Всепоглощающая страсть - Джейн Энн Кренц

Макс поморщился.

— Кстати, насчет книги, — проговорил он требовательно. — Скажи мне, пожалуйста, как женщина, которая…

— Которая не имеет собственного опыта? — подсказала Клео.

— Давай назовем ее — «полная романтических мечтаний», — дипломатично предложил Макс.

Клео подняла голову и посмотрела на Макса.

— Романтических мечтаний?

— На мой взгляд, это вполне нейтральное определение.

Клео заулыбалась.

— Полная романтических мечтаний? Ты сказал — романтических мечтаний?

— Если тебе не нравится, придумай другое определение.

— Давай подумаем вместе. — Клео задумалась. — Как насчет «лишенная отношений»?

— Подходит.

— Нет, подожди, у меня есть вариант получше. — Клео села на кровати, прикрываясь простыней. — Как насчет «сексуально обделенная»?

— Все равно, Клео, я хочу спросить…

— Постой. — Клео подняла руку. — У меня есть еще лучше. «Со странным опытом».

— Прекрати, Клео…

— Подожди, ты только послушай. Как тебе нравится «чувственно неполноценная»?

— Хватит шутить, Клео. Я хочу серьезно поговорить с тобой.

— Ты сам все начал. Полная романтических мечтаний. Я в восторге.

Клео расхохоталась.

— Может быть, ты все-таки выслушаешь мой вопрос?

— Романтических мечтаний.

Клео засмеялась еще громче.

— Совсем не смешно, — мрачно отозвался Макс.

— Нет, смешно. — Клео почти не могла говорить. — Особенно когда это исходит от тебя.

Макс с укором посмотрел на нее.

— Может быть, ты скажешь мне, как тебе удалось придать «Зеркалу» такой яркий реализм?

— Я полностью полагалась на свое воображение.

Он недоверчиво посмотрел на нее.

— Воображение?

— Если ты хорошенько подумаешь, то вспомнишь, что большая часть книги описывает предвкушение, а не реальный опыт.

— Описывает жажду, — негромко поправил Макс.

— Совершенно верно, жажду.

Клео наслаждалась чувством полного удовлетворения, которое ее переполняло. Смех вновь готов был вырваться наружу.

— Поверь мне, что ту, первую часть, я понимала до тонкостей.

Лицо Макса выразило озадаченность.

— Пусть так. И все же…

— Ради Бога, Макс, не надо прыгать с самолета без парашюта, чтобы догадаться, чем это кончится.

— Ты говорила, как раз перед смертью родителей у тебя был мужчина, — осторожно сказал Макс.

— Да, был. Даже двое или трое. Правда, не в одно время. Но я не спала ни с кем из них.

— Почему? — настаивал Макс. Клео пожала плечами.

— Никто из них не был тем самым избранником, хотя я должна признать, что двое очень здорово умели целоваться. Потом, после смерти родителей, у меня произошло психологическое блокирование или что-то в этом духе, так его называл мой психотерапевт. Я тебе рассказывала об этом.

Макс пристально посмотрел на Клео и покачал головой.

— Невероятно.

— Что невероятно?

— Что ты написала «Зеркало» только на основе своего воображения.

— И таланта, — без ложной скромности уточнила Клео, — одного таланта.

— Я всегда преклонялся перед творческим воображением, — заметил Макс.

— Это естественно, ты ведь знаток настоящего искусства. — Радость, переполнявшая Клео, чуть не вырвалась наружу новым взрывом смеха. Она сомневалась, что сумеет его сдержать. — Скажи мне, о великий ценитель, могу я тягаться хотя бы с рядовым ван Гогом?

Макс прищурился.

— В тебе больше красок.

— Больше красок!

Она не смогла побороть смех, он буквально ее одолевал. В конце концов она упала с кровати на ковер, но никак не могла успокоиться.

— Ну а Пикассо?

— Ты даже более непредсказуема, чем он.

Макс приподнялся на локте и посмотрел вниз на пол. По его взгляду нельзя было угадать, о чем он думает.

— Ты сегодня в необыкновенно хорошем настроении.

— А какое у меня должно быть сейчас настроение?

— Скажем так, я не слыхал, чтобы кто-то падал с кровати от смеха после секса.

— А скольких людей ты знаешь, которые бы ждали этого так долго?

— Ты права. — Макс помолчал. — Забудь о том, что тебе говорил твой врач. Лучше скажи мне, чего ты ждала все эти годы.

— Конечно, своего избранника.

— Избранника? — переспросил Макс.

— Угу.

Клео наконец поборола последние остатки смеха; теперь на ее лице была только довольная улыбка. Она заложила руки за голову и умиротворенно созерцала потолок.

— Мой врач утверждал, что я его никогда не найду.

Что с помощью фантазий я прячусь от настоящей любви в мире воображения.

— А что думала ты?

— Что рано или поздно он обязательно появится в моей жизни, но что это от меня не зависит. Я должна была ждать. Все другие были неподходящими. Врач меня не понимал, а я не умела ему все объяснить. Вот отчего мы с ним расстались. И еще потому, что он стоил кучу денег.

— Клео, — начал Макс, — а как ты узнала, что я именно тот человек?

Клео посмотрела на него и поняла, что он совершенно серьезен. Она перестала улыбаться.

— Я не знаю. Наверное, так же, как ты сразу отличаешь подлинник от подделки. Каким-то внутренним чутьем.

Макс долго смотрел на нее. Затем губы его странно дернулись.

— Кстати, о моих картинах. Ты действительно не знаешь, где они?

— Нет, не знаю. — Клео села на полу. — Мне жаль, Макс, но Джейсон никогда о них не упоминал.

— Я тебе верю.

— Я рада, потому что это правда.

Снова улыбаясь, Клео поднялась на ноги. Она нашла свои очки и надела их.

— Боже мой, как поздно. Надо скорее одеваться и возвращаться к себе.

— Останься со мной на ночь.

Она с сожалением взглянула на него, но продолжала застегивать рубашку.

— Мне бы очень хотелось, но я не могу. Джордж может мне позвонить по какой-то причине. Он будет искать меня в моей комнате, а не здесь, у тебя.

— Позвони ему и предупреди, что ты у меня.

Клео покраснела.

— Это немного неловко, как ты считаешь? — спросила она, натягивая джинсы.