Ведьмин чай - Юлия Николаевна Ляпина

Юлия Ляпина

Ведьмин чай

Пролог

Агата прошла в лавку, привычно погладила прилавок, нахмурилась – за ночь успела скопиться пыль! Тут же она взяла лежащую в специальной нише тряпочку, пропитанную восковой полиролью, и тщательно протерла светлое дерево. Открыла ставни, впуская солнечный свет, прошлась по полу мокрым полынным веником – обычно это делала девчонка-помощница, нанятая у соседей, но в такие солнечные дни ведьма сама бралась за веник, чтобы вымести из новенькой лавки весь принесенный покупателями негатив.

Год назад сбылась многолетняя мечта Агаты Вербы – она собрала нужную сумму, получила все разрешения и открыла чайную лавку «Ведьмин чай». Выкупила новый дом на торговой улице, завезла травы, чай, жестяные коробки для хранения, мешочки и бумажные пакетики для продажи. Рулон шелка для особых сборов и великолепный прилавок медового цвета. И весы с крохотными гирьками – для взвешивания особенных сортов и редких пряностей.

В свои тридцать два года ведьма-травница отлично знала, чего хочет, и продумала все – вплоть до цвета занавесок, вывески и рекламы в местной газете.

И все получилось! Не зря она шла к своей мечте с первого курса!

Осмотрев блестящие стеклом шкафчики, сияющие медью весы и сверкающие щипчики, и мерные ложки, Агата глубоко вдохнула пахнущий медом, воском и травами воздух и отворила дверь – рабочий день начался!

Глава 1

Первым в лавку традиционно заглянул мистер Хопкинс. Кругленький, румяный булочник. Он взял успокоительный чайный сбор для жены, мармеладки, помогающие уснуть, для тещи, конфеты с противозачаточным зельем для дочерей и укрепляющий кости отвар для себя. Агата ему искренне сочувствовала – пять женщин в доме, это непросто, поэтому традиционно добавила от себя наговоренную веточку лаванды, улучшающую настроение.

Расплатившись, мистер Хопкинс приколол цветы как бутоньерку и, насвистывая, отправился домой.

Следом появилась румяная и крепенькая вдовица миссис Браун. Ее интересовали шоколадные кексы с травками для улучшения потенции, чайный сбор «романтический» и душистое масло для притираний, стимулирующее желание у партнеров. Конфетки с противозачаточным она тоже взяла, прошептав, нарочито краснея, что ждет в гости мясника с улицы Котлет.

После вдовицы наступило некоторое затишье, и Агата отошла в свою лабораторию, оставив за прилавком соседскую девчонку. Та лихо продавала школярам леденцы с мятой и анисом для свежести дыхания, старушкам – пакетики с травяными сборами от клопов, мокриц и моли, а старичкам – нюхательный табак с добавками бодрящих трав.

Все это разнообразие обычно продавалось в разных лавках, но Агата сумела доказать королевскому инспектору, что ее травы и сила составляют более пятидесяти процентов в товаре и потому именуются «ведьмовскими смесями», разрешенными для продажи в чайной лавке. Соседи-торговцы на появление конкурентки не обиделись. Во-первых, основу – тот же трубочный табак или сахар – она покупала у них, во-вторых, далеко не каждый житель города мог себе позволить покупать «ведьмовские штучки» каждый день.

Но слухи по городу ползли, и клиентура «Ведьминого чая» росла.

В лаборатории Агата надела плотный передник, защищающий ее от горла до края юбки, не поленилась повязать косынку и натянуть нарукавники – одежда дорога, и она не может себе позволить каждый день портить платье. Итак, что там с заказами? Успокоительный сбор без валерианы для миссис Хэтуэй. Милая дама, обожающая кошек и своего племянника. Молодой повеса тянет из старушки деньги, да еще и мучает котов, надеясь, что от переживаний тетушка сойдет в могилу, оставив его наследником. А между тем…

Ведьма задумчиво пробежалась взглядом по стеклянным банкам, коробкам и мешочкам с ингредиентами. Успокоительное миссис Хэтуэй, конечно, нужно. А еще нужны капли истинного зрения. Только нужно немножко схитрить. Взяв ступку, Агата растерла в ней корень пустырника – простейшее успокоительное средство. Мяту нельзя, значит, добавим лимонные корки, капельку масла сассафраса и те самые капли истинного зрения. Рецептик ведьмовский, и старушке лучше не знать, что туда входят глаза жабы, змеиный яд и пепел от перьев совы.

