Покорись страсти - Луиза Аллен

— Джульетта, разумеется, знала о дуэли. Не знаю, чего она больше боялась — того, что меня убьют, или моего гнева в случае, если я выживу, но только она вскочила на лошадь и поскакала в поместье своего отца. Туда она так и не добралась, произошел несчастный случай — ее нашли на дороге, рядом паслась лошадь. У Джульетты была сломана шея.

— О нет, — выдохнула Клеменс. — Ты любил ее, и у тебя даже не было шанса попрощаться с ней. Должно быть, тебе пришлось нелегко.

Несколько мгновений Натан молчал, глядя на руки Клеменс, теребящие перчатки.

— Нет, я не любил ее, но понял это слишком поздно. Самым ужасным было осознание того, что, если бы я сдержался тогда, все могло бы быть иначе. Я должен был подождать, успокоиться, и тогда она была бы жива.

— Сколько лет тебе было?

— Двадцать три. А ей девятнадцать.

— И ты винишь себя теперешнего за безрассудство юноши? Мне тоже девятнадцать… то есть уже двадцать. В эмоциональном плане женщины всегда более зрелые, чем мужчины. Она должна была знать, что не любит тебя.

— Думаешь?

— О да. — Клеменс встала, оправляя юбки. — Я, например, прекрасно знаю, люблю я кого-то или нет.

Она не знала, откуда у нее вдруг взялась смелость произнести эти слова. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, потом Натан поднялся.

— Вот вы где, мисс Рейвенхерст. Я пришел проводить вас к столу, — Капитан Мелвилл переводил взгляд с одного лица на другое. — Я помешал?

— Мы с мисс Рейвенхерст говорили о том, как полезно иногда бывает забыть прошлое, — сказал Натан. Он был бледнее обычного.

— А мне всегда казалось, что полезно вспоминать прошлое, можно извлечь уроки.

Клеменс взяла капитана Мелвилла под руку:

— Совершенно с вами согласна, капитан. Как она сможет есть, если сердце застряло где-то в горле, подумала Клеменс и улыбнулась джентльмену, сидевшему рядом с ней. Что на нее нашло? Она почти призналась Натану, что любит его. Как ни эгоистично это было, Клеменс испытала облегчение, узнав, что Натан не любил свою жену.

Джентльмен, что сидел рядом, обратился к Клеменс с вопросом. Она попыталась вспомнить его имя. Мистер… Уоллингфорд. Это юрист, которого Себастьян вызвал из Лондона, чтобы помочь ей решить вопрос с наследством.

Поддерживая светскую беседу с мистером Уоллингфордом, Клеменс не переставала размышлять. Натан испытывает к ней какие-то чувства, но скрывает их, потому что она Рейвенхерст и потому что богата. С семьей она порвать не может, да и не хочет делать этого, а с деньгами можно было бы что-то придумать.

Беседуя с дамой, сидевшей справа от него, Натан краем глаза следил за Клеменс. Он сошел с ума или она только что призналась ему в любви? А он был так уверен, что с ее стороны это всего лишь легкая влюбленность. Она была слишком юна, чтобы разобраться в своих чувствах, считал Натан, но, похоже, он ошибался. Она любит его… Потом взгляд Натана упал на лорда Себастьяна Рейвенхерста. Нет. Она может сколько угодно любить его, но ситуацию это не изменит. Богатой мисс Рейвенхерст нужен соответствующий супруг.

После обеда начались танцы.

— Как ты думаешь, Хост не собирается работать? — спросил Натан у Мелвилла.

— Что, хочешь сбежать с поля боя? Как же танцы?

— У меня есть стратегический план, — сказал Натан и направился в дальний угол комнаты, нарочито прихрамывая.

— Вы вывихнули ногу, капитан Станье? — спросил викарий, сочувственно глядя на Натана.

— Старая рана.

— Тогда, может быть, вы согласитесь переворачивать мне ноты, раз уж все равно не можете танцевать? Сам я не танцую, как вы понимаете, но танцы в приличествующей обстановке считаю приятным времяпрепровождением.

В центр зала вышла леди Стэндон:

— Благодарю вас, мистер Данверс, что согласились аккомпанировать нам. Я собираюсь научить всех присутствующих новому французскому танцу La Pistole, — объявила она.

Некоторое время ушло на объяснения и репетицию, наконец, пары выстроились. Натан смотрел на Клеменс. Она улыбалась своему кузену Идену Рейвенхерсту. Какая прекрасная пара — оба почти одного роста, красивые, молодые.

— Прелестный танец, — заметил мистер Данверс, с энтузиазмом колотя по клавишам, — партнеры постоянно меняются, весьма занимательно.

Натан кивал, не вслушиваясь в слова викария. Он заметил, что улыбка Клеменс потускнела, девушка будто побледнела. Что случилось? Почему она так взволнована? Танцующие образовали круг и по команде леди Стэндон вытянули руки так, словно держали в них пистолеты. Прицелившись друг в друга, они громко хлопнули в ладоши, изображая звук выстрела. Клеменс выскользнула из круга и бросилась бежать. Никто, кажется, не заметил этого, кроме командора. Тот повернулся, чтобы последовать за девушкой.

— Разрешите мне, сэр. — Натан рванулся к двери.

Клеменс стояла на террасе, крепко обхватив себя руками. Плечи ее дрожали. Она не пошевелилась, даже когда за спиной раздались шаги.

— Дорогая, что случилось? Я с тобой, рядом. — Натан привлек ее к себе.

— Тебя не было там, не было, — сказала она прерывающимся голосом.

— Ты хотела, чтобы я потанцевал с тобой?

— Нет! Тебя не было рядом со мной, когда он пытался застрелить меня. Я думала, что сейчас умру, а потом Стрит выстрелил прямо ему в лицо, и я увидела…

Клеменс умолкла. Потрясенный, Натан крепко обнял ее.

— Когда это было?

— Перед тем как упала мачта. — Клеменс содрогнулась. — Знаешь, мне постоянно снится это. С тех пор как ты уехал, меня мучают кошмары.

Тебя не было рядом.

— Мне так жаль, — прошептал Натан.

— Нет. — Клеменс замотала головой. — Тут нет твоей вины. Ты сказал, что я могу обратиться к Стриту, если мне понадобится помощь. И он помог мне. А потом ты пришел за мной. Так глупо с моей стороны…

— Нет, вовсе не глупо, дорогая. Просто, ты устала, тебе столько всего пришлось перенести.

Она нуждалась в нем. Когда его не было, ее мучили кошмары. Она почти призналась ему в любви. У Натана закружилась голова.

— Клеменс… — Он поднял ее лицо за подбородок. Она перестала дрожать, глаза были сухими. — Клеменс…

Он так хотел бы сказать ей эти три слова, искушение было велико, но Натан стиснул, зубы.

Слабо улыбнувшись, Клеменс прикоснулась к его щеке.

— Все хорошо, — прошептала она, — все будет хорошо.

— Агхм.

Они обернулись. На пороге террасы с накидкой в руках стоял лорд Хост.

— Ваша тетя боится, что вы можете простудиться, мисс Рейвенхерст.

Он протянул Клеменс накидку, и она вынуждена была подойти к нему.