Обними. Поклянись. Останься - Арина Александер

Вчера он вознес меня на небеса. Сегодня же болезненно сбросил на землю. И самое худшее заключалось в том, что я ничего не могла предъявить ему. Абсолютно. Единственное, что я могла, это получить ответ на мучавший меня со вчерашнего вечера вопрос.

Еле выдержала дорогу назад, и когда Глеб подъехал к дому, я даже облегченно выдохнула. Варя к моему удивлению, настолько привязалась к Глебу, что даже чмокнула его в щеку и быстро попрощавшись, выпорхнула на улицу.

Я же пока не спешила. Мне было важно уточнить один момент. Если «да», тогда реально без обид. Мы взрослые люди и со временем я бы могла перебороть в себе эту проклятую тягу. Но если «нет» — о, тогда моя надежда окрепнет в разы.

— Я понимаю, мы договорились и это не мое дело, — сцепила на коленях пальцы, пытаясь выглядеть непринужденно, — но я всё же спрошу… — никак не могла произнести это вслух. — У тебя ещё остались чувства к Юле? Ты до сих пор любишь её?

Глеб сосредоточил на мне тяжелый взгляд, а потом достал сигареты. Неужели занервничал?

— Пойми, я не лезу не в свои дела, просто…

— Вот и не лезь, — беспардонно потянулся через меня, открывая пассажирскую дверь. — Меньше знаешь — крепче спишь. Давай, Богдана, шевели ножками. У меня ещё уйма дел.

Даже так? Хорошо.

— Багажник открой! — выскочила на улицу, пряча за требовательным тоном проклятую обиду. Глеб неохотно покинул теплый салон и, подмигнув на прощание прыгающей вокруг внедорожника Варе, достал мои вещи.

— Спасибо за поездку! — вырвала из его рук сумку, вздернув подбородок. — Всё было на высшем уровне, особенно подаренное куни.

Это нужно было видеть. Собираясь закурить, Глеб так и замер с недонесенной ко рту сигаретой, обалдело покосившись на Варю.

Гордо вздернуть нос и уйти в закат мне не дала Варя, которая, как и все дети её возраста были любопытны и порой слишком болтливы.

— Куни? Что такой куни? Мам, дядя Глеб подарил тебе куни? А почему ты не показала мне? Покажешь? — она юлой закрутилась вокруг меня, выжидая демонстрацию подарка.

— Варя! Сколько раз повторять: не вмешивайся в разговоры взрослых! — с досадой рявкнула и почувствовала, что краснею.

— Почему? Мам, ты же говорила, что мы семья и всем нужно делиться, а сама от меня подарки прячешь. Почему? Что такого в этом куни, что ты его не хочешь показать? Или это что-то съедобное и ты его уже съела? Без меня?

Дочь жалобно уставилась на меня, пока я хватала ртом воздух, думая, что ответить. Спас ситуацию Глеб, который прежде ошалело следил за развитием беседы.

— Варюш, — он присел перед ней на корточки, — мама не может тебе показать, что я подарил. Ты не обижайся на неё, хорошо? А я тебе сейчас расскажу секрет, который останется только между нами, договорились? — дождавшись её кивка, он заговорщически продолжил: — Дело в том, что такой подарок могут подарить только взрослым. Детям нельзя такое даже говорить, тем более показывать. Дарят строго мужчины любимым женщинам. Поэтому подождем, пока ты вырастешь, и твой муж тебе тоже такое подарит, а сейчас забудь это слово и никогда больше не говори о таком. Поняла?

— Поняла, — она закивала головой, а после вдруг обернулась на меня, потом перевела взгляд на Глеба и как заорет на весь двор: — Получается, вы женитесь, раз только любимым женщинам? Ма-а-м? А почему ты не сказала, что дядя Глеб теперь с нами будет жить?

Ну, Глеб, молодец. Хотел выпендриться и сам себя еще больше закопал. Видя, что он в потрясении хлопал глазами, не зная, что ответить, я схватила Варю за руку и потащила домой. И дернул же меня черт поблагодарить его.

Ничего, Глеб, ничего. Пусть сегодня один ноль в твою пользу, но ты меня ещё плохо знаешь. Я тоже смогу сделать так, что каждую ночь тебе сниться буду.

Глава 18

В квартиру зашла без настроения. Тоже мне, знаток философии оральных ласк. Мог бы и не объяснять. Никто за язык не тянул. Теперь Варя будет ждать этого самого куни как манны небесной и хорошо, если не ляпнет об этом в садике, в котором обо мне и так там ходили не самые лицеприятные слухи.

И что самое плохое, винить в этой ситуации могла только себя. Получила кусочек рая? Вот, пожалуйста, теперь расплачивайся. К Глебу-то какие претензии? Да я ему должна по гроб жизни, в последний раз выручил — не передать словами, а я ещё корчу из себя обиженную.

Ладно, проехали.

Варя, выспавшись не только ночью, но ещё и в машине, теперь фонтанировала идеями. То ей хотелось порисовать. Порисовали. Мне, конечно, было не до разукрашек, так как до сих пор на душе скреблись кошки, но я стойко выдержала испытание, надеясь, что на этом всё, однако — это было только начало.

Потом мы лепили во дворе снеговика, играли с местной ребятней в снежки, занимались приготовлением яблочного пирога и слепили с солёного теста прикольного динозаврика. Только под конец дня я поняла, что ни разу не вспомнила о Глебе в болезненном ключе. Наоборот. Его появление в моей жизни приятно согревало душу, внушая надежду на светлое будущее. Когда рядом такой мужчина — ничего не страшно. Правда. И как бы там ни было, а после этой ночи я доверилась ему окончательно.

Хотелось, конечно, включить стервозину и добиться-таки внимания, но здравый ум подсказывал, что с такими, как Глеб такие уловки не работают. Тут мало отдаться, воплотив в жизнь сексуальные фантазии. Нееет. Всё не так уж и просто. Сначала нужно пробить бетонную перегородку, а потом уже браться за сердце. В любом случае, этому человеку я была благодарна за честность и своевременно оказанную помощь. Во всем остальном мне не было куда спешить. Время покажет, засела я его сердце или прошла транзитом.

С приходом вечера я обнаружила, что дома практически не осталось хлеба. Пришлось наведаться в магазин