Их бесценная добыча - Ирина Горячева

— И я так понимаю, ритуал вашего освобождения лишь вопрос времени? Даже мой побег ничего не решит? — продолжала я выстраивать логическую цепочку.

— Верно, — снова подтвердил Король Теней. — Я всё равно призову тебя. И буду призывать снова и снова, пока ты…

— Я поняла. Спасибо, — остановила я его жестом. — Но на какой день назначена эта… церемония? Я хочу сказать, как долго мне скучать в этом мире… склепе?

— Зачем же скучать? — Король тоже был весьма неглуп и не называл никаких конкретных сроков. — Ты можешь найти себе какое-то занятие.

— Правда, могу? — игриво захлопала я ресницами.

Король Теней пробежался по мне неприятным липким взглядом.

— Ты моя Королева. А Королева может всё!

Арлеус ди Торвус молчаливым жестом приказал Теням, державшим меня под руки, скрыться с глаз.

И стоило нам с ним остаться в Тронном зале одним, как бессмертный колдун в порыве обнял меня за талию.

— Оу! Однако!.. — воскликнула я, как только костлявая, но сильная рука Короля Теней прижала меня к его груди. — Ваше Тенейшество, какой вы прыткий!

Я едва не добавила «старикашка». Это слово само так и вертелось на кончике языка. Но, к счастью, мне хватило ума, промолчать.

Седовласый теневой маг склонился к моей шее и, щекоча её холодным дыханием, страстно прошелестел на ухо:

— Чего бы ты хотела, моя Королева?

Я чуть отстранилась и с интересом посмотрела на Короля. А затем таким же шёпотом попросила, переходя на «ты»:

— Познакомь меня со своей сестрой.

Арлеус ди Торвус поднял голову и мазнул по мне взглядом.

— Нет ничего прощё, моя Королева.

Всё ещё продолжая прижимать меня к себе, он взмахнул рукой. Нас обоих окутало огромное облако тьмы.

И прежде чем я поняла, что произошло, нас перенесло куда-то прямиком из тронного зала.

— Где мы? — Из-за окружавшей черноты почти ничего невозможно было разглядеть.

— Ты желала познакомиться с моей сестрой, — тихо произнёс Король. — Что ж, знакомься. Малисса Торвус.

Он вновь провёл по воздуху рукой, будто разгонял темноту, сгустившуюся вокруг нас.

И когда по велению Короля Теней она окончательно рассеялась, я увидела, что мы стояли на небольшой поляне в окружении кустов, цветущих жёлтыми, красными и белыми цветами.

Прямо перед нами находилась могила, опутанная чёрным плющом.

Глава 27. В чём правда, брат?

Хан

За время, прошедшее после ссоры с братом, я несколько раз наблюдал, как он тренировал Тину.

Из окна дома было хорошо видно, как родовая магия Гарорда создавала непроницаемую стену. Я же мог только догадываться, что происходило внутри. Видеть и слышать это было дано лишь тому, в чьей крови текла теневая магия.

Именно поэтому, когда вокруг Тины за долю секунды выросла похожая стена магии, я пожалел, что выпустил ведьму из объятий.

Мне не нужно было видеть, чтобы понять случившееся.

— Тина!

Я бросился к ней, желая одного. Поймать за руку и успеть вытащить из проклятого теневого круга. Не позволить отнять у меня мою ведьму.

И я её поймал. Схватив за руку, потянул на себя…

Но другая сила, более мощная не позволила мне вернуть Тину. Древняя магия Короля Теней затягивала ведьму в мир, из которого хотела освободиться.

Если бы я только мог войти в этот проклятый магический круг!

Если бы Гарорд был здесь! Он наверняка помог бы!

— Тина…

Удерживать её становилось всё труднее. Рука выскальзывала из моей руки.

Я знал, что однажды всё равно наступил бы момент, когда Тине придётся оказаться в мире Теней. Однако я не думал, что это случится сегодня. Во время так идеально начавшегося свидания.

Но как выяснилось только что, знать, обсуждать и быть к этому готовым по-настоящему — разные вещи…

Кончики похолодевших пальцев Тины выскользнули из моей руки. И прежде чем я окончательно понял, что потерял мою ведьму, глухая стена теневой магии внезапно сузилась, словно схлопнувшийся портал в другой мир…

— Тина, милая! — закричал я, ринувшись вперёд.

Туда, где мгновение назад ещё находилась стена, разделившая меня и мою пару.

Туда, где сейчас осталась одна только чёрная пустота комнаты.

Так больно, тоскливо и холодно мне не было ещё никогда. Мною овладела дикое отчаяние и почти животный страх.

Это поставленная метка давала знать, что я лишился своей единственной…

Очертя голову, я в отчаянии ринулся прочь из комнаты. Мысленно благодаря за то, что вижу в темноте, пронёсся по коридору и влетел в служебное помещение.

Там было светло. И там стоял телефон.

Пытаясь унять выпрыгивающее из груди сердце, я набрал номер сотового. Он был установлен в моём внедорожнике. На всякий случай.

И вот такой случай, к несчастью, настал.

Оставалось лишь надеяться, что Гарорд сейчас в пути, по дороге в город и сидит в салоне автомобиля.

Я слушал тихие гудки в трубке. Время утекало между пальцев. А с ним утекала и надежда.

Брат по какой-то причине не отвечал…

— Проклятье! — швырнув телефонную трубку, я со всей злости сжал кулаки. — Где же ты, чёрт возьми, Гаро?!

В ответ на мой возглас раздался телефонный звонок.

Я тотчас схватил трубку.

— Я за рулём, Хан, — не тратя слов на приветствие, возмущённо заявил брат. — Что случилось? Ты вроде должен быть на свидании…

Зря Гаро это сказал! Не стоило ему бередить мою открытую рану.

— Это всё ты! Ты виноват! — сорвался я, осыпая Гарорда обвинениями. — Если я узнаю, что ты нарочно отправил нас в этот чёртов ресторан… Клянусь, я убью тебя! Клянусь, Гаро!

Брат не перебивал, слушая весь поток брани, что я выдавал. Однако стоило мне на миг замолкнуть, чтобы сделать вдох, и Гаро произнёс:

— Хан, я ни черта не понимаю. Что у вас там происхо…

— Ты сказал, что твоя долбанная любовная магия не позволит Королю найти и призвать Тину, — перебил я брата. — Но он призвал её! Прямо во время свидания. Ты слышишь?! Он забрал её у меня!

Никогда в своей жизни я ещё не испытывал такого сумасшедшего отчаяния. Не чувствовал такой беспомощности.

Я поставил метку, навсегда связав нас с Тиной.

Я признал и принял её как свою Единственную. Свою истинную пару.

Она была в моих руках.

Тёплая. Нежная. Живая. И такая необходимая.

Я должен был заботиться о ней до конца наших дней. Каждое мгновение жизни делать её счастливой. Воспитывать вместе с ней наших детей.

Должен был беречь её. Любой ценой!

А я не уберёг.

Я позволил забрать её у меня…

От этого хотелось выть. Хотелось отгрызть себе руку, что не