Ведьмин чай - Юлия Николаевна Ляпина

Агата засмеялась и притянула мужа к себе.

К рассвету ее платье оказалось где-то на кресле, а вместо него на коже таинственно мерцали рубиновые язычки пламени. Криспину безумно понравилось украшать обнаженное тело жены фамильными драгоценностями, а потом целовать ее, сходя с ума от контраста теплой смуглой кожи и холодного блеска камней.

Ведьма тоже немного развлеклась – убедила супруга примерить корону эрла и долго смеялась, когда заметила связующую магию артефактов.

– Что тебя так развеселило? – спросил маг. Окна наливались серым цветом зимнего рассвета, и скоро в дом вернутся слуги. Но ему не хотелось терять ни минутки этой волшебной ночи. Агата была так хороша, горяча и открыта, так сладко изгибалась под ним, что он совершенно потерял голову, наслаждаясь ее женской прелестью.

– А ты не видишь? – ведьма помахала руками, показывая магические нити, соединяющие корону эрла и ее диадему, браслеты и длинный драгоценный пояс.

– Магия? Непонятно, что это, наверное, защита.

– А вот и нет, – фыркнула Агата, – похоже, твои прапрабабки были ведьмами.

– Так, и что? – заинтересовался огневик.

– Корона и пояс, если их надеть и хм… в общем, есть очень много шансов, что сегодня ночью мы сделали наследника рода де Лэйн! – призналась ведьма.

– Ого, – маг провел ладонью по животу жены. – Это точно?

– Кто знает? – пожала плечами Агата, не замечая, как красиво при этом колыхнулась ее обнаженная грудь. – Магия дает возможность…

– Значит, нужно попробовать еще, – тоном мартовского кота заявил Криспин, – а то вдруг мы недостаточно старались! А ну-ка, иди сюда, моя ведьма!

Агата засмеялась, ловко перекатилась на живот и попыталась уползти, но была поймана, зацелована и унесена в спальню.

– Наследника надо делать в постели! – буркнул Криспин, не признаваясь в том, что его коленям не понравился жесткий пол.

– Наследника можно делать где угодно, – не согласилась ведьма, – а вот наследницу – лучше в постели! Вдруг девочка спросит!

Под смех и шутки маг и ведьма провели в постели половину дня. Ели, спали, занимались любовью и даже читали друг другу вслух выдержки из «Сельского альманаха».

– Знаешь, это, наверное, самый лучший перелом зимы, который у меня когда-нибудь был, – призналась Агата, когда они все же решили встать и спуститься в столовую, чтобы поужинать.

– И у меня, – согласился Криспин. – Но я надеюсь, что у нас будут и лучше!

Ведьма нежно куснула мужа за ухо и потянула к двери – есть хотелось уже нестерпимо!

Эпилог

К весне, когда началось строительство первого здания школы магов, выяснилось, что ночь перелома зимы не прошла даром – Агате стало нехорошо прямо на закладке первого камня. Ведьма, давно уже знающая о своем положении, моментально закинула в рот имбирную конфетку и оперлась на стоящего рядом Раймонда. Приемный сын состояние «матушки» осознал немедля – его собственная супруга уже приятно округлилась и готова была через месяц-другой порадовать наследником. Поэтому артефактор благоразумно отыскал для леди де Лэйн стульчик и стакан холодной воды.

Криспин в это время рассказывал горожанам, сколько пользы принесет грядущее строительство, поэтому жене помочь не мог, но суету заметил. И едва был заложен первый кирпич, немедля передал лопату мэру и быстрым шагом добрался до Агаты:

– Что случилось, дорогая?

– Кажется, школу придется достраивать быстро, – улыбнулась магу жена, – надо же будет где-то учиться нашему сыну.

От доброй вести огневик пошатнулся, потом вцепился в спинку стула, на котором сидела ведьма, и устоял.

– Это точно? – подозрительно спросил он, заглядывая Эгги в лицо.

