Ядовитый поцелуй - Т. Л. Смит

— Можешь идти, Эрл. — Я отмахиваюсь от него, желая сосредоточиться на ней.

— Но у меня есть еще новости, — начинает он, но я пригвождаю его взглядом, красноречивым и не допускающим возражений, бросая вызов продолжить, несмотря на моё явное раздражение.

Его челюсть сжимается, скрипя от напряжения.

— Пожалуй, я справлюсь сам. И не забудь про Нэшвилл.

— За это я тебе и плачу. А теперь уходи.

Эрл встает, не допив свой напиток. Хватает пиджак, перекидывает его через руку и выходит, не оглянувшись.

Я откидываюсь назад и перевожу внимание на женщину у стойки. Перед ней теперь стоит бутылка водки, и она смотрит прямо на меня.

Я встречаю её взгляд.

Как долго она наблюдала за мной?

Обычно, когда я смотрю на неё, она избегает зрительного контакта.

Но сейчас я знаю — она всё видит. У нее такой вид, будто она меня уже раскусила; это одновременно и возбуждает, и настораживает.

Поднявшись, я направляюсь к ней, отодвигаю соседний стул и сажусь. Стучу по стойке, чтобы привлечь внимание бармена, и он тут же подходит.

— Эспрессо-мартини, — говорю ему.

Она смеется рядом со мной, и это подобно музыке — мрачной, загадочной музыке, которая странным образом успокаивает. Когда бармен уходит, я поворачиваюсь к ней. Ее шоколадно-карие глаза смотрят на меня в ответ. Но за бархатной глубиной ее взгляда будто ничего нет. Ни эмоций. Ни тепла. Ни души.

— Тебе показался забавным мой заказ? — спрашиваю её.

Если честно, я специально выбрал коктейль, чтобы вызвать у неё реакцию, и, кажется, это сработало. Её глаза ловят мои, и я замечаю странную деталь — у неё какая-то необычная тушь.

Синяя? Кажется, да.

— Не могу сказать, что часто вижу мужчин, заказывающих коктейли. Большинство прикрываются тем, что берут то же, что и их жёны, — замечает она.

— Я не женат, — сообщаю я.

— Везёт тебе, — бросает она, закатывая глаза, и возвращается к своему напитку. Я наблюдаю, как она подносит его к розовым губам и отпивает. Её длинная изящная шея двигается, когда она глотает, и мой член тут же напрягается.

Когда я впервые увидел её, я подумал: Какая одинокая душа. Прекрасная, одинокая душа.

Её красота не шаблонна. Она из тех, на кого стоит лишь раз взглянуть, и уже невозможно отвести глаза.

В классическом стиле.

С оттенком пикантности.

— Почему ты трахаешь меня глазами? — спрашивает женщина, как только бокал отрывается от ее губ.

Чёрт, она резкая. Мне нравится.

— Ты привлекательна, но, думаю, ты и сама это знаешь.

Она поджимает губы.

— Ага, знаю. — Пожимает плечами. — Хочешь меня трахнуть?

И опять, блядь, — прямо в лоб.

Ее слова заставляют меня улыбнуться. Бармен кашляет перед нами, ставя мой напиток, и смотрит на нее. Но она не обращает на него внимания, фокусируя взгляд исключительно на мне.

— Я не против, — говорю ей и подношу бокал к губам.

Красавица изучает меня, затем протягивает руку. Я передаю ей коктейль, она пробует, но тут же возвращает, сморщив нос.

— На вкус как дерьмо. Знаешь, что вкуснее? — спрашивает она. Я приподнимаю бровь, ожидая продолжения. — Моя киска.

Её слова выбивают почву у меня из-под ног.

Не от шока — от восхищения.

Потому что теперь я думаю только о том, как полакомиться её киской всеми возможными способами.

Не думаю, что когда-либо встречал женщину настолько резкую и прямолинейную. Это, мягко говоря, интригует.

— Не сомневаюсь, — киваю я. Она поворачивается к своему стакану и наливает еще. — Почему ты здесь?

— Я люблю наблюдать за людьми. Это помогает мне прояснить мысли, а мне нужно кое-что обдумать.

— А за теми, кого хочешь трахнуть, тоже любишь наблюдать? Или высматривать подходящих кандидатов в барах — твоя специализация? — спрашиваю я.

Она берет свой телефон, разблокирует его и кладет на стойку передо мной. На экране — видео у бассейна, в котором трахаются двое. Через пару секунд женщина убирает телефон.

— Полагаю, это и есть мой ответ. — я осушаю бокал и делаю знак бармену принести еще.

— Тебе стоит выпить что-то повкуснее. Я не хочу потом чувствовать вкус кофе во рту.

Потом.

Хмм…

— Я буду яблочный крамбл, — говорю бармену.

— Что в нем? — спрашивает она, пока тот начинает готовить.

— Файрбол2, яблочный сок и лимонад, — отвечаю я. — Похоже, ты уверена, что я хочу тебя.

— Хочешь. Ты наблюдал за мной месяцами. Но сегодня впервые удостоил своим присутствием.

Ебать. Я не думал, что она вообще заметила. Похоже, эта женщина более наблюдательна, чем я предполагал. Бармен приносит мой напиток и протягивает мне, но красавица успевает забрать его первой и подносит к своим губам. Я смотрю, как она одобрительно кивает.

— Лучше. Не будешь таким кислым позже.

— Значит, ты рассчитываешь на «позже»? — спрашиваю я.

— Ты хочешь меня. Я вижу, что хочешь. Ты даже велел своему другу уйти.

— Друг? Нет, он работает на меня.

Я предпочитаю держать свои дела в тайне, а друзья — это обуза. Так что у меня нет друзей. Моя жизнь вращается вокруг работы. Мой первый бизнес отнимает достаточно времени, а другая деятельность... что ж, она требует особого набора навыков. Такого, с которым лучше работать в одиночку.

— Чем ты занимаешься?

Я усмехаюсь и наклоняюсь ближе.

— Я серийный убийца, — говорю, подмигивая, и тут же отстраняюсь, допивая коктейль.

Она не моргает и не говорит, что я сумасшедший. Нет, она просто медленно улыбается, ее пухлые губы изгибаются в уголках, а глаза вспыхивают странным внутренним светом. Это первая настоящая улыбка, которую я увидел у нее за весь вечер.

И она чертовски разрушительна.

3. Лилит

Дорогой Дневник,

Я хочу, чтобы мужчина, сидящий рядом, сделал со мной очень плохие вещи.

Почему у меня такое чувство, что он только этого и ждет?

Я даже не спросила, как его зовут.

Не уверена, что смогу.

Он привлекателен. Намного привлекательнее Девена. От этого мужчины исходит власть. Она ощущается в воздухе вокруг него. Даже после нескольких стопок водки я все еще чувствую его доминирующее присутствие.

Я видела его здесь раньше. Всегда один… работает или наблюдает. Каждый раз, когда я приходила, мужчина смотрел на меня.

Он — парадокс.

Всегда в костюме, но его поведение излучает расслабленную уверенность.

Его волосы непослушны, но такая прическа подходит ему идеально.

От него веет богатством, хотя он не из тех, кто выставляет его напоказ.

— Это тебя заводит? — спрашивает он, и я отворачиваюсь.

Не стоило улыбаться.

Теперь он подумает, что я чокнутая.