Предатель. Мы (не) твои - Мила Гейбатова

– Сынок, но мы ведь для всех стараемся, для тебя в первую очередь, не только для нас с папой, – растерянно говорит Татьяна. – У тебя уже один раз не получилось с этой девочкой, зачем снова пытаться? В одну и ту же воду дважды не получится зайти, она меняется.

– Хах, – усмехается Демид, – на философию потянуло, мам? Или, вернее, на народную мудрость. Странно, ты вроде никогда не любила подобное, тебе возвышенное подавай.

– Сынок, – лепечет женщина, пытаясь своим видом давить на жалость, видимо, но только искренности в ее глазах не вижу даже я, скорее уверенность в том, что она права, а сыночек просто глупенький, пока не понимает этого.

– Хватит! – Демид повышает голос, не давая сказать матери очередное животрепещущее. – Мы вас не звали. Отправляйтесь обратно, гости дорогие. И, пап, – поворачивается он к отцу, – спасибо, я запомню. Ты так быстро узнал, где живет Рита, сил потратил, конечно, много. Мне не мог помочь.

– Демид, Гриша тебя нашел быстро, не ее. Ее по остаточному признаку, сынок, ты не думай, – тон Татьяны становится более заискивающим, кажется, в ней все же что–то теплится, не хочет она, как мать, чтобы сыночек от нее отвернулся.

– Конечно, мам, я так и понял. Если бы не мой приезд в этот город, у папы ничего бы не получилось, – преувеличенно бодро отвечает Демид, а потом вдруг бросает зло своему отцу. – Интересно, с Мирошниченко тоже совсем не мог без меня, или стимула не было, а козел отпущения, то бишь я, был?

Ух, по моему телу пробегает целое стадо мурашек. В прямом эфире в моей квартире разыгрывается драма, достойная пера Шекспира.

Не хватает только моих родителей. Но тут в дверь снова звонят. Неужели на этот раз там моя группа поддержки? Глава 54

– Вы не могли бы открыть, – прошу родителей Демида, – после вас там не может быть никого более нежданного и нежелательного.

Татьяна кривится от моих слов, но открывает. Хотя я на секунду пугаюсь, что они собираются нас с детьми взять в заложники или что–то типа того.

Знаю, нервы на пределе, подкидывают совсем нереальные сценарии, буквально любые дикие вещи, на которые только может быть способно человечество. Жила спокойно и скучно, называется. Погрязала в быту, декрете и удаленной работе.

Лучше бы так было и дальше.

– Мама! – радостно восклицаю, когда открывается дверь. – И папа! Ты тоже здесь! Как же я рада вас видеть!

Я рано перестала полагаться на собственных родителей. На отца понятно почему, его не было рядом. А с матерью не складывалось, у нас было диаметрально противоположное мнение по поводу буквально всего на свете.

Зато родив своих детей, я вдруг хватаюсь за собственных родителей, как за спасительную соломинку. Больше ведь и не за кого, кто, как не они, да? По крайней мере, предательства с их стороны точно не будет, в этом я могу быть уверена на все сто процентов. Они всегда выберут мою сторону.

– Дочь? Здрасте, – мама переводит с меня на родителей Демида ошарашенный взгляд. – У тебя гости?

– Посторонись, Галина, дверь закрою, – влезает в разговор папа и только потом поворачивается к нам всем лицом. – О, как вас много, утро доброе, господа. А хороший мы дом выбрали, да, Марго? Сейчас все пытаются настроить крохотные квартирки, а этот жилой комплекс выгодно отличается. Смотри, сколько людей в прихожей, а мы до сих пор помещаемся.

– Да, пап, ты прав, – улыбаюсь.

– Ты нас не представишь? – вмешивается моя маман. – Хотя я и так догадываюсь, кто есть кто. Полагаю, тот молодой человек Демид, отец наших внуков. А это, неужели его родители? Неужто все осознали свои ошибки и приехали вымаливать прощение?

Татьяна кривится еще сильнее, чем до этого, а Григорий весело ухмыляется. А я снова гадаю, кто здесь играет и перед кем именно?

И что–то у меня упорно не вяжется с начальной версией. Родители Волчанского – это ведь не его дружок Руслан, у них другой уровень и возраст тоже другой.

Да нет, они точно не могли это все разыграть ради меня. Григорий уж точно предпочел бы идти нахрапом, я ведь не опасный бизнес–конкурент. Я простая девчонка. Пришел, заявил свои права и оставил меня ни с чем.

Он бы не смог накопить капитал, в совершенстве не овладев этим методом. Я уверена. Сожрали бы его и сожрали бы давно.

Да и эта, Татьяна, едва ли терпеливо ждала бы, пока Демид женится на мне, оформит детей, а потом воткнет очередной нож мне в спину. Или не женится, можно и без этого. Я примерно представляю план, фантазирую, могу ошибаться в деталях.

Вот только они и без мини–спектакля перед одним лицом справились бы. Надавили на кого надо, подмазали, где надо, и выставили бы меня опасной для собственных детей, а Демида невинно оболганным. Однозначно быстрее вышло бы.

И мои пришедшие родители не смогли бы сбить их с толку. Папа, конечно, у меня профессор, но на пенсии и даже в рабочий период не располагал влиянием, близким к возможностям Мирошниченко. Едва ли старший Волчанский рассматривал бы его как угрозу.

Про маму я скромно промолчу, она такая, какая есть, и я ее люблю, а она меня, несмотря на наши разногласия. Мне этого достаточно! Это главное.

И к чему я прихожу в итоге? Неужели Демид не предатель?

Пока что как будто нет, но всегда может стать им потом. Этого нельзя не допускать.

– Нет, мы приехали забрать наших внуков у неблагонадежной матери! – отвечает Татьяна, прерывая поток моих рассуждений и ставя точку в споре, заведенном самой с собой.

Глава 55

Ага, то есть я все же угадала, Волчанские-старшие предпочли бы действовать прямо. Или это многоходовочка, где они плохие, Демид хороший, пудрит мне мозги, а потом все тот же нож в спину.

Как тяжело. Правильно говорят, что один раз солгал, больше никто не поверит. Нет, у нас с Демидом никакого будущего, его попросту физически быть не может. Есть одни проблемы. В этот раз я молчать не буду, отправлю его к родителям сама.

– А где вы видите ваших внуков, – моя мама выделяет голосом слово «ваших», – здесь только наши внуки, дамочка. Еще и оскорбляете мою дочь! Уходите–ка отсюда, пока я вас с лестницы не спустила, как неблагонадежных!

– Хамка! Теперь понятно, кто воспитал эту наглую пигалицу, прилипшую к нашему сыну, у такой хамки ничего