Закончив смешивать ингредиенты под простейшим наговором, Агата перелила зелье в бутыль, наклеила этикетку – «Успокоительное зелье» и вынесла его в лавку, на отдельную полочку. Соседская девчонка как раз продала последний леденец и с интересом взглянула на флакон.

– За успокоительным придет племянник миссис Хэтуэй, – сказала Агата, записывая зелье в свою отчетную книгу, – скажешь ему, что много зелья давать нельзя, могут быть проблемы с головой. И вот еще: предложишь ему пилюли, скажешь, они тоже успокоительные, для тех дней, когда зелье уже выпили и больше нельзя.

С этими словами ведьма вынула из шкафчика коробочку с пастилками элеутероко́кка и поставила рядом с бутылью.

Милая, как куколка, блондиночка Салли Минт покивала головой, хлопая голубыми глазами:

– Конечно, мисс Верба! Все сделаю!

Агата вернулась в лабораторию, пряча улыбку. Пилюли элеутероко́кка славились тем, что придавали бодрости, лечили воспаления, помогали избавиться от инфекций и слабых ядов. Мистер Бранч не дурак – травить тетушку мышьяком не станет, а вот подлить старушке избыточную дозу успокоительного не постесняется. А там уж все в руках Светлых!

Остаток дня ведьма курсировала между лабораторией и лавкой. Готовила простые зелья, катала пилюли, взбивала венчиком белки для ягодных пастилок от кашля, температуры и запоров. Усилия требовались изрядные, но матери в их городе уже знали, что детям проще впихнуть сладкую пастилку от ведьмы, чем приторный сироп или горькую микстуру от аптекаря.

Вечером, проводив последнего покупателя, Агата заперла лавку и вместе с помощницей занялась наведением порядка. Пока девчонка мыла пол, хозяйка возвращала на места коробки и банки, делая пометки в своем блокноте. При этом ведьма проговаривала все вслух, как привыкла во время учебы:

– Мятные и лимонные лепешки для свежести дыхания – осталось две коробочки, завтра нужно будет сделать еще.

– Мисс Верба! – отзывалась Салли. – Мистер Крэбс просил вас сделать для него анисовых лепешек, лимон и мяту он считает слишком женскими…

– Мистеру Крэбсу пора вылечить зубы, – бормотнула себе под нос Агата, – и тогда лепешки не понадобятся!

Однако анисовые лепешки в свой блокнот она вписала. И яблочную карамель для успокоения желудка, и настойку для укрепления волос, и отбеливающий крем…

Закончив наводить порядок, Агата отпустила помощницу, вручив ей традиционную монету и кусочек мыла «от прыщей». Потом забрала деньги из кассы, оставив мелочь на утреннюю сдачу, и унесла к себе – наверх. Там в маленьком кабинете стоял магический сейф. Пересчитав наличность, ведьма убрала деньги в металлический ящик, испещренный рунами, и снова села за подсчеты. Нужно докупить ингредиентов. Коробок и флаконов. Кончился рыбий клей и очищенный бараний жир для притираний. А еще нужен воск для крема, хвостики ящериц для регенерирующей мази и крылья летучей мыши для зелья ночного зрения… Скоро через их город пойдут торговые караваны, и услуги ведьмы понадобятся многим.

Вздохнув, Агата закрыла свой талмуд, убрала его в стол и вышла из кабинета. Ей очень нравилась ее лавка. Она мечтала о ней с первого курса Школы магии и ведовства, но, достигнув своей мечты, ведьма вдруг поняла, что это довольно утомительное и однообразное предприятие. Бывали, конечно, интересные заказы, сложные ситуации, но не часто. Может, стоило принять предложение Криспина?

Потянувшись, Агата сдернула с головы косынку и собралась уже идти в спальню, но тут, словно в ответ на ее мысли, в раму стукнул маленький камушек. Вздрогнув, ведьма подошла к окну, открыла створку и выглянула на задний двор. Уперев руки в бока и широко расставив стройные ноги в кожаных штанах, там стоял Криспин Длинный Меч – боевой маг, красавец, мечта всех ведьм и магичек их курса.

– Эгги! – махнул он рукой. – Открывай!

– Ты с ума сошел, Крисп! – прошипела ведьма. – Да меня твои поклонницы завтра на куски разорвут!

– Эй, я ж не дурак, – обиделся Криспин, – меня видишь и слышишь только ты!

Вздохнув, Агата сдалась:

– Ладно, сейчас!

Захлопнув раму, девушка накинула на плечи шаль, спустилась вниз и отворила заднюю дверь. С улицы потянуло ночной прохладой, и, поежившись, Агата покрепче стянула на плечах мягкую