– Абсолютно точно, – улыбнулась ему Агата и тихонько пискнула – так крепко ее обнял муж.

Остаток весны и лето маг ежедневно пропадал в городе, поторапливая строительство.

Агата постепенно округлялась, в ее лице и фигуре появилась та мягкая женственность, которой ей прежде недоставало.

Занятия в лаборатории ведьма не оставила, но теперь гораздо больше времени проводила в лугах, собирая травы под присмотром служанки или лакея. Когда у Раймонда и Кьяры родился сын, Агата подарила им амулет для хорошего сна и обережное одеяло, сшитое с наговором от дурного глаза.

Невероятными усилиями Криспину удалось завершить здание школы магов к первому сентября. Он сумел даже набрать учителей и собрать жалкую горстку учеников – всего полторы дюжины детей со способностями всех возрастов. Младшей ведьмочке было всего пять лет, а старшему воздушнику – уже пятнадцать, но это было неважно. Главное – школа магии открывалась, и на ее открытие пожаловал сам король!

Восторженно-испуганные горожане с раннего утра занимали места возле нового здания, тесня королевскую стражу. Отдельной стайкой стояли будущие ученики под присмотром свеженанятых преподавателей. В толпе то и дело прорывались удивленные возгласы: лорд де Лэйн не стал выписывать теоретиков из столицы – он поручил лекции магам, получившим магические травмы. Пансион для них был еще не достроен, но полдюжины бледных после излечения агентов лорд Сартисс успел прислать в тихий городок «на восстановление». Практику Криспин доверил местным специалистам, с которыми успел познакомиться за время строительства. И не видел ничего страшного в том, что половиной этих самых специалистов оказались женщины. Более того – большая их часть не состояла в браке!

К назначенному часу подъехала королевская карета. Лорд и леди де Лэйн глубокими поклонами встретили монарха и протянули ему ножницы на подносе, чтобы Его Величество разрезал символическую ленточку.

Король сказал несколько теплых слов, разрезал ленту и пожелал осмотреть здание и познакомиться с учителями. Криспин и Агата провели Его Величество с малой свитой по пустующим классам, показали административную часть здания, лабораторию, жилой этаж, вернулись на крыльцо и наконец с изрядной долей облегчения проводили коронованного гостя до кареты. Монарх собирался навестить еще несколько учреждений и знатных семейств, но это уже не входило в ответственность де Лэйнов.

Стоило карете скрыться за поворотом, как Агата изо всех сил сжала локоть супруга:

– А теперь, милый, быстро домой! Кажется, наш сын решил появиться на свет прямо сейчас!

– Как? Уже? – побледнел маг.

– Уже! – с нажимом сказала ведьма, разворачивая паникующего мага в сторону их собственного экипажа.

До поместья кони почти летели, подстегнутые паникой хозяина. Там все уже было приготовлено, за местной повитухой послали, так что Криспину оставалось лишь мерить шагами гостиную в ожидании.

Глубоким вечером, когда звезды зажглись на небе, утомленная повитуха наконец вышла из спальни Агаты и протянула трясущемуся магу беленький сверток:

– Поздравляю, милорд, у вас дочь!

– Дочь! – огневик осторожно откинул кружевной край пеленки и глянул в сморщенное красное личико. Малышка спала, крепко зажмурив глазки.

– Пройдете к супруге? – спросила повитуха, довольная врученной «на обмен» золотой монетой.

– Да, конечно! – маг с трудом оторвался от созерцания и поспешил в спальню, не выпуская из рук белый кулечек.

Агата не спала. Утомленная, расслабленная, лежала в постели и наблюдала за тем, как еще один ребенок сосет грудь.

– Эгги, спасибо за дочь! – маг опустился на колени и с удивлением уставился на второго ребенка.

– Ваш сын еще ужинает, милорд, – улыбнулась ведьма.

– Сын? Сын и дочь? Клянусь, моя ведьма, ты сделала меня счастливейшим человеком на земле!

Конец