Брачная ночь с графом - Амелия Грей

– Вы снова разговариваете с собакой?

Адам перевел взгляд на Диксона и ответил:

– Да, разговариваю и буду разговаривать. Ты скоро привыкнешь к этому, а однажды, возможно, тоже заговоришь с ним.

– И он вам отвечает?

– Иногда. Но что это с тобой случилось? Сначала ты говорил, что хочешь поехать со мной в приют, а когда мы приехали сюда – отказался выходить из кареты и захотел остаться с Фараоном. А потом вы оба оказались на улице. Что произошло? Что заставило вас обоих покинуть карету? И каким образом пес умудрился убежать от тебя?

Глаза Диксона забегали. Немного помолчав, мальчик проговорил:

– Он скулил и царапал дверь. И я подумал, что ему нужно выйти.

– А… понимаю. – Адам кивнул и тут же добавил: – Но на самом деле он почуял кролика. Ты не держал его крепко и он от тебя убежал, верно?

Диксон потупился и пробормотал:

– Я не собирался его отпускать. Просто он очень сильный…

Адам пожал плечами и похлопал мальчика по плечу.

– Да, так и есть. Не беспокойся, все в порядке. Ты не в силах был остановить такого огромного пса, раз уж он решил убежать. Кроме того… ничего страшного не случилось. Не считая, конечно, испачканного платья мисс Райт. Но я думаю, ее служанка сумеет отчистить его.

Диксон кивнул и произнес:

– Вас не было очень долго.

Неужели долго?.. Ему-то казалось, что он пробыл с Кэтрин всего несколько секунд…

В смущении откашлявшись, граф пробормотал:

– Наше дело заняло больше времени, чем я ожидал. – Он невольно вздохнул, проводив взглядом карету Кэтрин, отъехавшую от коновязи.

И тут Диксон вдруг спросил:

– Вы собираетесь снова отправить меня в приют?

Граф внимательно посмотрел на мальчика. А тот смотрел на него с явным беспокойством.

– Нет, конечно же, нет, Диксон. – Сердце Адама наполнилось нежностью; ему вдруг показалось, что он уже полюбил этого малыша. – Ты ведь знаешь, что я пошел туда лишь для того, чтобы справиться о тех вещах, которые оставила тебе твоя мама. Но почему ты подумал, что я хочу вернуть тебя в приют?

Мальчик не ответил, и Адам вновь заговорил:

– Послушай, я не оставил бы тебя здесь, даже если бы ты сам этого захотел, чего, я надеюсь, не произойдет. Я уже говорил тебе, что мой дом – твой дом. И поверь, так будет всегда.

Адам оглянулся на дверь приюта – и тут его осенило. Снова посмотрев на малыша, он спросил:

– Кто-нибудь обращался с тобой грубо, когда ты жил здесь?

– Только один. Ему нравилось толкать меня.

– Взрослый или мальчик? – допытывался граф.

– Мальчик. Он меня невзлюбил. Он думал, что я не умею говорить.

– Что ж, ты ведь и впрямь не очень-то разговорчив. А как насчет миссис Поттс? Она была добра к тебе и другим детям?

Диксон кивнул.

– Да. И она ставила его в угол всякий раз, когда он толкал меня.

– Вот и хорошо, – кивнул Адам. – А теперь… возьми Фараона и возвращайся в карету. Я вернусь через несколько минут.

– Вы снова туда идете? – спросил малыш.

Адам взглянул на него и увидел испуг в его широко раскрытых глазах.

– Да, но ты не беспокойся. На этот раз причина, по которой я иду туда, не имеет к тебе никакого отношения. И теперь я не задержусь. Вернусь очень скоро, обещаю. Так что не волнуйся. Договорились?

Диксон в очередной раз кивнул.

– А теперь я помогу тебе и Фараону забраться в карету, – продолжал граф. – Но ты не должен его выпускать, что бы ни случилось, ясно?

– Да, ясно, – ответил Диксон и улыбнулся.