Мятежный - Л. Дж. Шэн

- Должен признать, мистер Проценко, я склонен сказать ”нет".

- И откуда, скажите на милость, проистекает ваша склонность?

- Ваша репутация опережает вас.

- Просветите меня относительно того, что она говорит.

Он скрестил ноги и наклонился вперед, склонив голову набок, его глаза сверкали ледяной бурей.

- Что ты мошенник, тухлое яйцо—из тех, что вызывают у тебя пищевое отравление—и чертов вор.

Не было смысла оспаривать эти факты. Называйте меня человеком эпохи Возрождения, но я проверил каждую гребаную ячейку в этом списке.

- Насколько я знаю, вы можете планировать использовать это место для отмывания денег. - Его челюсть раздраженно дернулась. Я не собирался этого делать, но чувак определенно был сообразителен.

- Нет, слишком рискованно. Отмывание денег ”это искусство". - Я выпустил еще одну струю густого дыма.

- Это также является федеральным преступлением.

- Могу я спросить тебя кое о чем? - Я стряхнул пепел в стакан с виски, который он мне подал, показывая ему в точности, что я думаю о его духе за шестьдесят тысяч долларов. Он сардонически изогнул бровь, ожидая, что я продолжу.

- Зачем ты пригласил меня сюда, если знал, что откажешься? Я один из главных претендентов на покупку участка. Это общеизвестно. Ты знал, что я пришел сюда не для того, чтобы любоваться твоими красивыми глазами.

Вишес постучал по подбородку переплетенными указательными пальцами, выпятив нижнюю губу.

- Что у меня с глазами?

- Во-первых, они не привязаны к кому-то с киской и багажником.

- По слухам, вы не ограничиваете себя одним полом. В любом случае, я хотел убедиться сам.

- Убедиться в чем? - Я проигнорировал его замечание. Гомофобия была ниже моего достоинства. Кроме того, он хотел вывести меня из себя. Это было не мое первое или последнее родео с напыщенным придурком. Я всегда выходил на первое место (все каламбуры предписаны).

- Как выглядит мой преемник.

- Твой преемник? Покрасьте меня в замешательство, румянец и оглушенный моим звонким радаром дерьма. - Я ухмыльнулся, почесывая лицо средним пальцем.

Мы были полярными противоположностями. Отпрыск среднего класса, воспитанный одним родителем, сидит напротив ребенка из трастового фонда. У меня был светлый мужской пучок, татуировок хватило бы, чтобы покрыть лучшую половину Северной Америки, а сегодняшний наряд состоял из примитивной рубашки, черных брюк-карго и грязных ботинок. Он был с головы до ног закутан в Бриони, с гладкими черными волосами и фарфорово-белой кожей. Он был похож на стейк, отмеченный звездой Мишлен, а я-на жирный чизбургер, приготовленный на ходу. Меня это нисколько не беспокоило. Я любил чизбургеры. Большинство людей предпочли бы двойной чизбургер McGreasy с крошечным кусочком зубного камня.

Вишес потянулся на своем сиденье.

- Вы понимаете, что я не могу с чистой совестью помочь вам построить торговый центр—ориентированный на серфинг или что—то еще-в Тодос-Сантосе? Ты будешь вмешиваться в мои дела. - Он проигнорировал мой вопрос, и мне это не понравилось. Я бросил косяк в стакан с виски и поднялся на ноги.

Он уставился на меня. Безмятежный, искренний и совершенно пресыщенный.

- Но это не значит, что я не болею за тебя, Бэйн. Я просто не собираюсь снаряжать тебя для войны, в которую ты планируешь вступить. Потому что в этой битве у меня тоже будет армия. Тот, кто откроет там торговый центр, вгрызется в мое дерьмо, и когда люди вгрызаются в мое дерьмо, я тоже пожираю то, что принадлежит им.

Я почесал бороду, позволяя ей опуститься. Конечно, Вишес и ему подобные не заботились обо мне. Он был на вершине. Я как раз добирался туда. Раздавить меня было инстинктом выживания.

Спенсер посмотрел вниз, записывая что-то в золотой блокнот с логотипом "Фискал Хайтс Холдингс", названием его компании.

- Но вот кое-кто, кто мог бы тебе помочь. Он уже много лет пытается пустить корни в Тодос Сантос. Ему нужно создать здесь репутацию, и он впадает в отчаяние. Может, у него и нет уличной репутации, но у него чистое имя и Бенджамины. - Он провел запиской по черному с золотом хромированному столу, и я потянулся к ней своими покрытыми чернилами мозолистыми пальцами.

Даррен Моргансен, за которым следовал номер телефона.

- Нефтяные деньги. - Он поправил галстук поверх рубашки. - Что еще более важно—он действительно выслушает вас, в отличие от подавляющего большинства бизнесменов в этом городе.

Он был прав, и это меня раздражало.

- Почему ты помогаешь мне? - Я спросил. Мне нравился Барон Спенсер. Он был моим первым деловым партнером, когда я решил сделать ставку на эти акры. Я знал других богатых, влиятельных людей в этом городе, но никто не был так безжалостен, как он.

- Я просто даю тебе фору. Это делает вещи интересными, и мне нравится элемент неожиданности, - сказал он, крутя обручальное кольцо на пальце.

- Открой этот серфинг-парк, Бэйн. Попробуй. Было бы здорово наконец-то встретить свою пару.

Прежде чем покинуть его офисное здание, я взял за правило посрать в туалете и сунул в карман несколько модных ручек "Фискал Хайтс Холдингс", просто для развлечения. О, и я мог бы трахнуть его секретаршу, Сью. Она отправила мне по электронной почте контактные данные всех поставщиков услуг, работающих в торговом центре ее босса. Они пригодились, когда я открыл серфинг-парк. Тот, который должен был избавить меня от дерьма и оплатить ипотеку моей мамы.

Барон Спенсер думал, что он собирается воевать со мной.

Он собирался узнать, что я был на войне.

В тот же вечер я встретил Даррена Моргансена.

Первый намек на то, что он был чрезмерно нетерпелив? Он пригласил меня к себе домой. Как я уже сказал, магнаты бизнеса редко встречаются с вами в своих частных владениях. Моргансен полностью проигнорировал это действие. Сказал по телефону, что он был рад возможности познакомиться с таким ключевым игроком, как я, что чуть не заставило меня отказаться от его задницы. Я был тем, кому нужно было напоить вином и угостить его эго, а не наоборот. Но я был готов не обращать внимания на странную динамику, если бы это означало создание крупнейшего в мире парка для серфинга и превращение Тодос-Сантоса в следующий Хантингтон-Бич.

В основном я видел возможность сделать меня таким же богатым, как люди, которые смотрели на меня как на мусор, и я был счастлив попробовать это сделать. Не буду врать—я не ожидал, что зайду так далеко в своем путешествии по покупке участка. Люди действительно обращали внимание на то, что я говорил, и это меня немного удивило.

Моргансен жил в Эльдорадо, закрытом поселке на холмах Тодос-Сантос с видом на океан. Этот район был домом для большинства тяжело нагруженных сопляков в городе. Спенсеры. Коулы. Следующие Холмы. Уоллесы. Такие деньги человек не мог заработать за всю жизнь, а скорее унаследовал.