5 минут тишины или 5 прав на счастье - Стелла Вокс

— О, орел и ты здесь в компании с такой прелестной принцессой, — он уставился на меня вопросительно.

— Здравствуйте, — промямлил сын, ни к кому конкретно не обращаясь, а Алиска в своей манере только кивнула.

— Я забираю детей, — безапелляционно сказал Марго, входя в каморку и беря обоих за руки.

— Прости, — попыталась было я извиниться за то, что и ее дочь втравила в такую абсурдную ситуацию.

— Алин, я уверена, ты ни в чем не виновата, это всего лишь недоразумения, которое в ближайшее время разрешится.

— Твои слова, да Богу в уши. Так, ребятня, вступаете под начало Маргариты Андреевны, слушаетесь беспрекословно, ведете себя хорошо, кушаете не сопротивляясь. Особенно это касается маленьких орлов.

— Да знаю я, знаю. Мам ты скоро освободишься?

— Как только, так сразу. Я позвоню, как все разрешится и приеду так быстро, как только смогу. Ты веришь мне?

— Да, — сказал сын и обнял меня на прощание.

Ключи от машины вновь перекочевали к Марго, а в каморку ввалились те самые блюстители порядка, и начался допрос. Бред какой-то. Эта фифа все стрелки переводила на меня. Как ни странно, но нервы отпустило, и я стала собранной с ясными мозгами и только у виска пальцем крутила на все голословные заявления этой крали. Вот она меня уже бесит даже больше Бестужева, с ним у меня уже больше спортивный интерес.

— Да что мы тут воздух сотрясаем битый час, — обратилась я к друзьям, которые тоже были здесь же, но стояли в дверях с непроницаемыми лицами, — в палате есть камеры же, пусть их просмотрят и все встанет на свои места.

— На них ничего нет, — строго проговорил один из полицейских.

— Ну, естественно, она была бы феерической дурой, если бы не подготовилась и не отключила запись, но я не про общие камеры.

— Понял, — сказал Егор, до которого, наконец дошло, куда я клоню и он удалился для звонка программисту, чтобы запись была скинута на почту.

У фифы случился шок и она заметно начала нервничать. Поняла, что попала. Вот отличные кадры у нас работают, не прошло и десяти минут, как Йети со своего телефона уже открывал видео. Хвала всем Богам, когда ребята решили подстраховаться и установили жучки и дополнительные камеры в палате. Я считала это чрезмерной бдительностью из-за аварии, а вон оно как вышло, пригодилось. И кому пригодилось? Мне, той, которая в два горла орала, что это бред и уж в больнице ничего такого случиться не может. Я ошибалась, признаюсь, но каяться в этом не собираюсь.

Подоспел адвокат фифы и начал заливаться соловьем, говоря что-то про незаконность задержания, отсутствия доказательств, на что ему под нос сунули телефон, который он якобы случайно тут же разбил. Ну как дети, ей богу. Двое полицейских увели фифу на пару с истеричным адвокатом, а меня дядя Дима не позволил даже пальцем коснуться, показав свои генеральское удостоверение или что там у них бывает.

Собственно спустя еще час дебатов, написанное заявление на Бестужеву Алису Владленовну, объяснительную о самозащите, я была свободна, как птица в полете. О чем и поспешила сообщить Марго с детьми. Меня удивило то, что они не уехали, а ждали в парке, около клиники, сидя на лавочке. Удивительное дело, дети и смирно сидят. Сын увидев меня споро соскочил со своего места и побежал ко мне. Радости не было предела.

— Мама, я так боялся, что ты не вернешься.

Мелкий уткнулся мне в шею, крепко обнимая и начиная всхлипывать.

— Нашел чем заниматься. Я же сказала, что все будет хорошо, и даже не думай сырость разводить. Ты же будущий мужчина. Что о тебе Алиса подумает? — Прошептала я Бо на ушко, отчего он шмыгнул носом, пытаясь привести свои чувства в порядок.

— Я все-таки дойду на минуточку к Тарасу, только одним глазком гляну и назад.

— Мы здесь тебя подождем, — сказала Марго.

Я только хмыкнула, когда поняла, что обратно в клинику возвращаюсь в гордом одиночестве. А в палате меня уже ожидали бодрствующие пациенты, поедающие пельмешки.

— Здравия желаю товарищи больные. Как себя чувствуете?

— Вот, — приподнял контейнерок Тарас, — пробуем.

— А как вы их достали? — Спросила я, припоминая, что пельмешки должны были быть где-то в районе пола.

— Отец с братом были, вот и подсобили.

— Ясно, только они же холодные. Может подогреть?

— Пойдет. Спасибо Али.

— Что пойдет? — Привлек к себе внимание Бестужев, — Афанасьевна ты еще и безрукая, максимум твоих возможностей это сварить покупные пельмени? Хоть фирму неплохую выбрала. Вкусные, а не соя голимая. Какая фирма кстати?

— Вот ты зараза языкастая, — немедленно начала я закипать. — Только с того света вернули его, а он уже хомячит за обе щеки. Тебе же, наверное, нельзя сейчас!? Вдруг плохо станет!? И фирма, кстати, — последнее я особо выделила голосом, — вот эта, — покрутила я двумя ладошками в воздухе. — А это вам не хухры мухры. Лучше бы спасибо сказал, потому что эти вот пельмешки, которые сделаны вот этой фирмой, — снова покрутила руками, — тебе сегодня жизнь спасли. Твоя благоверная тебя чуть не того, — провела ребром ладони по горлу.

— Спасибо, — хмуро буркнул Андрей.

— Да неужели, мы еще и благодарными умеем быть? Бестужев, сегодня из-за тебя снег пойдет. А если серьезно, будь осторожнее. Ты не на шутку меня напугал сегодня.

Он ничего мне не ответил, только отвернулся к окну.

Часть 2.

Сграбастав свое пластиковое имущество, вышла из палаты в скором времени, когда туда пришли родные Тараса. Они тоже изрядно были напряжены, и я посчитала, что им нужно немного уединения, Бестужев не считается.

Когда все грузились по машинам, в ворота въехали три огромных черных монстра. Они угрожающе приближались, медленно катя по подъездной дорожке, и стоило им остановится, как из второго в шеренге вылетел злобный Александр и накинулся на меня с обвинениями:

— Что за цирк ты устроила? Как тебе вообще такое в голову пришло. У тебя совесть есть? Невинную жену избила, которая приехала к мужу. Ты понимаешь, она его уже похоронила..

— Ты дурак или притворяешься так хорошо? — Перебила я Александра. — О чем ты говоришь, когда я вошла в палату, там и не пахло даже воссоединением семьи. Она его душила намеренно и мне не показалось. Эта фифа вас с отцом очень грамотно водит за нос, а вы и рады под ее дудку плясать.

— Эй мужик, все разговоры с ее адвокатом. А это тебе для затравки, — сказал Йети, указывая на телефон, — скинул видео на рабочую почту. Посмотри на досуге, может и мозги на место встанут.

— Езжайте, — сказал Тим вставая передо мной, ограждая от злющего Александра.

— Знай, я это просто так не оставлю.

— Когда извиняться придешь, знай, я не фанат цветов и конфет. Извинения могу принять в денежном эквиваленте, либо вкусняшками.