Некромантия по Фрейду - Саша Блик

— Винс, у меня вопрос с одеждой. Вернее, с тем, что от неё осталось.

— Ах да… Пойдём покажу, где мусор.

Он развернулся и двинулся по коридору. А я замерла. Одежду было жалко.

— Что опять случилось? — Винс оглянулся, и я только теперь заметила, каким уставшим он на самом деле выглядит. Судя по всему, я всё-таки уснула в купальнях, а он всё это время работал над амулетом. Вот же…

В душе всколыхнулась волна сочувствия. Но с мысли не сбила.

— Мне же не в чем будет завтра идти, — пробормотала, отводя взгляд. — Может, можно где-то постирать?

Винс усмехнулся. И развернулся всем телом, складывая руки на груди.

— Постирать-то можно. Но ты уверена, что захочешь потом это надевать? Она вся в мелкую дырочку будет.

Оу. Вот об этом я не подумала. Вентиляция в одежде — это, конечно, здорово, но не зимой. Точно не зимой.

Заметив моё вытянувшееся лицо, Винс фыркнул и закашлялся, маскируя смех. А потом всё же снизошёл до ответа:

— Не переживай. Утром подберём тебе что-нибудь из гардероба матери. У неё вещей много, большинство она даже не надевала. И они уже лет двадцать находятся в стазисе.

Что ж, это успокоило. В коне концов, какая разница, чьи вещи мне носить: матери Айрис или матери Винса. Хорошо бы, конечно, зайти уже к местной портнихе и пошить у неё собственные вещи помимо белья… Только мне вечно некогда.

А в ближайшее время я снова буду занята: надо же держать слово и вызубрить учебник по боевой некромантии. Мало ли — встречу на улице какое-нибудь умертвие. Не лопатой же от него отбиваться. Да у меня и лопаты-то нет.

За этими мыслями я и не заметила, как Винс довёл меня до неприметной двери на первом этаже.

— Гостевая спальня, — объявил он, открывая дверь, и щёлкнул выключателем. Комнату затопил мягкий свет. А следом Винс повернул ещё какой-то рычажок и пояснил в ответ на мой удивлённый взгляд: — Артефакт стазиса. Нужно деактивировать.

Кивнув, я прошла внутрь и огляделась. Комната напоминала небольшой номер в отеле. Приличный, но не то чтобы прямо люкс. С другой стороны, постель оказалась довольно широкой, шире, чем в доме у Айрис. Кроме неё здесь помещался шкаф, стол с парой стульев, а в углу виднелась дверь в уборную. Что ещё нужно для комфортной ночёвки? В общем-то мне и шкаф со столом не пригодятся — хватило бы и кровати.

— Спасибо, — зевнула я. — А дверь запирается?

Винс безуспешно попытался подавить зевок и взглянул на дверь.

— Не запирается, — резюмировал он. — Но тут никого нет, кроме меня и Ирвина… — Он замер и нахмурился. — Хотя и Ирвина тут тоже нет.

— Ничего, — милостиво кивнула я. — Стулом подопру.

Винс снова закашлялся, но возражать не стал.

— Кстати, — спохватился он и, запустив руку в карман, достал круглую коробочку. — Держи, это мазь от мелких повреждений. Намажь на ночь — и к утру царапины затянутся.

— Оу. Спасибо.

Я протянула руку, чтобы забрать коробочку. Наши пальцы на миг соприкоснулись, посылая по телу волну мурашек… Винс болезненно зашипел, отдёргивая ладонь. И уже спустя секунду шагал прочь по коридору.

Я проводила его взглядом, прислонила к двери стул, намазалась выданной мазью, рухнула в постель и с чистым сердцем провалилась в сон.

Утром Винс, как и обещал, довёл меня до комнаты матери, снял стазис и предложил выбрать себе наряд.

Вот тут у меня глаза разбежались. Это вам не сундук с полуистлевшими вещами. Это целый гардероб. Да что там… магазин одежды! И словно нарочно все вещи моего размера. Ну, почти. В груди капельку свободно. Но это такие мелочи!

Выбрав себе одежду, вышла к ожидавшему меня Винсу. Увидев меня, он на секунду замер. Но очень быстро взял себя в руки и нарочито небрежно отвернулся.

— Позавтракаем в городе, — сообщил он. — Кухарка почему-то не пришла… Заодно узнаем, куда мог подеваться Ирвин. Он ночью так и не вернулся.

Поместье, которое почему-то гордо величали замком, находилось в отдалении от Эйнсвилля. Так что нам предстояла пешая прогулка. Не то чтобы долго — минут двадцать пять, максимум полчаса. Зато по пути был шанс прояснить один очень важный вопрос.

— Как думаешь, на сколько консультаций потянет вчерашнее путешествие?

Услышав вопрос, я резко втянула воздух. Потому что по времени это бы точно могло сойти консультации за четыре, но…

— Всего одну, — простонала я. — Прости.

— Почему?

— Да мы с Рафаэлем заключили ещё один контракт. Дополнительное соглашение… Что засчитывается не больше одной встречи в день. Зато длительность не имеет значения. Так что вчера одна… И сегодня, кстати, у нас тоже встреча, помнишь? Вечером.

— Драхнов хитрец, — фыркнул Винс.

Хотя в голосе проскользнуло что-то близкое к восхищению. Впрочем, я и сама уже была впечатлена находчивостью и упорством Рафаэля. Настолько, что мне уже чисто по-человечески было интересно, что из этих двоих кого переупрямит. Эх, если бы только всё это дело не касалось меня…

Тем временем мы успели не только дойти до Эйнсвилля, но и свернуть в сторону трактира. И чем дольше мы шли, тем тревожнее мне становилось. Городок как будто вымер. Даже собаки не лаяли.

— Может, отдыхают? — неуверенно предположил Винс.

— Сегодня же среда… — возразила я. И, подумав, на шажок приблизилась к мужчине.

К моменту, когда мы дошли до «Печёного баклажана», я уже не знала, что и думать. В голове сменялись сцены из фильмов про апокалипсис. Замерев напротив двери, мы прислушались. Внутри точно кто-то был. Из трактира доносился плач. И, кажется, плакал не один человек.

На всякий случай убедившись, что я стою позади него, Винс рванул дверь.

Глава 15

— С дедом виделся… — всхлипывал огромный кузнец Ллойд. — Эх, если бы не некроманточка, так бы и не поговорил с ним. Так полегчало, аж от сердца отлегло…

— А я к матушке заходил, — вторил ему господин Морган. — Сказал, что жёнушка меня хорошо кормит. Уверен, мама довольна…

Я припомнила, что Софи Морган — это та гиперопекающая мамаша, неспособная отпустить сына к жене. К ней я ходила по понедельникам. Что ж, похвально, что сын решил её навестить… Но плакать-то зачем?

В этот момент поверх голосов присутствующих прозвучал другой голос, ещё печальнее:

— Винс же, он… всему меня научил! — Ирвин сидел в дальнем углу, и вокруг него тоже собралось человек десять. Как помещались-то только? Тем временем, блондин продолжал, горестно заломив руки.

— Вот например, когда мне