Столичная романтика: ищу парня попроще - Оксана Алексеева

Я смотрела, смотрела и не могла насмотреться. Он подходил идеально! Лицо умное, почти породистое. Ростом вышел, фигурой вроде бы тоже, прическа – в роскошном беспорядке. Повернулся и мазнул по нам взглядом, не задерживаясь. Итак, брюнет с темными глазами – я в восторге.

– Кальян! – я строго позвала подруг, объединяя их имя в одно для краткости. Они даже не удосужились заметить моего избранника. – Кто такой? Почему я его раньше не видела? Не староват для абитуриента?

Шустрая Юлиана мгновенно воззрилась на обсуждаемый объект и выдвинула предположение:

– Так заочник, скорее всего. У журфака сейчас сессия.

Более рассудительная Камилла пошла дальше:

– Марта, ты про кого? Надеюсь, не про «синюю рубашку в клеточку»?

– Именно, – я не собиралась тушеваться. – Девочки, как он вам?

– Ну-у, – протянула Камилла. – Джинсы могут быть из старой коллекции Армани, отсюда не разгляжу. Но эта рубашка – стопроцентно с блошиного рынка. Ровнехонько с полочки «все по триста».

Юлиана гыгыкнула:

– Говоришь так, будто сама постоянный клиент на блошином рынке!

– Да я там ни разу не бывала!

– Тогда откуда знаешь про полочку?!

Я прекратила перепалку поднятой вверх ладонью, но не голосом:

– Спокойнее, девочки, спокойнее. Это сложно – мне тоже не сразу удалось, но попробуйте посмотреть на него, игнорируя рубашку. Как он вам?

Подруги с усилием прищурились. Юлиана признала:

– В общем-то, ничего, симпатичный.

– Если переодеть! – не сдавалась Камилла. – Черный шелк, воротник-стойка и серый кант по краю. Вот тогда будет ничего.

Я их выводами удовлетворилась, но спросила еще:

– Могла бы я в такого влюбиться?

– А почему нет? – Юлиана развела руками. – Любовь настолько зла, полюбишь и немодную клетку.

– В принципе, да, – задумалась Камилла. – Если к этим ресничкам он еще и членораздельную речь освоил. Кто-нибудь в курсе, умеют ли люди такого достатка строить полные предложения?

Я уже развернулась от парня и направилась по коридору в обратном направлении, позволяя подругам себя догнать. Ответила Камилле, уже всё для себя решив:

– Он же с журфака, так что с речью проблем быть не должно. Всё, девочки, даю задание. Юлиана, узнай, есть ли у него девушка…

– Как?! – она округлила светло-голубые глаза.

– Подкати под любым предлогом. Можешь пофлиртовать. Но учти – губу не раскатывай, он мой.

Она что-то пробубнила себе под нос, но вслух возражать не стала. Тогда я обратилась к Камилле:

– А ты выведай всю официальную информацию – факультет, адрес, дату рождения и прочее.

– Как?! – Камилла возопила почти в точности так же.

Я даже остановилась, чтобы посмотреть на нее с изумлением.

– А ты зачем уже три курса подряд дружишь с дочерью декана?

– Не дружу! – она попыталась оправдаться. – Я у нее списываю!

– Ну вот. Настало время использовать полезные связи, – я чуть скривилась. – Всё, всё, девочки, я вам полностью доверяю!

Они поняли это как «Долго ждать?» и поплелись понуро в разных направлениях. Я же отправилась в библиотеку, чтобы там спокойно, за последним номером журнала, ждать известий.

Подошла к первому столику, а какая-то девчушка тут же подобрала учебники и метнулась к стене. Я пожала плечами и села, раз уступили. Не знаю, почему меня многие считают высокомерной стервой? Ведь это не так – конкретно эту я не прогоняла. Смартфон зазвенел из сумочки на весь читальный зал. Я неспешно вынула и выслушала дворецкого. Ответила, чуть повысив тон и сделав его ледяным, чтобы дальнейшие пререкания пресечь:

– Илья Иванович, помню я про ужин! Я здесь, между прочим, на учебе, а вы звоните мне посреди лекции!

– Простите, Марта, но…

– Всё-всё! Больше говорить не могу. Передайте папе, что у меня прекрасная память, потому не стоит мне десять раз говорить об одном и том же!

Как раз, когда отключала вызов, больше не желая слушать увещевания старика, которому этот звонок поручил папа, со стороны раздался вкрадчивый голос библиотекарши:

– Марта! Вы не могли бы разговаривать в коридоре?

Я крутанулась на стуле, поворачиваясь всем телом к ней, и лучезарно улыбнулась. Знает же, что не могла бы. И зачем каждый раз спрашивает?

Первые новости поступили только через час – в библиотеку прибежала Юлиана и затараторила приглушенно:

– С ним толком поговорить не удалось. Попыталась – предложила на выходе подвезти до метро, а он как мою машину увидел, скривился и какой-то ерундой отговорился.

– Не поняла, – я нахмурилась. – Он Ягуара твоего испугался?

– Не знаю. Может, просто общаться не захотел. Но я отловила студентку из его группы – наплела, что влюбилась с первого взгляда. Она посмеялась, но назвала имя – Юра Невский. И да, это первый курс заочки журфака.

– Заочки, – я обрадовалась хоть какой-то пище для размышлений. – Значит, совсем нищий? Или на заочке всякие учатся?

– Да откуда же мне знать? – непонятно на что обиделась Юлиана.

Минут через десять появилась и Камилла. Села с другой стороны стола и отчеканила:

– Невский, Юрий Константинович, двадцать три года, не женат. Журфак, первый курс. Специализация – политическая журналистика. Бюджетный набор. Дочка декана меня ненавидит. Не запорола бы мне следующую курсовую.

Я отмахнулась от ее проблем, смакуя с особенной тщательностью слово «бюджетный», но Юлиана тем временем ожила:

– Да я давно то же самое раскопала! Неужели в личном деле нет ничего более стоящего?

Она б еще язык показала. Но Камилла не сдержалась – и все-таки показала язык, лишь после добавив:

– Есть! Он неместный! Так что вычеркивай его, Марта, из своих планов. Он сюда на сессию скорее всего приезжает, а потом укатывает в свои «к черту на куличках».

Но я ведь почти успела представить с ним светлое будущее! Такие красавчики на дороге не каждый день валяются. Уточнила, как будто мне что-то было непонятно:

– Как это – неместный?

– Представь себе. За МКАДом тоже, поговаривают, есть жизнь. Вот и этот твой… откуда-то оттуда.

Я сильно расстроилась, как будто он меня прямо у алтаря бросил. Зачем же люди живут не в столице? Нет, ну понятно, когда на Рублевке или еще где, но не в каких-то городах, не называемых Москвой…