Ребенок от босса-негодяя - Анна Лапина

Его после мне Рустам передаст по просьбе Назара.

– Что у нас на сегодня? – спрашивает Рустам, войдя в свой кабинет и кинув мне телефон на колени.

Чёрт! Забыла его в машине Назара. Надеюсь, Лапин не подумал ничего такого.

Усмехаюсь, учуяв запах детского масла или чего-то схожего, исходящий от шефа. К сожалению, дел с детьми не имею, но чётко могу различить этот аромат. От Иры пару лет назад именно так и пахло. Вся квартира так пахла. Домом, уютом, теплом, любовью, семьёй.

Так было раньше. А сейчас… Эх, вернула бы я себе то время, но, увы, невозможно это.

– Через три часа привезут товар для бара, – озвучиваю, сверяясь с ежедневником. – И звонил ваш друг. Сказал, что заскочит вечерком, – сохраняю жаргон Алексея.

– То есть дел важных нет? – уточняет, широко зевнув.

– Нет, – подтверждаю, пряча свой телефон в карман. – Не считая поставки товара. В прошлый раз грузчики разбили ящик вина. Нужно будет проследить в этот раз.

– Ну и отлично! – устало вздыхает. – Не против, если я несколько часов посплю? Совсем не выспался сегодня. Матвей капризничает. Зубы лезут, наверное. Я не разбираюсь. Температурит. С Алисой дежурим у его кроватки. Она ведь вообще с ним целыми днями почти. На зомбака похожа. Сегодня вон я днём с ним сел, а её выгнал в ванную приводить себя в порядок.

– Знаешь, а ты отличный папа и мужем будешь крутым, – с улыбкой отмечаю. – С ребёнком ей помогаешь, хоть он и не твой. Я завидую твоей сестре. Или… не сестре? Она же тебе сводная как никак… – хитро растягиваю губы. – Ну, признавайся, уже! Любишь её?

Поэтому меня игноришь с того момента, как она вернулась. Но я не против. Понимала, что рано или поздно наша связь прервётся.

И совсем не расстраиваюсь. Алиса и Рустам подходят друг другу.

А я к таблеткам вернусь.

– Мой не мой. Какая разница, Насть? – игнорирует он вопрос о его чувствах к Лапиной. – Если не сын, то племянник. И знаешь… он такой… мелкий, смешной и как выкинет что-то… в общем, мне нравится этот пацанчик. Я из него хорошего мужика воспитаю. Всегда сына первым хотел, чтобы потом дочь. Один за дочерью не усмотрю. А сын, если что, подчистит фейс ухажёрам своей сестры.

– А ты, вообще, уверен, что Матвей не твой сын? – откидываюсь на спинку кресла. – Я его когда увидела в аэропорту, то перед глазами – ты. В уменьшенной и более милой версии. Правда ты! Глаза голубые, нос твой, разрез глаз твой, подбородок твой. И форма ногтей тоже твоя. Удлинённая.

– У нас, конечно, с Алиской было кое-что, но Матвей точно не мой сын, – задумчиво тянет. – Точно нет!

– Может, ДНК сделаешь? На всякий случай?

– Пффф, бред! – фыркает и, подойдя к шкафу, достаёт из него одеяло и подушку. – Насть, я спать! Разбуди, как товар приедет.

– Ага, – кидаю и выхожу из кабинета, решив пойти в бар и выпить какой-нибудь безалкогольный коктейль.

По пути отказываю в знакомстве нескольким мужчинам. Одного настойчивого охрана от меня отводит. Спасибо Рустаму, что в своё время придумал это правило и посетители не имеют права трогать персонал. Никаких контактов.

Дохожу до бара и прошу бармена приготовить мне что-то сладкое и вкусное. Калорийное. Бодрящее.

Тем временем достаю телефон и открываю Инстаграм, заметив сразу же несколько сториз от Назара. С трепетом и волнением открываю их и листаю несколько эпизодов. Маленькую детскую ножку, принадлежащую дочери Карима, дяди Рустама, у которого Назар работает. Он часто с ней видео короткие выкладывает, умиляя, вероятнее всего, не только меня.

Следующие несколько сториз из спортзала. Как всегда идеален и накачен. И так недосягаем.

Выключаю телефон от греха подальше, потому что в голове тут же возникает наш поцелуй. Чёртов поцелуй! Как, вообще, это произошло? Зачем я продолжила поцелуй? Зачем он ответил?

Надо отвлечься!

Но расслабиться мне точно не дадут. Стоит экрану погаснуть, как он тут же загорается звонком от родительницы.

Забрав свой коктейль, с бокалом спешу за барную стойку. На склад алкоголя, куда меня впускает бармен.

– Да, мам, – отвечаю на звонок, когда музыка немного стихает.

– Ты почему так долго трубку не брала?! – накидывается с претензиями.

– Потому что я на работе, – отвечаю, пожимая плечами, будто бы она это видит.

– Ты платье забрала?! Или оставила сестру на съедение её соперницам?!

– Забрала, – коротко киваю.

– Почему тогда не привезла?! Ира весь вечер плакала, что платье никто не забрал! Еле её успокоила! – ругается, как всегда.

Злится, что в своё время я не сделала, как велели родители. Не проложила сестре мост к вершине фигурного катания.

– Потому что после того, как я его забрала, мне нужно было на работу, – отвечаю, еле сдерживаясь. – Я приеду домой, как обычно, в пять утра. Платье повешу в коридоре. Всё в порядке. Успеете.

– Ира плакала!

– Мам, вы могли и сами его забрать! – не выдерживаю. – Тогда бы она не плакала.

– Неблагодарная! Привези платье сейчас!

– Нет! Я на работе! – повторяю, раздражаясь. – И вообще, мам, я занята! Потом позвоню! Когда ты перестанешь на меня орать по пустякам. Я сказала, что всё в порядке. Кстати, вы платье не оплатили.

– Но ты же его забрала? Значит, оплатила, – вмиг тушуется.

– Ага, – киваю. – Чек тебе утром отдам.

– Зачем мне чек? Мы не собираемся платье возвращать. Оно Ирочке очень понравилось.

– Ну… как бы мне деньги нужны, – тяну, понимая, что мама сливается и денег я не увижу. – Я последние за платье отдала.

– Попросишь у своего Рустамчика. Пора бы ему уже начать обеспечивать тебя и твою семью… – и бросает трубку.

Как всегда…

Вздохнув, залпом выпиваю весь коктейль, стараясь сдержать слёзы и обиду на маму. Да и на себя! Сложно быть ненужной, сломанной игрушкой для собственных родителей.

Очень-очень сложно. Больно. И обидно.

Глава 2

Назар

– Наши хорошо в этом матче сыграли, – говорит Карим, обсуждая с племянником вчерашнюю игру в хоккей. – Я все думал, в конце сольются, а они нет! Красавцы! Прям гордость взяла.

– Я тоже краем глаза смотрел, – поддерживает его Рустам, закидывая в рот колбасную нарезку. – И, признаюсь, тоже остался доволен. А ты, Назар? Смотрел? Или занят был?

– Не смотрел, – расслаблюсь в кресле, ощущая, как устал за эту неделю. Ни одной свободной минуты. Всё дела-дела-дела. – Пришёл домой и завалился спать, послав всех и всё к чёрту.

– Один? – Лапин поигрывает бровями,