Няня для рябинки босса - Елена Верная

— А ты что командуешь? — Карина смерила меня презрительным взглядом. Удивительно, но она ходила в любимицах у Антонины Сергеевны. Удивительно, но факт. Видимо, стерва стерву видит издалека и помогает продвинуться по карьерной лестнице. — Соплячке, что ли? — Карина все же снизошла до того, чтобы посмотреть на покупателя, на которого я указала. Ее губы скривились в презрительной усмешке. — Тебе надо, ты и помогай. Или думаешь, малявка тебе дневную выручку сделает или на чай оставит? — рассмеялась Карина. Я колебалась, идти к ребенку или нет. Нет, вопрос в том, помогать или не помогать, не стоял. Просто чтобы выйти из-за кассы, мне нужно ее закрыть. А чтобы снова открыть под своим паролем, нужен будет ключ, а он у Антонины Сергеевны. Наврать ей и сказать, что я отходила в туалет, я не могу, так как меня выдаст Карина. Да и директриса сразу же проверит, сколько времени я была в туалете. И если, по ее мнению, я слишком долго позволила себе уединение, то мне грозит очередной штраф. И на собеседование я точно не успею. Эх, была не была. Не блокирую кассу, все же я далеко не ухожу, да и Карина здесь и присмотрит на крайний случай. Иду в зал и подхожу к ребенку.

— Тебе помочь? — я присаживаюсь перед ребенком, а девочка с любопытством смотрит на меня.

— Не могу достать, — показывает девочка.

— Сейчас, — я снимаю со штанги вешалку и прикладываю к ребенку. — Мне кажется, тебе нужен размер поменьше, — беру другую вешалку и повторяю манипуляции, смотрю на этикетку. «Пять-шесть лет», — написано на ярлычке. — Тебе сколько лет? — спрашиваю, чтобы свериться с этикеткой.

— Пять, а что? — девчушка подозрительно прищурилась.

— Здесь на этикетке возраст указан, я решила уточнить, — я показываю ребенку этикетку, и она с серьезным лицом смотрит на нее. Не знаю, знает ли она цифры, но кивнула она с важной моськой.

— А ты здесь одна? — я снова окидываю взглядом магазин, но никого нового в нем не появилось. Просто в магазине далеко не демократичные цены, так что здесь не бывает толп покупателей. А у тех, что приходят, порой бывают очень высокие требования как к одежде, так и к обслуживанию, словно консультант попадает к ним в личное рабство на время нахождения их в конкретно взятом магазине.

— Папа там. Сказал, чтобы я все выбрала, пока он делами занят, — и девочка указала на вход в магазине, где около него действительно стоял мужчина с телефоном. Он что-то жестикулировал, и, видимо, разговор был такого характера, что не должен доноситься до детских ушей, вот родитель и отправил малышку на самостоятельный шопинг.

— Тебе еще что-то нужно подсказать или подать? — если честно, мне очень понравилась девочка. Чем-то напоминала мне мою сестренку. Она тоже была очень самостоятельной и все время твердила, что она взрослая. Я-то понимаю, что все это вызвано тем, что ребенок рано остался без родителей. Может, у этой девочки получилось все так же? Попыталась отогнать от себя дурные мысли. Пусть уж лучше мама этой девочки будет очень занята, чем ее вообще не будет.

— Мне в садик нужен костюм рябинки. Я там буду песенку петь и танцевать, — рассказывает девочка. — Я подумала, что эта юбка подойдет.

— Конечно подойдет, — я одобрительно кивнула. — Идем, я знаю, что тебе предложить, — и я повела ребенка к дальней стойке. Там были футболки с принтом, очень похожим на грозди рябины. Девочка одобрительно кивнула, и мы подобрали ей футболку. Я принесла ей гольфики и красный ободочек. Получился красивый образ, и я думаю, она будет очень озорной рябинкой.

Мы направились на кассу, и я пробила все покупки. Карина смотрела на нас снисходительно.

— А деньги у тебя есть? — язвит моя коллега. Не магазин, а серпентарий. Ожидаемо, что я хочу поскорее отсюда уволиться и найти нормальную работу.

— Есть, — девочка отвлекается от разглядывания какой-то игрушки и высыпает на прилавок пригоршню монет из игры в монополию. — Вот.

— На эти деньги ты ничего не сможешь купить в нашем магазине, — усмехаясь, отвечает Карина. Во взгляде ликование, словно хочет сказать: «Смотри, ты столько с ней возилась, а она тебе игрушечными деньгами хочет заплатить». — Это реальная жизнь, детка, а не игра. Деньги надо брать у родителей, они-то у тебя есть вообще? — вижу, как на глаза ребенка набегают слезы. И откуда столько злости у коллеги? Не знаю почему, но мое сердце дрогнуло. Хоть я не так много зарабатываю и меня штрафуют постоянно, но футболку ребенку я куплю. Я уже хочу достать кошелек, чтобы вынуть из него карточку, как девочка словно спохватилась и стукнула себя по лбу. Она вытаскивает из кармана свернутые в трубочку пятитысячные купюры и кладет две из них на прилавок.

— Этого хватит? — интересуется ребенок, глядя на меня.

— Хватит, — я пробиваю покупку и стараюсь сдержаться и не растянуться в довольной торжествующей улыбке. Отец, конечно, не прав, что дает ребенку такие деньги, но как же было приятно утереть нос Карине с ее высокомерием.

— Ты проверь-то деньги, — влазит девушка. — Может, это банк приколов вообще.

— Это настоящие, не переживайте, — вдруг появившийся мужчина за спиной у девочки застает нас врасплох. — Ты все выбрала? Купила?

— Да, мне вот эта девушка помогла, — и ребенок показывает на меня. Мужчина же словно рентгеном меня сканирует. У меня даже мурашки по коже пробежали, и стало зябко, таким холодным и пронизывающим был взгляд.

— Ты ей сказала спасибо? — мужчина забирает у Карины пакет с покупками девочки. Когда успела коллега сориентироваться и сложить все в пакет, не знаю, но она явно быстрее пришла в себя, нежели я. Или это меня так сильно пробрало от вида этого мужчины?

— Ой! Нет! — и девочка вдруг подскочила ко мне и положила передо мной пятитысячную купюру. — Спасибо, — Щеки залила краска смущения.

— Не нужно, — я отодвинула деньги. — Я просто так помогала.

— Каждый труд должен быть оплачен, особенно тот, который делают бескорыстно, — усмехается мужчина. И, взяв девочку за руку, вышел из магазина.

Глава 4

Степан и Стефания.

— Стеша, а ты почему не подождала меня? — с любопытством смотрю на дочь. — Это что сейчас было?

— Ну, ты же был занят, — дочь делает невинные глазки.

— А откуда у тебя деньги? — я, когда увидел у дочери в руках стопку банкнот, сперва даже не поверил своим глазам. Я, конечно, пытаюсь ее обучить ценности денег и что сколько стоит, но не даю пятилетнему ребенку триста тысяч на карманные расходы. Я так-то из