Гвинпин и Оливка - АВ Романов

С тех пор сам собой завёлся следующий порядок. Если в гости к Оливке приходила Моника, Гвинпин вставал и уходил. И наоборот. Если приходил Гвинпин — уходила Моника. Это было иногда удобно. Можно было сказать, что скоро придёт Оля-Моника… Но иногда это и мешало. Например, только недавно подруга помогла Оливке дошить злополучный летний сарафан. Его своевременный пошив когда-то был сорван неожиданным приходом Гвинпина. Кстати, сейчас Ольга, даже если бы и позволяло время, ни за что и ни к кому не зашла бы в гости. Потому что похвастаться перед родителями обновкой хотелось. В её маленькую сумочку сарафан бы не влез, никаких пакетов-котомок таскать с собой Оливка не любила категорически, поэтому надела новый сарафан прямо на праздничный костюм. Пиджачок только, естественно, сверху. Задрала и намертво приколола булавками подол сарафана — иначе он был бы виден из-под шубки… Нет! никуда, где предполагалось бы снимать верхнюю одежду, Оливка бы сейчас не пошла.

— Наверное, я приду с Моникой, — рассудительно сказала она. — Ты же, скорее всего, достанешь ещё пригласительный, а я совсем не хочу, чтобы ты крутился рядом.

— И учти, Гвин, — добавила она. — Если ты возникнешь на горизонте, то я уйду… Насовсем.

Она была уверена, что он возникнет… Евгений же только обиженно засопел…

ГЛАВА 3. Тоска. Странный разговор

Виолетта

Вот он опять. Страх-х тишины.

Бич-ч вдохновения! Стон-н! Кнут-т!

Сон-н! Бал-л! В мишуре старины

Танцую! Жемчуж-жные туфли — ж-жмут!

По в-венам, словно угар-рный дым-м,

Л-ломая дыханье моё,

Маршрутом к с-сердцу, витым, сквозным-м,

Р-рвётся небытиё.

А хочется в лес,

Где малины песня

Укроет меня от всего.

Фиалкой лесной я хочу расцвесть!

Всего-то и нужно — тепло…

Без мнимого благоразумья.

Возможно ль такое безумье?

Всего-то и нужно… Тепло.

Гвинпин и Оливка

Надо было как-то сгладить возникшую неловкость. В сущности, Ольга совсем не хотела обижать Евгения. Она к нему хорошо относилась, ей было уютно, когда он рядом. Не всегда, но часто. Да и привыкла к нему немного, чего уж себя обманывать. Просто она не видела их совместного будущего, а врать кому бы то ни было — не любила. Да и самой ей надо было быть свободной в случае чего, она была в этом уверена. Следует быть готовой к неожиданностям!

«Надо его как-то ободрить, — подумала она. — Чтобы перестал сопеть и обижаться. Наверное, он не зря написал в этом своём заявлении про духи! Они там точно есть!». Оливка потупила глаза и улыбнулась.

— Надеюсь, это не будет поводом лишить меня остальных подарков? Мне так интересно, что ты мне приготовил, что написал. Я чувствую очень необычный запах…

Хотя что можно унюхать на этом морозе, кроме насморка?! Покрасневший кончик Оливкиного носика говорил об этом красноречивее всяких слов.

— Конечно… — вздохнул Евгений.

Оливка расслабилась: он обиделся, но не сильно. Гвинпин достал небольшой прямоугольный пакетик.

— Оливка! — торжественно сказал он, вручая его. — Для того чтобы намылиться мылом «U'Dav», не надо ходить по магазинам, смотреть на цены и грустно вздыхать. Надо найти нормального мужчину, то есть меня, и просто сказать: «Ах, как давно это мыло не пузырилось на моей нежной коже! Как ты думаешь, Гвинпин, это справедливо?». И я отвечу, что это несправедливо и даже очень возмутительно! Что это надо исправить! И что шоколад «U'Dav» тоже вкусный…

— Оау! — оживилась Оливка. — У тебя и шоколадка такая есть?

Мыло, в общем-то, оно просто мыло. Вещь хорошая, нужная, но можно и любым обойтись. А вот есть вкусный шоколад вместо не очень вкусного — это Оливке нравилось. Это было правильно. Тут никакого сравнения, по её мнению, и быть не могло.

— Ты знаешь, Оль, — доверительно сказал Евгений. — Если вдруг где увидишь этот самый шоколад — звони. Весь город оббегал — ну хоть U-Dav-ись! — нет его нигде.

Евгений лукавил. В кармане его пуховика была такая шоколадка. Ему хотелось сделать Оливке сюрприз. В подходящий момент достать её, как фокусник достаёт белоснежного голубя из цилиндра. Увидеть, как вспыхнут радостью коричневые Оливкины глаза. На данный момент это была практически единственная провокация Олиных эмоций, в которой он был стопроцентно уверен.

— Спасибо за мыло, — сказала Оливка. — Надеюсь, оно окажется таким, как о нём говорят в рекламе.

Подарок она положила рядом с сумочкой. Отметила, что текст он, как всегда, написал заранее. Распечатал, бумажку на подарочную обёртку приклеил. Сколько труда напрасного…

— Спасибо, что не подарил верёвку! — пошутила она.

Гвинпин улыбнулся шутке. Он уже доставал из пакета с подарками ещё один файлик с бумагами. «А ведь он сейчас словно Дед Мороз, — подумалось Оливке. — Одаривает меня, как в сказке. А я? Я, наверное, Снегурочка. Или Морозко.». Эта мысль пришлась ей очень по душе.

Увидев следующий подарок, она бросила взгляд на часы. Подумала: «Ещё бумаги? Неужели ещё одно заявление? И листок там не один … Господи!».

— Оливка! — торжественно сказал Гвин, подглядывая в бумажку из файлика. — Это совершенно бесполезный, а поэтому очень приятный подарок. Это ксерокопия статьи, которую ты так искала.

— Статьи? — Ольга оживилась. — Какой?

— Там про тот самый математический метод, о котором ты говорила. Я не поленился сходить в настоящую библиотеку, найти статью про него и сделал ксерокопию. Теперь вручаю её твоим нежным ладошкам.

Ольга немедленно отобрала у Евгения файл, достала бумаги, начала их просматривать. Удивилась.

— Я не думала, ты меня слушаешь, когда я рассказывала про свою работу. А ты даже название метода запомнил… Удивил!

Вот это был дельный подарок! Идти самой в библиотеку, искать эту статью Оле было лень. Да и некогда, если честно. «Та-ак, — думала она, просматривая текст на скорую руку. — Аналитического метода аппроксимации нужных экспоненциальных зависимостей здесь вроде нет, но надо подробно читать. Пустышка, получается? Эмпирически тоже сложно, значит… Критерии есть для оценки…».

Гвинпин терпеливо ждал.

— Я не представляю, — осторожно сказал он. — Как ты будешь всем этим пользоваться! Там сплошные формулы, значки непонятные. Но ты умница…

— Я умница… — рассеяно повторила за ним Оливка.

Файлик с распечатанной статьёй она сложила под Гвинпинное заявление, под свою сумочку и мыло. Ей стало любопытно.

— Кого же это ты раскрутил тебе помочь? Неужели Андрюху? Ну