Брачная ночь с графом - Амелия Грей

Вопреки рассудку и здравому смыслу, Адам плотно затворил дверь и прижал Кэтрин к ней спиной. Они на какое-то время замерли в молчании, глядя друг другу в глаза. И оба знали, что ему не следовало этого делать. Но никто из них не предпринял попытки как-то исправить ситуацию.

Глядя на стоявшую перед ним девушку, Адам чувствовал напряжение в паху – его пронзил острый приступ желания.

Слава богу, она не вскрикнула и не воспротивилась, когда он сжал ее запястье и втащил в пустую комнату. Ох, наверное, это была худшая из идей, когда-либо приходивших ему в голову. За исключением, пожалуй, поцелуя на центральной лужайке перед ее домом. Но Адам не мог больше бороться с желанием прикоснуться к ней, а эта холодная комната давала им уединение.

Он долго старался держаться от нее подальше. Очень, старался! И ему это… в общем-то, удавалось. Потому что он заставлял себя не бывать там, где могла оказаться она, – не бывал на званых обедах, на балах, в опере и на всех прочих светских раутах, где намеревался развлечься, когда только вернулся в Лондон. Но это было в то время, когда Адам еще не встретил мисс Райт – тогда он думал, что сможет танцевать, обмениваться шутками и весело проводить время с очаровательными молодыми леди, не представляющими опасности для его сердца.

Но мисс Райт… Она вдребезги разбила все намерения Адама в первый же вечер его появления в обществе. И что он мог с этим поделать, если судьба постоянно устраивала так, что их пути пересекались?

«И вот сейчас… Подумать только, в сиротском приюте!..» – мысленно воскликнул он.

А прекрасные сияющие глаза мисс Райт улыбались ему, когда он заглядывал в их завораживавшие глубины.

Адам с облегчением вздохнул. К счастью, эта девушка не испугалась и не рассердилась на него, когда он увлек ее за собой. При мысли об этом в душе его вспыхнула надежда. Возможно, она хотела того же, что и он, – хотела остаться с ним наедине.

Адам провел кончиками пальцев по ее нежной щеке, затем осторожно обвел пальцем очертания ее восхитительных губ. Чуть помедлив, он потянулся к лентам ее шляпки, завязанным под подбородком. Затем потянул за одну из лент, и бант развязался. Твердой рукой он распустил шарф, удерживавший короткую бархатную накидку Кэтрин, и накидка тотчас же соскользнув с плеч девушки, упала к ее ногам.

Вырез светло-серого платья был достаточно глубок, так что можно было видеть мягкие округлости грудей, то и дело вздымавшихся в волнении. «Как замечательно было бы полностью ее раздеть», – промелькнуло у Адама. Но это было бы ужасной глупостью, не так ли? Чуть помедлив, он наклонился и поцеловал каждую из грудей. Девушка судорожно вздохнула и тихонько застонала. Приложив палец к впадинке у ее горла, он ощутил бешеное биение пульса. Было очевидно, что она возбуждена.

Бросив плащ и шляпу на пол, Адам крепко прижался к ней.

– Я хочу поцеловать вас, – прохрипел он.

– Я тоже этого хочу, – ответила она, задыхаясь.

Адам наклонил голову и вдохнул возбуждающий запах ее волос. Ему ужасно хотелось сорвать с нее шляпку и зарыться пальцами в эти блестящие каштановые пряди. Прижавшись губами к ее шее, он одновременно ощупывал дверь возле дверной ручки.

– Здесь нет ключа, – сказал он, приподняв голову и заглянув в глаза девушки. – Я не смогу запереть дверь.

– Это вас беспокоит? – спросила она.

– Я подумал о скандале, который разразится, если кто-нибудь застанет нас здесь.

В глазах ее сверкнули насмешливые огоньки.

– И это безнадежно испортит вашу репутацию, не так ли, милорд?

Адам рассмеялся, услышав столь остроумный ответ. Снова склонившись к девушке, проговорил:

– Моя репутация была разрушена задолго до того, как я вас встретил, мисс Райт. Я беспокоюсь за вас, и вы прекрасно это знаете.

Она тоже рассмеялась и, покрепче прижавшись спиной к двери, проговорила:

– Да, понимаю. Тем не менее я сделаю все возможное, чтобы оградить вас от всякого, кто попытается войти в эту комнату.

– Думаете, что у вас хватит на это сил? – Граф усмехнулся.

Она кивнула и с лукавой улыбкой добавила:

– Но я надеюсь, что никто не станет подвергать меня такому испытанию.

– Я тоже надеюсь на это, Кэтрин. – На ее прекрасном лице вспыхнуло удивление, и он спросил: – Вы ведь не возражаете, если я буду называть вас по имени, когда мы одни, как сейчас?

– Нет, конечно же, нет. Хотя дяди сильно огорчились бы, услышав эти мои слова, я предпочитаю не придерживаться формальностей.

– Как и я. Так что можете называть меня Адам.

– Хорошо, Адам. Но скажите, зачем вы затащили меня в эту комнату?

Его дыхание участилось.

– Вы даете понять, что устали ждать? Мне следует поторопиться и наконец-то поцеловать вас?

– Именно так, милорд.

И тут Адам очень медленно – так, чтобы не напугать ее, – накрыл ладонью руку девушки и осторожно взялся за трость.

– Кэтрин, она вам не понадобится.

Девушка нахмурилась и крепко сжала рукоять трости.

– Отпустите ее. Доверьтесь мне, Кэтрин. Я удержу вас.

Она помедлила секунду-другую, затем, разжав пальцы, выпустила трость. Но не спускала с нее глаз, пока граф не прислонил трость к двери.

Понимая, чего ей стоило довериться ему, Адам ласково улыбнулся девушке. Приподняв пальцами ее подбородок, он наклонил голову и запечатлел на ее губах нежнейший поцелуй – весьма целомудренный и совсем не страстный. Приподняв голову, он снова заглянул ей в глаза и тихо произнес:

– Вот как мне следовало бы поцеловать вас в первый раз.

– В первый раз – возможно, – ответила Кэтрин, облизав губы. – Но ведь сейчас – уже не первый, не так ли, милорд? И вообще, мне больше нравится, когда вы целуете меня вот так…

С этими словами она приподнялась на цыпочки, обвила руками его шею и впилась ему в губы поцелуем жадным и требовательным. У нее это не очень-то получилось, но Адам, мгновенно сообразив, что ей не хотелось поцелуев невинных и благопристойных, а хотелось совсем других, с огромным удовольствием дал ей очередной урок. Обвивая руками тонкую талию девушки, он крепко прижал ее к себе, и тотчас же по телу его распространилось восхитительное тепло. А сладость ее губ… «О, это даже лучше, чем в прошлый раз», – промелькнуло у него, когда его вновь пронзил приступ желания.