Любовная лихорадка - Кэти Максвелл

– Тибольдом? – Бренн скривил губы от отвращения. – Я слышал о нем.

– Как и все вокруг. Он безумен, но сестра очень хочет найти для него жену, чтобы сохранить их род. Но какая женщина захочет выйти замуж за сумасшедшего? Пусть даже богатого и знатного? И какой у них родится ребенок? – Тэсс покачала головой. – Я не смогла отказать Ли, когда она обратилась ко мне с такой просьбой. Кроме того, я была ее должницей.

– Из-за чего?

Тут Тэсс осознала, что угодила в западню. Но она не могла признаться Бренну, какого рода одолжение сделала Ли. Теперь Тэсс могла лишь со смехом вспомнить всю эту чепуху о подушках и прутах.

– Это не имеет значения, – сказала она, направляясь к кровати.

Он последовал за ней:

– Тэсс, когда я сказал, что знаю твой секрет, и ты, и твой брат признались, что понимаете, о чем идет речь, и благодарили меня так, словно были обязаны мне жизнью. Если Дрейкотт ни при чем, то, что за секрет вы имели в виду?

Тэсс снова ощутила, как чувство вины за обман, в котором участвовали она и ее брат, захлестывает ее. Ее муж не был глупцом. Если он узнает о том, как его использовали, его реакция может быть непредсказуемой. У него появится полное право отказаться от этого брака. Ее ждет унижение и позор. Двери лучших домов навсегда будут для нее закрыты. Никто не захочет ни ее дружбы, ни ее любви.

Но правда в сложившейся ситуации казалась ей единственным достойным выходом. Ей было трудно решиться.

– Ты нас неправильно понял, – напряженным тоном отозвалась она.

– Ничего подобного.

Она нахмурилась. Он не успокоится, пока не узнает всей правды. Она не умела врать.

Секрет, секрет, секрет! Какой секрет она могла скрывать?

– Речь шла о моем возрасте. Нейл боялся, что если ты узнаешь, сколько мне лет на самом деле, то не захочешь жениться на мне.

– И сколько же тебе лет?

– Двадцать три года, хотя все думают, что мне двадцать два. Когда умер отец, я год провела в трауре, поэтому Нейл посоветовал мне притвориться, что я на год моложе.

Он посмотрел на нее так, как будто сомневался в ее вменяемости:

– Какая разница?

– Возможно, для тебя никакой. Но есть мужчины, которые могли из этого сделать настоящую трагедию. А теперь, если ты не возражаешь, я очень устала, поэтому хочу спать.

Она скользнула на кровать и тут же скрылась под одеялами. Завтра. Она обо всем подумает утром, когда у нее немного прояснится в голове. Бренн лег рядом с ней.

– Мне все равно, сколько тебе лет, – прошептал он ей на ухо.

Его рука покоилась на ее талии, а затем начала медленно подниматься к груди.

– Но есть такие мужчины, для которых это весьма важно, – прошептала она, закрывая глаза и притворяясь, что засыпает. – Ты не представляешь, какой скандал они могли бы затеять из-за такого пустяка.

Она попыталась защитить грудь от его настойчивых рук. В его голосе прозвучали озорные нотки:

– Брак объявляется законным только тогда, когда муж и жена несколько раз познали друг друга.

Он прижался к ней. Его «подушка» превратилась в «прут». Тэсс невольно вздрогнула, когда ощутила предательскую дрожь в теле.

– Я утомлена.

– Но, Тэсс. Я же извинился. Я бы хотел, чтобы на этот раз все прошло без неожиданностей. – Он говорил слегка охрипшим голосом. – Чем больше ты этим занимаешься, тем большее мастерство приобретаешь.

Она зажглась от прикосновения его рук и от его искушающих слов. Он поцеловал мочку ее уха.

– Не стоит так обижаться, моя красавица, – прошептал он. – Мой единственный грех состоит в том, что у меня возник закономерный вопрос: почему ты, признанная королева Лондона, выбрала себе в мужья уэльсца, лишь недавно получившего титул графа. Разве это такой уж большой проступок – ставить все под сомнение?

Его вопрос подействовал на нее, как холодный душ. Что она делает?

Ощущение собственной вины, честь, гордость – все это заставило ее действовать молниеносно. Она вскочила с кровати. Нет, она не могла позволить ему снова обнимать себя и ласкать до головокружения. Она не могла открыть ему правду.

– Я буду спать в кресле.

– Тэсс! – запротестовал он.

– Ты думал, что я спала с другим мужчиной, – выпалила она первое, что пришло ей в голову, лишь бы поскорее отвлечься от угнетавших ее мыслей.

Он присел на кровати, и его темные брови грозно сдвинулись на переносице.

– Тэсс, я уже сказал, что у меня возникли сомнения, когда твой брат столь легко согласился на наш брак. С какой стати молодая, красивая и богатая леди выбрала бы меня, неизвестного графа, хромого военного, когда к ее ногам готовы были бросить свои состояния самые блестящие столичные джентльмены? Я не верил, что все дело в том глупом пари, которое вы заключили на балу у Гарландов. Если бы ты была на моем месте, разве ты бы не удивилась?

– Я не знаю.

– Я тебя уверяю, что ты испытывала бы те же чувства. Все в Лондоне только это событие и обсуждают! Одни полагают, что мы безумно влюблены друг в друга. А другие считают, что ты попала в какую-то переделку, поэтому выходишь замуж, чтобы избежать неприятностей.

Ее лицо побледнело.

– Ты что-то скрываешь, – сказал он. – Если не любовника и младенца, то что? – Он наклонился вперед. – Тэсс, если ты столкнулась с какими-то трудностями, то тебе достаточно сказать об этом мне. Мы с тобой муж и жена. Мы обменялись не просто пустыми обещаниями, а брачными клятвами, которые отныне обязаны соблюдать. Наши судьбы связаны навсегда.

Она облизнула губы и отвернулась от него. Она не могла открыть ему свою тайну. Ей хотелось быть с ним честной, но что это ей сулило? Ни один мужчина не простил бы жену, которая считалась богатой наследницей, а оказалась без гроша за душой. Ситуация усугублялась тем, что они с братом сознательно обманули его. Она тяжело опустилась в кресло.

– Тэсс, почему ты там села?

– Я же сказала, что проведу ночь здесь.

– Что? – Он встал, и она увидела, что он полностью обнажен, но, похоже, его это не смущало. – Иди ко мне. Я не хочу ссориться. Я устал – ты лишила меня сил. Сегодняшним вечером было слишком много неожиданностей.

Она поджала под себя ноги, прикрывая пальцы краем платья.

– Я хочу остаться здесь.

Бренн внимательно посмотрел на нее:

– Я не понимаю тебя. Ты вся соткана из противоречий. Ты целуешь меня с мастерством дорогой куртизанки, но при этом оказываешься девственницей. Ты настаиваешь на свадьбе, но опаздываешь на церемонию венчания...

– Это не моя вина. Это Стелла виновата – из-за беременности ее все время тошнит.