Навстречу любви - Барбара Картленд

– Не волнуйся, – успокоила ее Венеция. – Если она и рассердится, Айвен пустит в ход свое очарование и успокоит ее.

Всю дорогу обратно девушка в уме уговаривала поезд ехать быстрее, чтобы она могла поскорее встретиться с возлюбленным.

Радости ее не было предела, когда, вбежав в дом, она узнала, что граф уже вернулся из Букингемского дворца. Венеция бросилась в гостиную, и, едва распахнула дверь, он протянул к ней руки.

– Вы вернулись! – воскликнул он. – А я уже испугался, что потерял вас.

– Вы никогда не потеряете меня, – ответила Венеция.

Он поцеловал ее, и они сели на диван.

– Я скучала, – тихо произнесла она. – Как прошло с королевой?

– Она осталась очень довольна моим докладом. Кажется, лорд Литтон уже успел написать ей о том, какая у меня замечательная жена. Она говорит, что мне необычайно повезло жениться на такой отважной и находчивой девушке.

– Но известно ли ей, на какой именно девушке вы женились? – осторожно поинтересовалась Венеция.

– Я рассказал ей, что произошло.

– Она рассердилась?

– Не уверен, – медленно произнес он. – Она была немногословна.

– Айвен, вы меня специально дразните? Ну что-то она должна была сказать?

– Она говорила: «Надо же!» Потом: «Боже мой!» И наконец: «Подумать только!» Ах да, и в конце прибавила: «Никогда не слыхала ни о чем подобном!»

– Но что все это означает?

– Я думаю, это означает, что она пытается решить, сердиться ей или нет. Она хочет, чтобы я приехал к ней еще раз в пятницу вместе с вами и обоими вашими друзьями.

Венеция ахнула.

– Значит, Мэри была права. Она подозревала, что это произойдет. Ой, что же делать?

– Выполнять повеление королевы, – ответил он. – Иначе и быть не может.

– Я-то думала, вы сумеете очаровать ее и успокоить.

– Вы переоцениваете мое обаяние, – сухо промолвил он. – Не все смотрят на меня вашими глазами. Королева любит, чтобы ей подчинялись.

– Но это совершенно бессмысленное приказание.

Он усмехнулся.

– Надеюсь услышать, как вы это скажете ей.

– Вы невыносимы.

– Предлагаю пригласить Мэри и Дэвида в Лондон, пусть погостят у нас пару дней. А потом все вместе отправимся во дворец.

На следующее утро она отправила письмо, и в четверг днем Мэри и Дэвид, оба в сильном волнении, прибыли в Маунтвуд-хаус.

Когда пришло время ехать к королеве, они сели в большую фамильную карету Маунтвудов, запряженную белой четверкой, и отправились в Букингемский дворец.

Величественные ворота отворились, пропуская их, и Мэри заметно заволновалась, но Дэвид взял ее за руку, и это, похоже, успокоило ее.

Венеция поняла, что тоже сидит как на иголках, хоть и старалась изо всех сил этого не показывать.

– Неужели боитесь? – насмешливо поинтересовался у нее Айвен. – Та ли это женщина, которая бросила вызов русским?

– С русскими было просто, – ответила она. – Королева – другое дело.

Он рассмеялся и продел ее руку в свою, согнутую в локте.

Вскоре они остановились, ступеньки кареты были опущены, и их повели во дворец.

Они долго шли по бесконечным коридорам, и всю дорогу Венеция убеждала себя, что волноваться не о чем. Вот только из головы никак не шла мысль о том, что она ослушалась приказания королевы Виктории, самого могущественного монарха в мире.

Она рисовала себе королеву взирающей на них с надменным видом с высоты огромного трона или испепеляющей их молниями гнева.

Венеция могла бы пойти на это сама, но ей была невыносима мысль о том, что она подведет любимого мужа.

Потом остановились перед богато украшенными двустворчатыми дверями. Два лакея раскрыли створки.

– Граф и графиня Маунтвуд, мистер и миссис Уиндэм, ваше величество.

Венеция впервые оказалась лицом к лицу с королевой Викторией.

И увиденное заставило ее ахнуть.

Не было никакого внушающего ужас монарха. За письменным столом сидела, взирая на стоявшую перед ней большую картину, маленькая женщина лет шестидесяти с печальным лицом и усталыми глазами.

На картине был изображен красивый молодой человек, и в нем Венеция узнала покойного принца Альберта, мужа королевы, которого та беззаветно любила и смерть которого восемнадцать лет назад сломила ее.

Наконец королева подняла на них взгляд.

– Это вы, Айвен. А это ваша жена. А это… – Она сделала Мэри знак подойти. – Это та девица, которая ослушалась моей воли.

– Ах, ваше величество, пожалуйста, не сердитесь на меня, – взмолилась Мэри. – Я не хотела ослушиваться, но мы с Дэвидом так любим друг друга!

– И вы полагаете, любовь оправдывает неповиновение королеве?

Мэри подняла голову.

– Да, ваше величество. Я так считаю.

Наступила холодная, как лед, тишина. А потом на лице королевы появилась улыбка.

– Вы совершенно правы. Настоящая любовь оправдывает все. Обретя ее, нужно за нее сражаться, пусть даже с самой королевой. И дары любви столь велики, что нужно хватать их, пока можешь. – Но потом улыбка ее погасла, она повернулась к Венеции. – Подойдите.

Венеция подошла и присела в глубоком реверансе.

– Ваше величество.

– Вы не могли быть влюблены, поскольку никогда не встречались с Айвеном до того, как обманули его.

Граф поежился.

– Вообще-то, ваше величество, это я обманул ее.

– Вздор, – неожиданно грубо произнесла королева. – Она вас одурачила, как последнего простофилю. Если бы я знала, что вас так легко обмануть, я бы не посылала вас в Индию.

– Да, ваше величество, – смиренно промолвил он, понурив голову.

– Так что вы скажете в свое оправдание? – Королева снова повернулась к Венеции. – На любовь вы ссылаться не можете. Вас прельстил его титул?

– О нет, ваше величество, – быстро ответила Венеция. – Мне показалось, что кому-то нужно сделать его лучше, и я решила, что справлюсь с этим.

У королевы дрогнули губы.

– Вот как. И вы полагаете, вам это удалось?

Прежде чем ответить, Венеция бросила на мужа лукавый взгляд.

– Начало положено, но работы еще предстоит много.

На этот раз королева рассмеялась.

– Что ж, кому как не вам этим заниматься, – сказала она. – Вчера он уверял меня, что безумно влюблен в вас. Он вам это когда-нибудь говорил?

Венеция вспыхнула.

– Да, ваше величество. Много раз.