Исключение - Дарья Сойфер

Разбудили ее яркий свет и голос Андерса.

– Лидия! Господи!.. – дальше следовали какие-то шведские ругательства.

Андерс стоял у стены-окна и открывал жалюзи.

– Твою мать, Норберг, отвали, – по-русски сказала Лида и уткнулась лицом в подушку.

– Что? – переспросил Андерс.

– Дай поспать, говорю, – она перешла на английский.

– Где ты вчера была? И прикройся ради всего святого, я не могу с тобой разговаривать, когда ты в таком виде!

– Что? – в свою очередь переспросила Лида.

А потом вспомнила, что вчера после душа легла спать голой. Ночью было жарко, и одеяло служило ей скорее для обнимания, чем для укрывания. От этой мысли Лида проснулась окончательно и тут же натянула одеяло до подбородка.

– Извини, я не думала, что ты придешь сюда…

Андерс какое-то время смотрел на нее остекленевшим взглядом, потом несколько раз моргнул и продолжил.

– Где… – он прочистил горло, – где ты была вчера весь день?

– Ты же сам попросил мистера Экерза…

– После вашей встречи! Я звонил тебе весь вечер и даже ночью, звонил домой, и Дональд сказал, что довез тебя…

– Телефон… – протянула Лида и поморщилась. – У меня вчера разрядился телефон. Кажется, я забыла включить его в сеть, когда вернулась.

– И где…

– В Гриффит-Парке. Я была в парке и в обсерватории, потом ужинала. Я гу-ля-ла. И почему ты спрашиваешь? – Лида перешла в наступление. – Ты сам ушел и не сказал, когда вернешься. И это ты говорил, что не сможешь показать мне город.

– Просто ты беременная, и ты впервые в Лос-Анджелесе…

– Ты волновался… – довольно констатировала Лида.

– Но ты же беременна!

– Ты волновался, – почти пропела она и потянулась. – И ты не можешь со мной говорить, когда я в таком виде…

– Перестань.

Лида засмеялась и накрылась одеялом с головой.

– Глупая женщина.

Она выглянула и показала ему язык.

– Считаю до трех и вылезаю.

– Не будь ты беременна, я бы тебе показал!

– Один… – Лида высунула ногу и помахала ей в воздухе.

– Кого ты хочешь напугать? Ты забыла, где я снимаюсь?

– Два… – вторая нога взмыла вверх.

Андерс закатил глаза и вышел, захлопнув за собой дверь.

– Слабак! – дразнящее крикнула она вслед. – И – три!

Она расхохоталась, потому что в гостиной что-то громыхнуло.

Было всего семь утра, но спать больше не хотелось. Лида залезла в душ, напевая под нос что-то легкомысленное, накинула сарафан и босиком вышла в гостиную. Андерс сидел за барной стойкой и с аппетитом поглощал бургер.

– Будешь? – с набитым ртом спросил он. – Я взял два.

Лида уселась напротив и тоже взяла бургер. Он был пышный и сочный, в Москве она таких не пробовала.

– Все никак не пойму, куда у тебя девается весь фастфуд. Вампир должен быть худым и устрашающим.

– Между прочим, я вчера два часа потел в спортзале, – Андерс поиграл бицепсом.

– О, ты прекрасен! А у меня виден каждый гамбургер, – Лида откинулась, демонстрируя круглый живот.

Андерс засмеялся.

Лида заметила у него на шее переход от светлой кожи к загару.

– Ты даже грим не смыл?

– И все из-за тебя! Торопился домой.

– Да, прости. Надо будет включить телефон.

Столько раз Лида видела на экране этого сексуального вампира, столько беспокойных снов ей принес этот образ, что теперь было чертовски странно видеть, как он сидит напротив и задумчиво пережевывает завтрак. Лида не стала озвучивать эту мысль, чтобы не выглядеть одной из множества чокнутых фанаток.

– Сегодня меня опять подкараулили около съемочной площадки, – сообщил Андерс. – Есть группа фанатов. Они узнали, где мы снимаемся, и часто ждут нас там. Не знаю, зачем им столько автографов и фотографий. На продажу, что ли.

– Откажи им.

– Это невежливо, – он пожал плечами. – Люди ждали, а мне не сложно. И я не хочу зазнаваться и строить из себя звезду. Хотя все это очень раздражает.

– Наверное, это девочки-подростки? Обычно они идут на безумства ради кумиров.

– Нет. Сериал ведь только для взрослых. В основном, конечно, приходят молодые девушки. Они верещат и шепчут неприличные вещи.

Лида почувствовала прилив раздражения.

– Ты удивишься, но среди них есть одна женщина далеко за тридцать. Классическая домохозяйка.

– Она тоже шепчет неприличные вещи?

– Нет. Но прижимается ко мне, когда мы фотографируемся.

– Господи, какой ужас! Теперь я не понимаю, зачем тебе…

– Лидия, это ведь мелочи. И то, что незнакомые люди просят меня их укусить, и эти пошлости, и тонны писем, которые получают мои агенты… Это небольшая цена за интересную работу.

– А папарацци?

– И это тоже, – Андерс вздохнул. – В конце концов, я всегда могу вернуться в Стокгольм и побыть в тишине.

– Я бывала на звездных мероприятиях на прошлой работе. Но это такая фальшь, такое самомнение и тщеславие… Знаешь, до встречи с тобой я думала, что знаменитости и папарацци достойны друг друга. Они образуют симбиоз, как большие рыбы и моллюски, которые живут у них во рту.

– Лидия, я же ем!

– Какой ты впечатлительный! – она откусила большой кусок.

– То есть ты невысокого мнения об актерах?

– Не знаю. Скорее, я невысокого мнения о тех, кто высокого мнения о себе.

– По-твоему, все должны быть закомплексованными?

– Не перевирай мои слова. Это две крайности. Я знаю, что люди много работают, чтобы подняться на вершину. Плюс талант, обаяние, внешность. Но это не дает им права считать себя лучше других.

– Разве я такой?

– Нет. Не знаю. Просто во всей этой истории с фанатами, автографами и журналистами есть какая-то… снисходительность.

– Вот как? И что я должен делать? Не выходить на публику? Всем отказывать? Отрастить пивной живот, чтобы моя физическая форма не оскорбляла чужих чувств?

– Но ведь ты демонстрируешь голый зад миллионам, и не говори, что тебе это не нравится!

– Ты видишь в моих работах только голый зад?

– Почему, есть еще и скульптурный торс! И нечего после этого жаловаться на фанаток!

– Я снялся в десятках фильмах. И в некоторых играл совершенно не сексуальных персонажей. Это было глубокое, серьезное кино. Работа для души. Но меня взяли в интересный, неформатный сериал по кассовому каналу с огромной зрительской аудиторией. И хорошими, заметь, гонорарами. Такой шанс выпадает один на миллион. И мне надо было отказаться только из-за голого зада? Да мне вообще плевать, есть там обнаженные сцены или нет!