Женюсь. Срочно! - Татия Суботина

– Будущий муж, – поправил сам себя Власов.

Фридман снял очки, медленно протер их платочком, а потом опять водрузил на нос и посмотрел на Демьяна.

– Шоб я так жил, – покачал головой Абрам. – Кстати, о птичках. Так мы разводимся или женимся?

– Сначала разводимся с Зайцевым, – подсказала я.

– Срочно, – сделал акцент Демьян.

– Потом оформляем брак с Власовым.

– Срочно, – опять поставил точку мужчина.

– Та шо вы мне заладили попугаем? – отмахнулся Фридман. – Не цепляйтесь глазами за очки, я прекрасно-таки вижу, шо у вас взорвалось и уже горит. Но по закону…

Демьян поджал губы.

– Разве два умных человека не смогут придумать, как выгодно обойти этот закон? – склонил голову набок он. – Особенно если это для пользы дела и справедливости ради.

Абрам опять остановил красноречивый взгляд на Власове. Довольно долго смотрел, глаз не отводил. Впрочем, и Демьян не моргал, словно эти гляделки могли сыграть решающую роль.

– Нет, ну вы посмотрите сюда. Хорошо грамотный какой. Я честный еврей, – возмутился Фридман и тут же понизил голос. – И шо вы таки предлагаете?

– А давайте обсудим подробности? Я тут неплохое кафе заметил неподалеку…

– Не отравят? Меня Ноня домой не пустит, если узнает, что изменил ее кухне, – хмыкнул юрист.

– Обижаете, Абрам…

– Моисеевич, – подсказал старый хитрец.

– Абрам Моисеевич, устроим все в лучшем виде, – улыбнулся Демьян.

Власов был наделен талантом убеждать, я это поняла на собственном опыте.

– Берите курс, молодой человек. Абрам Фридман согласен тряхнуть стариной и всем тем, что еще сможет трястись.

Я хихикнула.

– Идите вперед, Абрам Моисеевич, я вас догоню, – попросил Власов.

– Пошептаться с лялечкой хотите? Дело житейское, уважаю, – кивнул Фридман и оставил нас наедине.

– В реанимацию тебя пропустят, я договорился. Только ненадолго, сама понимаешь, – сказал мне мой будущий муж. – Как освободишься, набери меня.

– Что я, сама кафе не найду?

– Ты-то найдешь и попутно еще неприятностями разживешься, – хмыкнул Демьян. – Поэтому не спорь, Лисичка, перестраховаться лишним не будет. Времена сейчас неспокойные, давай не будем искушать судьбу. Нам еще с имеющимися проблемами в порядке очереди разбираться.

– Хорошо-хорошо, – выставила руки я, – убедил, папочка.

– Папочка? – вздернул брови Власов. – А мне даже нравится такой расклад, деточка. Так и подбиваешь меня поддаться ролевым играм.

– Шут, – беззлобно фыркнула я на его подмигивание.

Демьян рассмеялся.

– Я буду ждать, Лисичка, – пообещал мне в спину он. – С нетерпением.

Прислушиваясь к себе, я понимала, что тоже буду ждать… Только признаться в том, что испытываю к Власову чувства, далекие от благодарности, совсем не готова.

Дежурная медсестра без лишних вопросов провела меня к бабушке. Я даже и не удивлялась уже, как легко решаются проблемы при наличии хрустящих купюр.

Только поговорить с Агатой мне не удалось: она спала. Я тихонько постояла рядышком, впитывая ее образ и запрещая себе даже мысленно прощаться.

Бабушка была такой же, как при последней нашей встрече, разве что немного бледнее обычного. Доподлинно не знай я серьезности ее состояния, и никогда бы не догадалась, что от смерти эту женщину отделяет несколько шагов. В ней было намного больше жизни, чем у немалого количества моих молодых знакомых.

– Поборемся еще, Ата, – резюмировала я и, легонько коснувшись ее щеки, оставила бабушку набираться сил.

– Егор? – удивилась я, столкнувшись с другом на выходе из реанимации. – Ты что здесь делаешь?

Мужчина был уставшим и явно не выспавшимся, я сразу заметила.

– Знакомые пригласили проконсультировать во время тяжелых родов, – ответил Измайлов.

– У нас теперь и в реанимации рожают?

Егор сжал двумя пальцами переносицу, прикрыл глаза.

– Как ты понимаешь, Вика, роды прошли неудачно, плод погиб, а роженица теперь здесь, коллеги ввели ее в искусственную кому.

– Прости, – поджала губы я, понимая, как несвоевременно решила блеснуть сарказмом.

– А что ты здесь забыла? – нахмурился Измайлов.

– У бабушки был приступ.

– Разве твоя бабушка не мертва? – удивился Егор. – Что с лицом, Вика?

Мы как раз вышли в коридор и двинулись к лифту.

– Ты очень многое пропустил, Измайлов, – пожала плечами я. – У меня головокружительные перемены.

– Правда? – заинтересовался друг. – Так, может, расскажешь?

И тут у меня зазвонил телефон, Демьян как чувствовал, что я уже справилась, видимо, решил перестраховаться и набрать меня.

– Все хорошо, я уже спускаюсь, – отрапортовала я в трубку.

– Через пару минут подойду, жди меня в холле, Лисичка, – сказал Власов.

– Слушаюсь и повинуюсь, – закатила глаза я и сбросила звонок прежде, чем мужчина опять стал бы подшучивать.

– Это кто? – помрачнел Егор.

– Жених.

– Какой жених? – обманчиво тихим тоном спросил Измайлов. – Разве ты уже успела развестись с Зайцевым?

– Это дело времени, я опять замуж выхожу, Егор, – ответила ему, умолчав, что брак будет договорным на взаимовыгодных условиях. Чем меньше людей это знало, тем мне почему-то дышалось спокойнее. – На свадьбу не зову, не думаю, что мы с Демьяном будем устраивать какое-то торжество.

– С Демьяном, значит? – Измайлов переменился в лице. – Не думал я, Вика, что ты так быстро утешишься с чужим мужиком. Ко мне прийти не могла?

– К тебе? – опешила я. – Ты слишком занятой специалист, чтобы я тебя еще из-за личных проблем дергала. И что значит «утешишься»? Что за разговор такой?

Егор был сам на себя не похож, а ведь знакомы многие годы! Я совершенно его не узнавала, и это… откровенно дезориентировало.

– А может, я хочу, чтобы ты меня дергала? – опасно прищурился Измайлов. – Меня, а не Зайцева или какого-то Демьяна!

Между нами повисло напряженное молчание, еще и слишком пристальный взгляд мужчины выбивал меня из колеи.

– Какая муха тебя укусила? Я понимаю, неудачные роды, но ведь это не повод на мне срываться, правда?

– Неудачные роды? – хмыкнул Егор. – Не приплетай к нам мою работу.

Я мгновенно приблизилась к Измайлову и шумно понюхала воздух.

– Ты взял на грудь? Если да, то я не осуждаю, – тут я немного слукавила, – но хотя бы смогу понять, почему ты несешь такой вред.