Исключение - Дарья Сойфер

– И этим меня пачкают каждый день, – вздохнул Эрик. – Теперь надо дождаться, пока кровью обольют Андерса, а потом рисунок будут воспроизводить на мне. Я видел сценарий, бойня будет в подвале.

– А разве там не постельную сцену сегодня снимают? – поинтересовалась Линда.

– Вам только этого и надо, – Эрик неодобрительно цокнул. – Ты видела хоть одну серию «Мертвой крови»? Разве у них одно другому мешает?

Их разговор прервало объявление по громкой связи.

– Внимание! Сцена триста шестнадцать на второй площадке! Сцена триста шестнадцать! Подвал! Начало через десять минут!

– Мне пора, – Лида развернулась и собралась было идти на съемку, но столкнулась с Андерсом.

– Вот ты где, – он потуже затянул пояс длинного халата. – Я тебя везде ищу. Эрик, Линда, привет!

– Привет, Андерс, – Линда блаженно заулыбалась.

Норберг взял Лиду за руку и повел на съемку.

– Ты уже познакомилась с моим двойником?

– Да. Он хорош. Жалко, не подменяет тебя в постельных сценах.

– Думаешь, он бы справился так же, как я? – Андерс понизил голос до интимного полушепота.

– Не знаю. Но мне, возможно, стоит попробовать. Не можешь же ты один разрываться между мной и разными актрисами.

– Ревнуешь. Снова, – его голос звучал довольно.

– И даже не станешь пытаться меня переубедить?

– А зачем? Ты сама все увидишь через пару минут.

Он усадил Лиду на одно из кресел неподалеку от режиссера. Операторы налаживали аппаратуру, куча людей возились со светом и микрофонами на длинных палках. Несколько камер ездили по специальным рельсам, а изображения выводились на небольшие мониторы, в окружении которых и сидел режиссер со своими помощниками.

Совершенно обнаженную партнершу Андерса пристегнули к кровати, и сам он скинул халат. Вокруг него шнырял парень с отражателями и какими-то штуками, чтобы оператор мог настроить освещение. От стыда Лиде смертельно захотелось закрыть лицо руками, но она терпела. К тому же она, похоже, была единственной, кого бы хоть как-то смущало происходящее. Все были заняты делом, никто не шутил, не хихикал, к Андерсу относились как к части декораций. Его уложили на героиню, а потом режиссер долго ходил вокруг, чтобы выбрать правильный разворот спины. Тот терпеливо слушался. То ему говорили приподнять руку, то требовали немного согнуть левую ногу и разогнуть правую, опустить голову. Лида даже сидеть устала, пока они вертели отцом его будущего ребенка, что уж было говорить о самом Норберге.

Наконец, режиссер остался доволен, но тут пошли дубли. То актриса чихнула, то Андерс недостаточно правдоподобно дал ей пощечину. На четырнадцатый раз все вышло как надо, и тут Лида выяснила, что постельная сцена – вообще не главное в этом эпизоде. Оказалось, что героя Андерса просто пытались застать врасплох вражеские вампиры. Через несколько секунд после начала сцены на площадку врывалось несколько мужчин в черном, и начиналась драка. По сюжету Норберг успевал натянуть штаны, потому что вампиры могут двигаться молниеносно, и даже воткнуть в кого-то из противников осиновый кол. Дальше Андерс был свободен, а Эрика начинали покрывать брызгами искусственной крови.

– Ну как, все еще ревнуешь? – спросил Андерс, когда режиссер отпустил его с площадки.

– Нет, конечно.

– Не хочешь познакомиться с моей партнершей, Кори?

– Не думаю, что она сейчас захочет с кем-то говорить.

– Да брось. Кори, подойди на минутку!

– Андерс? Я умираю от усталости, – актриса, закутанная в махровый халат, сжимала в руках стаканчик с горячим кофе. – Я так замерзла, ты бы знал! Ты хоть мог шевелиться.

– Познакомься, это Лидия, моя подруга.

– Привет, Лидия.

– Кори, вы были великолепны. Я не представляю, как вы все это выдерживаете!

– Такая работа, – она пожала плечами и поморщилась. – Черт, кажется, я потянула плечо…

Лида сочувственно посмотрела на нее. Во всей этой сцене не было ни намека не сексуальность.

– Ну что, поехали домой? – спросил Андерс, когда Кори ушла в свою гримерку.

– А разве уже все?

– Шесть часов утра.

– Как? Вы снимали эту сцену восемь часов?

– Обычный рабочий день, верно?

– Ты же, наверное, дико устал!

– Есть немного.

– Я не думала, что актерам так трудно!

– А ведь все говорят, это легкая профессия. Я рад, что ты теперь так не думаешь.

– Конечно, – она ободряюще потерла его плечо. – А теперь скорее домой, тебе надо выспаться.