Бисцион -2 - Ана Шерри

Он оставил Его Светлость наедине с Маурицио, у которого пропал дар речи. Он прекрасно был осведомлен о романе миланского герцога с дочерью венецианского дожа. Но чтобы в такую минуту она была важнее миланской герцогини- это было слишком.

— Ваша Светлость, не кажется ли вам, что вы поспешили с маршрутом?

Герцог просверлил его насквозь, а потом прищурил глаза:

— Мне плевать на маркиза, его жену и всех венецианских ублюдков. Мне нужно увидеть дожа. Смерть Карло Мантуанского отличный повод, чтобы это сделать в неофициальной обстановке.

Стефано Висконти отличный стратег. Маурицио знал это по войнам, но впервые увидел его в личном горе. Голову он явно не потерял и даже помощь Доменико Фоскари принял не просто так- он держал врагов близко. И тем более, не думал о сочувствии к леди Изабелле.

— Ты подозреваешь Фоскари младшего?— Задал вопрос Маурицио.

— Не знаю,— через пару секунд молчания произнес герцог,— возможно, что нет, он и правда не знает ничего о Диане. Уж больно правдоподобны были его эмоции. Но он выведет нас на того, кто мог это сделать. Пусть Франческо Фоскари вздрогнет, когда я приду к нему лично.

Они вышли следом за Доменико, проходя по небольшому саду, к воде, где их уже ждала гондола. Она доставила их к лошадям, и трое всадников пустились вскачь по равнинной местности Венецианской республики. Иногда им приходилось снижать темп, потому что дорога была размозжена от дождей и проезжающих карет. В такие минуты Доменико интересовался деталями похищения герцогини.

Видимо, ему с трудом верилось, что кому-то это было выгодно.

— Ты знаешь, что я взял в плен Лудовико Алидози? — Произнес герцог, сидя на черном жеребце, который грациозно переступал с ноги на ногу.

— Нет,— мотнул головой Доменико,— не я наступал на Ломбардию, а новости до меня еще не успели долететь. Но, конечно, о них осведомлены во Флоренции. Ты думаешь, Медичи мог выкрасть герцогиню взамен на Алидози?

— Вероятно,— согласился Висконти.

Он говорил одно, но думал о другом. Если Медичи не причастен к пропаже герцогини, тогда кто? Есть еще один вариант- люди отца Дианы! Но об этом не хотелось думать, хотя думалось против воли.

Трое всадников доскакали до резиденции умершего маркиза к вечеру. Уже темнело, и дорога была видна с трудом. Сегодня поиски явно прекратятся, но завтра начнутся с восходом солнца.

Они прошли в библиотеку, где их с поникшим видом встретил Его Серенити дож Венеции Франческо Фоскари.

— Выражаю свое соболезнование от себя лично и своего народа. Это большая потеря для вас и вашей дочери,— кивнул герцог, и дож приказал остальным выйти и оставить их наедине. Они уселись возле очага, пытаясь согреться в этот холодный вечер.

— Я не мог даже предположить, что это случится с моей дочерью,— уныло произнес Фоскари,— теперь она вдова, зато богата и имеет титул…

— Я уверен, что у леди Изабеллы все сложиться хорошо,— подбодрил его Висконти. Он прекрасно понимал горе дожа, но в тоже время его собственное горе не понимал никто. Надо было разговор выводить на нужное русло, хоть это и выглядело странно.

— Надо же, я не видел маркиза со дня собственной свадьбы, даже не подумал бы, что он имел плохое здоровье,— начал он издалека.

— Это случилось скоропостижно. На балу он выглядел более чем удовлетворительно. Я даже подумать не мог…

— Может быть, его кто-то или что-то расстроило?

Дож пожал плечами:

— Нет, маркиз никогда не лез в большую политику, она его не интересовала. Кстати,— Фоскари оживился,— как поживает Ее Светлость? Она так быстро уехала, что мы не успели ее поблагодарить за приезд. И очень жаль, что военные дела не дали приехать вам. Герцогине понравился праздник?

Стефано замер, слегка опешив. Странно, но Фоскари с теплотой в голосе вспомнил его жену. Однако он не верил никому.

— Ей очень понравился праздник, Ваше Серенити,— натянул улыбку Стефано, а хотелось встать и выйти. Но он продолжал сидеть и вести светскую беседу,— она весьма благодарна вам за приглашение и с радостью посетит бал в честь маскарада в следующем году.

Губы дожа дрогнули в улыбке, даже взгляд потеплел:

— Она под стать тебе. Такая же гордая. Защищала твою честь и честь своего народа. Много было сказано за столом, но она гордо дала понять, что ее словами не сломить. Достойная герцогиня для миланского герцогства.

Слишком много прекрасных слов о своей жене услышал Стефано от венецианского дожа, что не поверил ушам.

— И что была сказано за столом?

— Ничего особенного,— усмехнулся Фоскари,— присутствующие интересовались о тебе.

Стефано усмехнулся и встал со своего кресла. Эти ублюдки устроили ему войну, а потом удивлялись, что его нет на празднике. Чтобы в тот момент не сказала им Диана, он был горд ею. И сейчас, глядя в окно, в темноту ночи, сердце этого воина сжалось. Он бы отдал многое, чтобы найти ее. Или хотя бы для того, чтобы она была в безопасности. Но с каждой минутой он переставал верить в ее безопасность.

— Мою жену похитили,— наконец сознался он,— если это сделано по приказу Медичи, то вы в курсе и можете передать ему, что границы наших государств не помеха миланцам войти во Флоренцию.

Фоскари вскочил со своего места, широко открыв глаза. Казалось, что даже сил в нем прибавилось:

— Ваша Светлость! Что вы говорите! Воровать женщин- это не подобает настоящим мужчинам. Низко и позорно! Если на это способен Медичи, то я точно не в курсе этих дел. Я не имею отношения к пропаже прекрасной Дианы.

— Думаю, что вы единственный человек, которому нет пользы от похищения миланской герцогини. Прошу обратить внимание на то, что я вас не обвиняю в этом. Но очень прошу, если вы что-нибудь знаете об этом, дайте знать мне. И не важно как! Хоть через гонца или за столом! Мне важна любая информация. Моя жена ни в чем не виновата, она