене, Марго пожаловалась Трейси, что за целый день ни разу не присела. Та нахмурилась.

– Что случилось? – спросила Марго.

У нее появилось нехорошее предчувствие. Нет, Трейси выпила, значит, не беременна. Марго, конечно, обрадовалась бы, что у Трейси будет ребенок, хотя каждый раз, когда очередная подруга обручалась, выходила замуж или рожала ребенка, они отдалялись – эмоционально либо географически, а порой и то, и другое.

– У меня такое чувство, что это будет великий год, – сказала Трейси, точно подслушав ее мысли.

– Собираешься выиграть в лотерею? – делано небрежным голосом поддразнила ее Марго, пытаясь настроиться на хорошее.

– Если бы, – вздохнула подруга.

Неприятное предчувствие вернулось. Трейси отобрала у нее стакан и взяла за руку.

– Я должна тебе кое-что сказать.

– Точно? Может, в другой раз? – с отчаянием в голосе спросила Марго.

Такие разговоры всегда были трудным испытанием. Обнимая и поздравляя подруг с радостными новостями, она с трудом подавляла противный голос в глубине сознания, вопрошающий, когда же придет ее черед.

– Это хорошая новость.

Трейси точно убеждала саму себя и при этом вовсе не выглядела счастливой.

– Но кое-что изменится.

– Перемены – это здорово.

Марго уже знала, что в данном случае перемены не сулят ничего хорошего. Это не продвижение по службе и не ремонт, а какой-то сдвиг, который перевернет все с ног на голову.

– Нам с Дэном нелегко далось это решение, – сказала Трейси, сжав ее руку, и Марго поняла, что грядет нечто ужасное.

Может, они разводятся? Нет, она бы проговорилась раньше.

– Мы переезжаем.

Марго прикусила язык, чтобы не рассмеяться.

– И все?

Не такие уж фундаментальные изменения.

– Надеюсь, не дальше Лондона?

– Дальше.

– В Кент? В Маргит или в Гастингс? – назвала Марго самые популярные у друзей направления. – Я бы никогда не переехала в Гастингс. Если уж хочешь жить у моря, то надо выбирать место, где есть песчаные пляжи.

Трейси отпила большой глоток просекко.

– Не в Маргит и не в Гастингс. Я возвращаюсь домой.

Теперь нахмурилась Марго.

– Лондон и есть твой дом. Ты прожила здесь всю сознательную жизнь.

Еще глоток.

– Домой. В Новую Зеландию.

В этот момент воздух сотряс могучий рев. На площади показалась компания подвыпивших гуляк, направляющихся во «Флягу».

– Счастливого Нового года! – кричали они.

Марго помахала им и повернулась к смертельно побледневшей Трейси.

– Зачем, ради всего святого, вам переезжать в Новую Зеландию? – потрясенно спросила она.

На лице Трейси промелькнуло подобие улыбки.

– Там – мой дом.

– Ты сама говорила, что мечтала оттуда вырваться. Там одни овцы, и ни одного модного дизайнера, и ты чуть не расплакалась от счастья, когда приехала в Лондон и увидела, что люди в метро читают книги.

У Марго была еще одна суперспособность – никогда не забывать, кто что сказал, если эти слова можно использовать против него.

Трейси болезненно поморщилась.

– Это было почти двадцать лет назад, с тех пор многое изменилось. В том числе и моя страна. Там теперь новая, прогрессивная премьер-министр, появилась сильная модная индустрия, и мне предложили место декана факультета моды в университете Веллингтона. Кроме того, там живут мои родители, они не становятся моложе, и мне хочется быть поближе к ним, особенно если… Ну, и есть еще одна причина. Нам с Дэном пора подумать о детях, и мы не хотим, да и не можем