Обними. Поклянись. Останься - Арина Александер

— Помнишь, я тебе рассказывала о Глебе?

— Обижа-а-аешь, — оживилась подруга, а потом как завизжит в трубку: — Только не говори, что он нашел Игната и всыпал ему пиздюлей.

— Боже, Тоня, конечно, нет, — возмутилась, повысив голос. — Он даже не знает о моих проблемах.

И вдруг меня осенило. Кольцо! Точно! Я же позиционировала себя замужней женщиной. Ну и что, что поссорилась с мужем, это ведь не повод для измены? Глеб ведь ничегошеньки не знает! Почему-то вспомнились его слова о верности. Я сразу обратила внимание, с каким пренебрежением и разочарованием он говорил о своей бывшей. Каким потухшим был его взгляд. Ч-черт. Она же изменила, будучи замужем.

Дура! Дура! Дура!

Как я могла приревновать его к Юле? Как?!

А сама? Я ведь поступила так же. Я ничем не отличалась от неё. Поэтому Глеб и уточнил за секс, что на одну ночь. Именно поэтому и смотрел на меня так странно. И утром не ответил на вопрос. Да кто я такая, чтобы спрашивать о его чувствах, когда у самой есть «муж».

Вот это я пала в его глазах.

— Эй, подруга, ты там? — переполошилась Тоня. — Не пугай меня.

— Всё хорошо. Нет… Плохо. Тонь, всё очень-очень плохо.

— Ты можешь сказать нормально: ты решила вопрос с деньгами или нет? И причем тут Глеб?

— Я так опозорилась перед ним, Тонь. Стыдно вспоминать.

— Поделишься?

— Как-нибудь в другой раз. Не хочу говорить об этом. Слушай, уже поздно, — замялась, испытывая неловкость из-за нежелания поддержать разговор. Возможно, Тоня и обидится, но я не готова сейчас признаться в безответной любви.

— Да без проблем, — поддержала меня подруга. — Ой, Дан, я ж забыла. Там тебе письмо пришло. Я на днях ходила посмотреть на вашу квартиру, стало любопытно, может там уже кто-то живет. В общем, всё по-прежнему. Пока без изменений. Так вот, смотрю, в двери письмо торчит. Посмотрела — от матери твоей. Ну, я и забрала. Тебе переслать?

Я насторожилась. В принципе, мы могли и по месяцу не общаться, я думала позвонить на днях, но всё никак не могла осмелиться. Стоило представить, сколько негатива вылилось бы на меня после известия о выходке Игната, как руки сами собой опускались. А тут вдруг письмо. Неужели случилось что-то? От неожиданной догадки стало плохо.

— Не надо. Лучше прочти, — заерзала на стуле от нетерпения.

— Уверена?

— Пфф, всё равно ничего нового ты не узнаешь.

Послышался шелест бумаги, и на несколько секунд повисла тишина.

— Данка, плохие новости, — затараторили на том конце провода. — Слушай… Богдана, во что ты снова вляпалась? Что за дела ты проворачиваешь со своим дегенератом? Ты хоть знаешь, что нам пришлось пережить? К нам приезжали какие-то мордовороты и искали тебя. У бабушки после их приезда случился инфаркт, парализовало правую половину лица, а ты… Неблагодарная! Немедленно приезжай, если хочешь застать её живой!.. Кхм… Данусь, ты там?

У меня отобрало речь.

Игнат, сволочь… Ненавижу… Если бабушка не выкарабкается, я тебя собственноручно придушу. Разве может быть столько проблем из-за одного пристрастия? Страшно представить, что те уроды могли рассказать родителям. А отец? Он же сума сойдет!

— Дана, ау-у-у…

— Подожди, Тонь, я в шоке.

— Что будешь делать? Может, позвонишь?

Позвонить? После всего, что им пришлось пережить? Нееет, тут нужно явиться с покаянием и рассказать глядя в глаза, раз уж они и так были в курсе.

— Придется ехать, Тонь. Я должна объясниться и повидаться с бабушкой. Никогда не прощу себе, если с ней… Даже думать об этом не хочу.

— Ты с ума сошла?! А как же Варя? Или ты фильмы не смотришь? Думаешь, они не оставили своих людей смотреть за домом? Эти твари специально навели кипишь, чтобы выманить вас с Игнатом. Не гони, это опасно.

Конечно, опасно. Но и терять бабулю я не собиралась. Нетрудно представить, что за мысли роились в её голове.

— Я поеду. Только сама.

— А как же Варя? — обалдела Тоня. — Только не говори, что оставишь её одной.

— Нет, у меня есть идея получше…

* * *

Доча сонно плелась позади, еле переставляя ноги, и жаловалась на раннее пробуждение, я же успокаивала себя тем, что между двух зол выбрала самое меньшее.

Да, лучше так, чем рисковать её жизнью. Я прекрасно помнила предостережения Игната. Что-что, а с этим он хорошо справился. Реалистично описал грядущие мучения, если кто-то из нас попадется в лапы коллекторам.

Не спала всю ночь, взвешивая все «за» и «против». Сомневалась, переживала, что поступаю неправильно, а потом снова приводила аргументы, почему именно так будет лучше всего.

После того, как я разобралась или, по крайней мере, думала, что разобралась в поведении Глеба, идея оставить у него Варю уже не казалась такой нелепой.

Так, второй подъезд, четвёртый этаж, а квартира… Блин! Это ж надо, такая важная информация, и вылетела из головы.

— Варя, помнишь, дядя Глеб, когда чинил люстру, назвал свой адрес? Ты случайно не запомнила номер квартиры?

— Запомнила, сорок девятая. Ой, мам, так это мы к нему идем? — воодушевилась дочка, вмиг прекратив хныкать.

— Да. Побудешь с ним сегодня, а я вечером вернусь и заберу тебя.

— Дядя Глеб мне нравится, но лучше бы я поехала с тобой.

— Солнышко, я ведь тебе объяснила, почему не могу взять тебя с собой, — приобняла дочь, разрываясь между чувством страха и нежеланием оставлять её с Глебом. Несмотря на наше с ним тесное «общение» всё равно было волнительно. — Вот увидишь, ты даже не заметишь моего отсутствия. Уверенна, дядя Глеб найдет, чем тебя занять.

Мы подошли к нужной квартире, и пока я мысленно настраивалась на объяснения, Варя уже вовсю ломилась в дверь.

Услышав щелчок замка, я опустила голову и когда дверь открылась, быстро затараторила:

— Привет. Прости, что без предупреждения, я собиралась позвонить, но не хотела мешать… — и тут же осеклась, уставившись на женский педикюр. Это ведь не то, о чем я подумала?

Пришибленно подняла глаза и обнаружила перед собой вчерашнюю брюнетку, да ещё и в мужской рубашке на голое тело.

— А вы к кому? — удивилась она не меньше моего.

Я открыла, а потом закрыла рот, будучи пораженной увиденным. Нет, я прекрасно понимала, чем они тут