Боссов сын, или Я принимаю бой! - Оксана Алексеева

Стас в воскресенье не позвонил, не стала этого делать и я. Вероятно, переживает теперь, что выглядит в чьих-то глазах уязвимым, но я великодушно дала ему время с этим смириться.

Однако в понедельник к концу рабочего дня он все-таки изобразил, что мы знакомы – сначала деловито поинтересовался, над каким новым заказом я работаю, а потом шепнул:

– Подыграй мне, Полька.

– В чем?

– В том, что умеешь лучше всего.

Вернулся за свой компьютер и затянул лениво:

– Евгений Михайлович, а может, и мне работенку подкинете?

– Разве ты уже закончил каталог? – Начальник, который как раз просматривал макет Ольги, нахмурился.

– То есть вы всерьез думали, что я смогу его закончить?! Евгений Михайлович, я и представить не мог, что вы такого хорошего обо мне мнения!

Ольга усмехнулась, а я выдохнула по инерции:

– Он-то сможет, лучший сотрудник отдела, как же…

Фразу не закончила, поскольку споткнулась взглядом о радостную мимолетную улыбку Стаса. А, вон в чем подыграть? Привычный скандал на ровном месте устроить? При начальнике мы обычно сдерживались, но есть такие традиции, которые всеми воспринимаются непринужденно. Настя, так и не повернувшаяся от своего монитора, обозначила начало военных действий:

– Ну, поехали. Вы хотя бы негромко ругайтесь, остальным не мешайте.

И Стас заголосил, словно именно этой команды и ждал:

– Помолчала бы, Луговая! Ты сейчас над каким-то баннером работаешь, а у меня целый каталог! Баннер и я бы запросто потянул!

– Ага! Разве что сперев мою идею! Стас, не смеши мои тапочки – ты два шрифта знаешь: курсив и прямой, а фотошоп умеешь только открывать и закрывать. Куда тебе баннерами заниматься?

– Преувеличиваешь! А что такое курсив?

– Что и требовалось доказать!

– Ну простите великодушно, Полина Андреевна! Вы же шрифтовой специалист мирового уровня, куда уж мне до вас!

– Вот ты вкратце и изложил основную мысль, которую я с первого дня пыталась сформулировать.

Евгений Михайлович громко хлопнул ладонью по столу и начал вставать, позабыв об Ольгином макете. Все вздрогнули и непроизвольно сжались, особенно я. У меня и голова почти целиком в плечи уместилась.

– Хватит! – Он указал начальственным перстом сначала на меня, затем перевел его на Стаса. – Хватит, сказал! Сейчас такое время, когда мы должны как никогда быть прочной командой, а вам никак неймется? Стас, а ты не хотел бы в финансовом отделе попрактиковаться?! Так мы сейчас моментально организуем!

Стас очень правдоподобно изобразил близость к панике:

– Никак нет, ваше высокоблагородие. Виноват. Исправлюсь.

У него-то иммунитет против любых должностных перестановок, если только вину вовремя изобразит, а я-то чем думала? Кажется, мечтала попасть в список на сокращение, когда такой будет составляться, а иначе мое участие в недавней сценке не объяснишь… Перст вновь тыкал в мою сторону.

– А ты, Полина! Я был уверен, что ты меня услышала и сделала выводы!

– Я-то что? – забубнила, краснея. – Я-то все правильно говорила. Это не скандал был, Евгений Михайлович, я таким образом Стасу предлагала объяснить, что такое курсив…

– Он знает, что такое курсив! – рявкнул начальник. – Понятия не имею, зачем этот идиот прикидывается идиотом, но в твои обязанности не входит всякий раз называть его идиотом! Для этого есть я!

Судя по интонации, он даже сокращения штата дожидаться не станет. Интересно, а в «Рек-про» меня примут уже не в качестве шпиона? И зря он намекает – я на его место и не стремлюсь. Пока он на пенсию не уйдет, конечно… А начальник слишком остро воспринял наш конфликт:

– Я-то придумал себе, что принимаю в отдел только взрослых людей! Но эти драки в песочнице не прекращаются! Мне вас от коллектива изолировать, чтобы работать другим не мешали?!

– Евгений Михайлович, – вмешалась добрая Ольга. – Да они почти и не ругаются в последнее время. Иногда рецидивы включаются, но нам нормально, даже весело!

– Весело, весело! – подтвердили почти все девчонки, одна Веста промолчала – она к нашим перепалкам всегда относилась не так позитивно, как остальные.

Настя от монитора все еще не отвлекалась, как всегда с головой погруженная в детальную прорисовку:

– Мы вообще поначалу ждали, когда они встречаться начнут… Но то Машенька, то Ванечка, а потом Ванечка в гинекологии то ли с Машенькой, то ли еще с кем…

– Настя! – заорала я, перебивая, а сама воззрилась на Ольгу, которая, конечно, добродушная, но язык за зубами держать не умеет.

– Где-где Ванечка? – обрадовался Стас.

Ольга виноватилась еще более громким криком:

– Да речь вообще не об этом! Веста, ну скажи хоть что-нибудь!

– А что мне сказать? – у той явно не было настроения участвовать в моей защите. – Мне тоже кажется, что Полина постоянно к Стасу придирается.

– Да не придирается она ко мне! – Стрельцов задал совсем уж громкий тон общего разговора. – Какой мы вместе проект забубенили, помните? И после того почти даже не ругались! У нас просто временный откат случился!

– Так это потому, что я тогда почти все сделала сама!

– А я разве другое сказал?! Мы не ругаемся, только когда ты за нас обоих работаешь!

Евгений Михайлович еще раз треснул по столу, на этот раз кулаком, и завопил на немыслимой ноте, которую прежде не брал:

– Прекратите этот бардак! – дождался гробовой тишины и прищурился, а голос сбавил до бархатной нежности: – Все за работу. А Стасу с Полиной я дам самое жуткое наказание: давайте-ка, ребятки, снова сотрудничайте. Сначала каталог закончите, потом баннер. Вместе. И если в процессе вы все-таки придушите друг друга, так избавите меня от необходимости обоих увольнять.

Стас как-то слишком резко подскочил, схватил свой стул, папки и направился ко мне. Но через шаг опомнился, понурил голову и запричитал:

– Ужас какой, какой ужас, но все сделаем в наилучшем виде, Евгений Михайлович. Вы нас еще и лучшими работниками месяца объявите.

– Ну да. – Начальник от его покорности возвращался в добродушно-саркастичное настроение. – Если все остальные уволятся. Давай-давай, и чтобы завтра каталог был закончен!

Стас уместился рядом, нагло подвинул мои бумаги на столе, чтобы сложить стопкой свои, и, дождавшись, когда все перестанут на нас глазеть, заявил шепотом:

– Молодец. Первый шаг сделан.

– Ты этого и добивался? – я ответила так же тихо. – Рискованный маневр.

– Почему? Меня он уволить не может, а тебя не хочет. Я старика сто лет знаю, им манипулировать – как два пальца об асфальт.