Развод. Вернуть жену любой ценой - Марго Лаванда

— Твои дети уже взрослые, Мариан. Ты о себе думай. С ними в любом случае все будет хорошо. Они точно не из тех, кто будет убиваться и плакать, что мама и папа расстались. Крепкие ребята.

Расстались.

Это слово режет по живому! Даже думать о таком не хочу. Мы с Андреем вросли друг в друга корнями. Как можно разорвать это?

Да никак. Я умру от боли. Истеку кровью.

Глава 4

Но я улыбаюсь, и благодарно смотрю на подругу. Есть вещи, которые не готова никому доверять.

Она просто не поймет. Своего олигарха Егорова Соня бросила, не задумавшись ни на секунду. Сразу. Отрезала, будто и не было его никогда. Я ни разу не видела, чтобы она грустила, пока оформляла развод. Соне даже не пришлось выбивать из него содержание — он сам назначил ей довольно высокие алименты, дом оставил.

Соня же с головой окунулась в заботу о себе. Косметические салоны, бесконечные процедуры, массажи. Потом укатила на Бали.

Но я так точно не смогу… Для меня Андрей и наши дети — смысл жизни.

Но и терпеть разлучницу — не для меня вариант.

Получается, я в тупике?

Телефон вибрирует. Смотрю на экран. Звонит Андрей.

И я понятия не имею, что ему ответить. Как с ним разговаривать?

Экран гаснет, но через минуту загорается снова.

Соня деликатно молчит, потягивая коктейль. Уже мой. Потому что я к своему не притронулась, отказалась.

Почему бы и правда, в конце концов, не остаться у подруги?

Пережить самый острый момент с ее поддержкой.

Телефон продолжает беззвучно вибрировать. Соня поднимается и уходит, шепнув про дамскую комнату. На самом деле она не хотела давить на меня, и предоставила самой принять решение.

Смотрю на экран. Вздыхаю.

На третий раз, не выдержав, отвечаю мужу.

— Да?

— Я уже волноваться начал. Что такое, почему так долго не отвечаешь? Ты где, Марианна? — густым теплым голосом спрашивает муж.

Я всегда обожала его тембр. Он такой мягкий и мужественный одновременно. Всегда меня успокаивал, наполнял новыми силами. И даже сейчас нервные окончания привычно реагируют на него.

— В ресторане, с Соней, — не узнаю собственный голос. Он кажется мне фальшивым.

— Так гуляете, что даже про мужа родного забыла? — посмеивается Вяземский. — А в остальном, все нормально?

— Просто отлично. Я сегодня останусь у Сони.

Это не вопрос. Констатация. Раньше бы я, безусловно, спросила его мнение. Да и вообще вряд ли стала ночевать вне дома. Слишком предана семье. И когда я такой домашней клушей успела стать?

Давно… И поправилась. Не критично, всего на пять килограмм, ну может восемь. Но тем не менее.

И ведь даже не думала об этом. Меня не волновало. Все равно была достаточно стройной, просто вместо размера S, привычного мне с юности, стала покупать L/XL. Но это нормально для замужней женщины, с двумя детьми… Я так считала.

— С чего это? — удивляется Андрей.

— Да так. Много тем для общения, хочется продолжить, она пригласила. Ты же не против? — злюсь, что все же спросила его мнение. — Очень не хотим расставаться сегодня.

— Опять мужчинам кости перемываете? Смотрю, чего это у меня весь день левое ухо чешется, — замечает муж.

— Это и впрямь не к добру. Может тебе обследовать уши? — делаю голос елейным.

— Ты моя женушка заботливая. Ладно, прости. Соньку Золотую ручку не хотел обидеть. Конечно, оставайся у нее, раз так хочется.

Муж стал называть мою подругу «Золотой ручкой» после развода с Егоровым. Соне и правда досталось по расставании приличное состояние. Сейчас подруга жила в очень стильном загородном доме, наподобие швейцарского шале, с огромным земельным участком. У нее в штате был дворецкий, садовник, разумеется домработница и команда из горничных. Да, требования и замашки у подружки воистину королевские. Хотя, может она просто развлекается. Моя подруга очень экспрессивный, творческий человек. Или просто не хочет лишать работы своих сотрудников. Об этом мы еще не говорили. При этом Соня неплохая журналистка, продолжает работать, хотя в финансах не нуждается. Берет интервью у интересных людей, благо замужество открыло для нее многие двери. Делает репортажи. Зачастую на острые темы, которые и я в том числе ей подкидываю, работая в фонде, с жертвами насилия.

— Ну все, пока, мы уже сейчас будем просить счет, — холодно прощаюсь с мужем.

— До завтра, принцесса. Заехать за тобой?

— Нет, не нужно.

Отключаюсь. На глаза наворачиваются слезы. Андрей часто называет меня Принцессой. Это повелось еще с юности, когда только познакомились. Говорил, что я кажусь ему Златовлаской из волшебной сказки. Что я нереальная. Безумно красивая.

И снова мысли, что все это — недоразумение, глупый розыгрыш. Не может Андрей так со мной поступить. Снова отчаяние переполняет до краев, вгрызается диким алчущим боли зверем. Ты ведь не мог так со мной поступить, любимый? Я не могла быть настолько слепой, не могла…

— Я уже оплатила счет, пока ты разговаривала, — сообщает подошедшая Соня. В ее глазах сочувствие. И это тоже невыносимо. Я не привыкла к роли жертвы. Не хочу этого всего! — Ты решила, куда поедешь?

— Сказала Андрею, что останусь у тебя. Он не против.

— Хорошо, — кивает. Никаких острых замечаний. Подруга щадит меня. — Гостевая комната у меня всегда готова, ты знаешь, — добавляет мягко.

— Еще раз огромное спасибо.

— Ни к чему, Мариан. Ты моя самая близкая, да что там, единственная подруга. Так кому помогать, если не тебе.

— Все равно. Я очень благодарна за поддержку.

— Я так понимаю с неверным гадом вы пообщались? Что он сказал?

— Был удивлен, что я решила у тебя заночевать. Пока ничего больше…

— Ясно.

Соня явно приняла решение не терзать меня больше вопросами, и я ей за это очень благодарна. В машине отворачиваюсь к окну, закрываю глаза. Их жжет от непролитых слез. Если начну, наверное, не смогу остановиться.

Вот и шале. Подъезжаем, нас встречает охрана, потом дворецкий Петр. Мы проходим в дом.

— Попрошу Глафиру накрыть на стол.

— Я не голодна… Мы же только из-за стола.

— Да ты же ничего там толком и не съела. Может чаю? Бокал вина?

— Извини.

Тошнота накатывает внезапно.

Я бегу в уборную, благо бывала тут не раз, и знаю расположение. Меня выворачивает, спазмы ужасно