Легко ли быть одной? - Лиз Туччилло

В тот момент это показалось мне удачной идеей. Мы с Джорджией находились в Рио-де-Жанейро и примеряли дорогие бикини в одном из бутиков престижного района Ипанема.

Джорджия вышла из примерочной, чтобы продемонстрировать мне свой наряд: маленький оранжевый купальник с белым кантом и небольшими серебристыми застежками в виде колец на бедрах и между грудей, соединявшими ткань. Очень в духе шестидесятых, в стиле девушки Джеймса Бонда. Я и забыла уже, какое прекрасное тело у Джорджии – как, видимо, и она сама, потому что сейчас она была от него в полном восторге.

– Ты только посмотри на меня! Какая я горячая штучка! – Как будто она одна такая горячая. Я вас умоляю. – Посмотри, какая я горячая! – Крутясь перед зеркалом и рассматривая свою маленькую тугую попку, Джорджия бросила продавщице: – Я беру это. – Затем она обернулась ко мне – слегка трепещущей, все еще одетой и судорожно сжимающей в руках очень скромный купальник.

– Теперь твоя очередь.

Мне кажется, я вам уже говорила: я ненавижу свое тело. И как раз тогда, когда мне удалось убедить себя в том, что все это находится лишь в моей в голове, я повернулась к зеркалу и поняла – нет, все это в моей заднице. Просто гектары целлюлита. В этом бутике, сжимая в руках выбранный маленький купальник, я чувствовала себя настолько подавленной собственным целлюлитом, что впору было подгонять для меня инвалидное кресло-каталку.

Джорджия выполняла свою миссию. Она позвонила мне в Рим, чтобы рассказать о своей стычке с Дейлом. Она была расстроена и сказала, что ей необходимо уехать ото всего этого. Это было неудивительно, но, когда она предложила мне отправиться на родину Той, Другой Женщины, я была сбита с толку. Мне казалось, что «уехать куда-нибудь» и «нырнуть в это самое с головой» – это как бы не одно и то же. Но я согласилась. Родители Джорджии умирали от желания повозиться с внуками, так что, как только они прилетели, она тут же сорвалась с места.

Воспользовавшись своим кругосветным авиабилетом, я вернулась в Майами, где встретилась с Джорджией, и уже оттуда мы спокойно, без всякой паники улетели в Бразилию. Я столько слышала о Рио, о его страсти, веселье и опасности, что мне не терпелось увидеть все это самой.

Но Джорджии нужно было там кое-что проверить. Я сразу это поняла, когда, встретившись в Майами, мы с ней сидели в одном из стильных ресторанчиков в аэропорту и ели одну на двоих тарелку обжаренных во фритюре фаршированных грибов.

– Да что в ней такого особенного? О-о-о-о, да она же бразильянка! О-о-о-о, это ж такая экзотика! Знаешь, что я тебе скажу? А я сексуальная американка. И это тоже очень круто. – Джорджия сунула в рот полную вилку грибов с сыром. – Черт, это действительно вкусно.

И вот теперь Джорджия гарцевала по магазину, словно счастливая маленькая порция мороженого в оранжевой глазури, и проверяла что там она собиралась проверить, пытаясь добиться, чтобы одежды на ней было как можно меньше.

С самого начала позвольте объяснить свой взгляд на купальники из двух предметов: это все-таки нижнее белье. Почему мы этого не признаем? По каким-то непонятным причинам, если свести вместе песок, воду и солнце, там позволительно выходить на публику в нижнем белье. Более того, вас заставляют это делать. Перед друзьями, родственниками, иногда даже перед сослуживцами вы должны оголяться таким образом, каким никогда бы не сделали этого в другой момент времени. Если бы Джорджия шаталась по этому же самому магазину в нижнем белье, я бы сказала ей: «Слушай, Джорджия, накинь что-нибудь. Ты разгуливаешь тут в исподнем, и это дикость какая-то». Но поскольку белье это из оранжевого нейлона, то о’кей, нет проблем, все в порядке.