Метро параллельных миров. Книга первая - Леон Василевски

 Сквозь сон он слышал, как то ли кухарка Ядвига, то ли управительница Мара, тихонечко приоткрывали двери в спальню; чтобы проверить не проснулся ли господин.

 За завтраком он объявил Маре, что выкупил у хозяина эту квартиру и ей теперь нет нужды носить деньги за аренду управляющему дома. Женщины одновременно всплеснули руками и в унисон радостно запричитали и стали поздравлять Петра с важной покупкой. Парень приказал Маре достать мадеру старой выдержки. Усадил женщин за стол и почти насильно заставил с ним выпить за благополучную сделку.

На дворе стояла последняя суббота месяца июля. В цехе делать было нечего, так как о оборудование, что уже пришло, мастера смонтировали и установили. Остальное ожидалось день на день и даже в это воскресенье, поэтому Пётр озаботился визитом к ломовому извозчику Силантию, которого компаньоны регулярно подряжали для перевозки их товаров и оборудования. Не мешало подстраховаться и предупредить ломового о возможной поездке на вокзал. Парень не боялся, что старовер Силантий запьет. Для староверов алкоголь – это табу. Максимум хмельной мёд, что слабее местного пива. Но у извозчика могли бы найтись дела в воскресенье, а найти в воскресенье другого извозчика— весьма проблематично, если только какого-нибудь еврея. Но этот жук сдерёт по воскресной таксе втридорога и даже глазом не моргнёт.

На счастье Петра, Силантий находился «на посту» возле шлагбаума на железнодорожной товарной станции. Поздоровавшись друг с другом как старые знакомые, мужики быстро сговорились о возможном рейсе и договорились, что извозчик скажет жене или детям, где его найти еже ли придется отлучиться из дома.

Вечером, без четверти восемь, Пётр, одетый при параде, подъехал к дому Марии. В одном из окон её квартиры приоткрылась занавеска, появилось лицо горничной и тут же исчезло. Буквально через несколько минут открылась дверь и в проеме двери появилась Мария Александровна во всей своей красе.

Она выглядела ослепительно прекрасно: платье из светлой шелковой материи, отделанное инкрустациями из кружевных мотивов, бахромой и пуговицами как вторая кожа облегали тело женщины, подчеркивая идеальные черты её стройного тела: плавный изгиб бёдер, тонкую, не стянутую корсетом, талию, высокую упругую грудь, невольно как магнитом притягивающую взгляд, точеную шею. Голову украшала модна сетка из мишуры цвета тусклого золота и серебра с кисточками по бокам, украшенная красивыми разноцветными камешками. Женщина грациозно положила руку, одетую в ажурные белые шелковые перчатки, на руку Петра и взошла в пролётку.

– Трогай, – приказал Пётр, коснувшись тростью плеча извозчика.

У входа в ресторан, как положено, дежурил пожилой классический такой портье в малиновой ливрее и широких штанах того же цвета с серебряными галунами. На голове красовалась фуражка с такого же что и галуны цвета лентой.

Старый знакомый метрдотель шустро подбежал к гостям, когда они вошли в открытую швейцаром дверь и сопроводил их к заказанному в пятницу столику. Стол уже был сервирован приборами и бокалами. Посреди стола стоял подсвечник на три свечи. Метр шустро зажёг свечи и подозвал сомелье.

С выбором вина проблем не возникло. Гости заказали бутылку шампанского Абрау-Дюрсо. Когда специалист по винам удалился выполнять заказ, к клиентам степенно подошел официант и подал карту меню.

Как обычно это бывает в российских ресторанах, что в этом времени, что в ХХI веке Петра, меню состояло из названий блюд, содержимое которых известно только работникам данного ресторана, но совершенно непонятно для посетителя. Вероятно, французские и итальянские повара несказанно удивились бы, узнав о наличии в их национальных кухнях блюд с такими названиями.

Пётр и Мария минут двадцать пытали официанта названиями блюд из меню, пытаясь выяснить: «Что это такое и с чем это едят?» – пока не определились с заказом. Официант все записал в своём блокнотике и также удалился.

Быстрота обслуживания приятно удивила Петра. Не прошло и пяти минут, как сомелье принес на подносе ведерко со льдом и бутылкой вина внутри. Он разлил шипящий напиток по бокалам, пожелал приятного вечера и пошёл обслуживать прибывающих гостей.

Нужно сразу сказать, что задумка парня пригласить любимую женщину в ресторан, чтобы уже здесь раскрыть суть сюрприза: покупка парнем апартаментов, с треском провалилась. Еще вчера вечером Пётр подвергся атаке сгорающей от любопытства женщины. Мария с серьёзным выражением лица заявила, что если он не расскажет о своём секрете, то завтра он будет присутствовать на её поминках, потому что она умрёт от любопытства.

– Нет, скажи честно, ты жаждешь моей смерти? – атаковала она.

– Как могла такое подумать, душа моя!? –шутя отбивался парень. – Я просто хочу рассказать тебе об этом в ресторане.

– Нет, ты определённо желаешь моей смерти! – не унималась любовница, – Смотри, мои руки уже холодеют.

Парень принялся демонстративно согревать дыхание протянутые ему руки, а потом нежно их целовать, медленно продвигаясь от ладошек до локтя и выше.

– Нет, это меня не спасёт, Я все равно умру, если не узнаю твою тайну, мучитель, – загробным голосом проговорила она и картинно сымитировала падение в обморок.

Пришлось спасать любимую и всё рассказать иначе он умер бы первый от переполняющего его желания при созерцания полунагого тела любовницы и стремящихся выскочить наружу двух очаровательных налитых окружностей с острыми сосками, вызывающе просвечивающихся через тонкую ткань ночной сорочки.

Мария тихонько, чтобы никто не услышал, произнесла тост за покупку апартаментов, пожелала счастливой и спокойной жизни в их стенах. Пётр поблагодарил, и они отпили вина из бокалов. После этого парень смог осмотреть зал. Пустующих столиков, практически не наблюдалось, а гости продолжали

Входить и занимать столики, указанные метрдотелем.

Приступая к дегустированною только что принесённых закусок, Пётр вдруг услышал громкий сочный бас, который ни с чем не спутаешь и который мог принадлежать только Карлу Бергу. Парень посмотрел в сторону входа и увидел обладателя громогласного голоса, разговаривающего с распорядителем, а также Роберта под руку с Мартой, стоящих поодаль. Из реплик Карла, доносившихся от входа, Пётр понял, что свободных столиков нет.

– Машенька, солнышко. Мои друзья в большой беде.

– Какой беде? – не на шутку испугалась Мария и стала озираться вокруг, словно пытаясь разглядеть этих друзей и беду, угрожающую им. – Какие друзья?

– Вон они у входа. Для них находится столик.

– Пётр Антонович, – чуть было не чертыхнулась женщина, – креста на вас нет. Нельзя так пугать бедную женщину.

– Милая, ты не против, если они присоединятся к нам?

– Конечно нет, – с готовностью ответила Маша и добавила смеясь, – Надо же выручать твоих друзей из беды. А если судить по решительному виду того обладателя замечательным басом, в беде наш распорядитель и его нужно спасать в первую очередь.

После этих