Измена. Право на счастье - Софи Вирго

Самые лучшие слова, которые я когда-либо слышала. Да, это непризнание в любви, это даже лучше. Смотрю в его глаза, и сама тянусь за поцелуем, на который он с радостью отвечает. Пора стирать границу.

Глава 17

Милана

– Вкусно пахнет, – со спины прижимается большой и сильный, а во мне все моментально скручивается от желания.

Мгновенно вспыхиваю, вспомнив, что творили ночью. Дамир словно с цепи сорвался и устроил нам такие эмоциональные качели, что думала сердце остановится от удовольствия. Дорвался до желанной женщины. Я предполагала, что он очень темпераментный, но не до такой степени. Про себя вообще молчу.

Так стыдно мне никогда не было, настолько я отвечала темпераменту мужчины. Он разбудил во мне то, что давно спало. Не знаю, как, но в какой-то момент, перестала смущаться своих чувств и желаний, открылась, отдалась в полную власть мужчины. Вот тогда-то Хасанов устроил мне концерт по заявкам.

Правда к утру его удивила и я, когда проявила инициативу, пусть и маленькую.

– Оладушки. Будешь? – прижимаясь к мужчине, спрашиваю, а сама думаю, что тесто придется отложить, уж слишком явно его желание в другом вопросе.

– Буду, и не только их, – вдыхая запах волос, мурлычет на ушко, как сытый кот. – Ты как? Я не перестарался? – поглаживая по животу ладонями, аккуратно уточняет.

Прислушиваюсь к себе и понимаю, что все же перекур мне нужен. Не привыкла я к таким марафонам, тем более Дамир другой.

– Хочу передышку. Маленькую, – переворачивая оладушки, смущаюсь своему ответу.

Понимаю, что Дамир хочет еще, но почему-то мне кажется, он будет учитывать и мои желания. Не просто так ведь спрашивает? А раз так, надо говорить. Мне хочется заботы, а ее не бывает без диалога. Открытого, на равных.

– Понял, тогда буду целовать. Но сначала завтрак. Зверски голоден, – и резко отстраняется, доставая белые тарелки с верхней полки.

Стою немного в шоке. Хасанов помогает накрыть на стол? Да Кирилл бы меня покусал, попроси я его о подобном, а тут. Не могу поверить, что это реально. Если он еще и при температуре тридцать семь и пять не пишет завещание, меня можно в реанимацию вести. Ущипните меня, не верю, что такие мужчины существуют.

Где-то перевернулся фургон с золотыми мужчинами?

– Мил, у тебя не подгорит? – отвлекает мужчина, и я даже вздрагиваю.

Похоже, у меня сейчас был очень глупый взгляд. Встрепенувшись, возвращаюсь к готовке, и через десять минут уже ставлю две тарелки с кучей оладушек. Не знаю, что едят такие бугаи, но мне кажется, если что-то было бы не так, то Дамир мне сказал бы.

Завариваю чай с фруктовыми нотками себе и крепкое кофе ему, напевая нелепую песенку под нос, даже попкой подмахиваю в ритм. А что, можно, Хасанов в душ ушел, я хозяйка временно одинокой кухни. На секундочку, для холостяка у него хорошо продумано, все расставлено. Явно дизайнер постарался на славу.

Я даже присмотрела, куда кондитерские штучки пристрою. Уверена, сестра Хасанова будет оставлять у нас дочку, а малышка любит сладкое. А это значит, мне нужны приспособления и дома. Плюс праздники. Однозначно, оживлю гарнитур.

– Провоцируешь? Ты знаешь хоть, как соблазнительно смотришься в моей футболке? – резко поднимаю голову, и смотрю на мужчину в одном полотенце на бедрах, и стекающими капельками воды по поджарому телу.

– Ты спортсмен? – вопрос неожиданно срывается с губ, и понимаю, как глупо звучит в сложившейся ситуации.

– Ахах, в прошлом. Смешанные единоборства. Хотя и сейчас со старым другом встречаемся в октагоне.

Оттолкнувшись от косяка, Дамир идет вперед, как настоящий хищник, грациозный, сильный, большой. Уверена, мне сейчас повезло, что он остановился с другой стороны стола, и, взяв кружку с кофе, делает пару больших глотков.

– Очень вкусно получилось. Сделаешь еще? – киваю, но не перестаю смотреть немного голодным взглядом.

Вот этот мужчина и правда мой? Красивый, уверенный в себе, немного наглый и смелый, да еще и борец. Как не покалечил Кирилла, не понимаю. У человека самоконтроль на уровне.

– Если не перестанешь так на меня смотреть, я не сдержусь, – спрятав улыбку за кружкой кофе, подтрунивает.

– Не верю. Ты человек слова, – знаете, я что-то не против, чтобы он не сдержался.

– Ах, ты, про…

Он уже начинает обходить стол, как раздается звонок в дверь, а потом и стук.

– Кто это? – испугавшись такому агрессивному напору, нервно сжимаю столешницу.

Вдруг это полиция, и сейчас Дамира заберут из-за того, что защитил меня? Нет. Не позволю этому случиться. Всех прогоню, но не отдам его.

– Да есть у меня дятел один. Посиди здесь, сейчас «пока» ему скажу и будем кушать, – подойдя ко мне, поцеловал в макушку. – Успокойся, это свои. Просто голодные. Ты зря открыла окно.

Ничего не понимаю и переспросить не успеваю, как он скрывается в коридоре и слышится, как открывается входная дверь. Сердце пропускает удар и едва голос Дамира разрезает тишину, спешу выглянуть, кто же там пришел.

Дамир

Вот какого лешего он пришел? Сейчас вытолкаю взашей и вернусь к своей девочке. Во всех смыслах моей. Больше нет границ, все стерли этой ночью. Даже скованность перед самой собой. Как же ее запугали в жизни. Уверен, так быстро Мила не изменится, но самый главный шаг сделан, остальное – мелочи.

– Я не понял, у тебя тут такие запахи, а я от голода пухнуть должен? – даже дверь не успеваю до конца открыть, как моя головная боль начинает наезжать.

– А что, твоя кухарка не справляется? – ехидно спрашиваю сверкающим пяткам друга.

Когда дело доходит до еды, Амир имеет такое свойство: несется к еде с космической скоростью. Ладно, черт с ним, Милана и правда испекла ароматную выпечку, даже я, равнодушный к этому, облизывался по пути в кухню. Ох, чтоб вас, она же там в одной футболке.

– Амир!

– У нас гости? Доброе утро, кулинарная волшебница, – не успел.

Захожу в кухне и застаю смешную картину. Милка вжалась в гарнитур, старясь прикрыть голые коленки столешницей, вечно голодный Умаров уже жует первый оладушек, запивая его мои кофе. Паразит, вечно кормящий солитеров, как порой