Требование Покровителя ведьм - Аврора Грейвз

Мое сознание тоже затихает вслед за равномерным дыханием.

«Мой разум, мое тело, мой дух…»

В центре моего сознания возникает огонь — яркое пламя, запечатленное в лампе.

Я крепче сжимаю бутылку, и мои бедра сжимаются.

Пожалуй, я уже отдала свое подношение Покровителю раньше, когда еще находилась в уединении своей комнаты. И, возможно, мне есть что еще предложить ему, помимо виски и сигарет.

Мне показалось, что за лампой притаилась фигура в тени, скрытая от глаз. А еще, клянусь, я услышала стук сапог по деревянному полу.

«…мое страстное стремление доставить удовольствие — все это предназначено для тебя, наш Покровитель».

Фигура склоняется ближе к пламени.

— … для нашего Покровителя, — произносит Коди, заставив меня подпрыгнуть и оглянуться.

Она держит сигареты в руке, странно поглядывая на меня.

Судорожно глотая воздух, я только спустя секунду поднимаю бутылку в воздух.

— Для Темнейшего.

Ветер свистит.

Хижина скрипит и стонет.

Петли входной двери протестуют против внезапного порыва ледяного ветра, и дверь ударяется о стену.

Все свечи гаснут. В лунном свете клубится серый дым.

А по комнате разносится глубокий смех.

Глава 4

Вибрация пола под нашими ногами затихает.

Коди смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— О, черт возьми, нет.

Она тянется к своей сумке.

— Это была плохая идея. Я ухожу.

Хватаю ее за запястье и тяну назад.

— Эй, это же ты все затеяла. Не отказывайся от всего сейчас, когда, — понижаю голос до шепота, — он наконец-то появился.

Ее горло перехватывает, и Коди с трудом сглатывает.

— Только что все стало очень реальным. Если ты действительно этого хочешь, то у тебя есть шанс.

Глаза Коди полны страха и мерцают в лунном свете. Она смотрит на меня, переминаясь с ноги на ногу, словно собирается в любую секунду броситься к двери.

Наконец, она качает головой.

— Нет. Мы не будем продолжать.

Моя челюсть отвисает, когда я наблюдаю, как Коди пинает границу круга, чтобы разорвать его, и направляется к двери. Включается ее фонарик.

— С каких пор ты решаешь за меня?! — громко вопрошаю я.

Коди резко оборачивается и кричит:

— С тех пор, как появился гребаный Дьявол!

Она топает ногой.

— А теперь хватай свое барахло и уходим отсюда!

Усмехнувшись, я скрещиваю руки и выпрямляюсь во весь рост.

— Можешь подождать здесь, пока я закончу.

Даже при тусклом лунном свете я вижу, как Коди поджимает губы и сжимает челюсть. Она поворачивается и делает два шага к двери, ближе к краю крыльца.

— Поторопись!

Я с усмешкой смотрю на дверь и качаю головой, прежде чем потянуться к своему рюкзаку.

«Невероятно, блять».

На дне рюкзака, надежно спрятанное от любопытных глаз, лежит мое личное подношение, завернутое в алтарную ткань. Когда я дотрагиваюсь до него, мой клитор напрягается.

У многих ведьм есть деревянные волшебные палочки, украшенные кристаллами и прочей деребеденью, а вот моя палочка работает на батарейках, имеет мистический фиолетовый цвет, и завернута в алтарную ткань, покрытую моим удовольствием — в угоду Покровителю.

— Пошли уже, мать твою! — кричит Коди.

— Ты гребаная трусиха! — ору я в ответ.

Она обиженно хмыкает, но больше ничего не говорит.

Закатываю глаза и аккуратно кладу свое личное подношение между бутылкой «Джека» и пачкой «Мальборо Редс».

Оглядев темноту хижины и внимательно следя за особенно тенистыми углами, я шепчу:

— Все это для тебя, Покровитель.

Задерживаюсь на мгновение, наслаждаясь атмосферой хижины, проникающей в меня и разжигающей внутри неугасимый огонь, который грозит разбушеваться вовсю, в том числе обрушиваясь на головы трусов, прерывающих такие серьезные обряды, как этот.

Наконец, я перекидываю лямку рюкзака через плечо и направляюсь к двери. Коди ждет на самом краю крыльца и тут же спрыгивает с него, как только я переступаю порог.

Она быстро скрывается в лесу, не дожидаясь меня.

Я оглядываюсь через плечо на главную комнату хижины, будучи не готовой к прощанию с Человеком в черном. Он словно зовет меня и манит остаться еще ненадолго, чтобы насладиться энергией, которая все еще бурлит во мне.

На стенах шевелятся тени.

— Давай же, Сэм!

Коди ждет меня на развилке, сосредоточенно глядя на домик позади меня, когда я приближаюсь.

С каждым шагом к ней мне кажется, что сама хижина тянется ко мне, уговаривая вернуться внутрь.

Но Коди хватает меня за руку и тащит за собой по лесу, где грунтовая дорога уступает место мертвым опавшим листьям, хрустящей траве и корявым корням деревьев.

Ее рука дрожит вокруг моей.

— Неужели тебе было совсем не страшно там? — лепечет Коди дрожащим голосом.

— Посвятить себя чему-то всегда немного страшно, — снисходительно отвечаю я.

Коди колеблется, прежде чем сказать:

— Мое крещение было совсем не таким. Все было очень светлым, радостным и…

— И чем все это окончилось? — огрызаюсь я. — Мерзким слухом о том, что ты распутничала с молодым пастором, из-за чего тебя изгнали из церкви и разрушили твою жизнь, хотя ты ни в чем не была виновата. Ты серьезно считаешь, что это не страшнее того, что произошло в хижине?

Коди замирает на месте и тянет меня за руку, вынуждая остановиться.

Она шмыгает носом и хмыкает, глядя в сторону леса. Ее нижняя губа исчезает между зубами на долгие несколько секунд, прежде чем она, наконец, встречается со мной взглядом.

— Не думаю, что я создана для этого, Сэм. Что бы это ни было… это не то, что мне нужно.

Я отнимаю у нее свою руку.

— Если ты будешь оставаться такой трусихой, это приведет к тому, что ты на коленях приползешь в то же самое проклятое место, которое тебя погубило. А я не собираюсь оставаться рядом и смотреть, как ты страдаешь.

Отвернувшись, я делаю шаг вперед, чтобы направиться к машине, но моя нога цепляется за корень.

— Черт!

Я падаю в темноту и холодный воздух обдает мою кожу, пока я не останавливаю свое падение ладонями.

Зазубренные камни пронзают мои руки, а локоть ударяется о другой камень, отчего в руке и пальцах отдается острая боль.

Листья шелестят, когда я переворачиваюсь, хныча и прижимая к себе поврежденный локоть. В ноздри врывается запах хвои и чернозема.

Задыхаясь, я протягиваю руку в сторону Коди.

— Не поможешь мне подняться?

Тишина.

Я замираю, оглядывая лес.

Коди нигде нет, и я с трудом различаю окружающую обстановку.

— О, очень смешно, Коди! — восклицаю я, поднимаясь с прохладной земли. — Ты же знаешь, что для того, чтобы напугать меня, тебе нужно придумать что-то посерьезнее,