Черт побери! - Кейти МакАлистер

Маг Йована выглядела серьезной женщиной со стрижкой под пажа. Одета она была в темный деловой костюм, от которого и не пахло профессионализмом. При встрече я протянула ей руку, она же взглянула на нее так, словно я все еще держала отвратительный кусок плоти демона.

– Я не прикасаюсь к другим, – сухо произнесла она без грамма раскаяния. – Это плохо влияет на мою душевную энергию.

– А. Простите. Значит тот, у кого два лучших результата из трех выигрывает, правильно?

Она кивнула, ее губы превратились в тонкую полоску на бледном лице.

– Я хочу официально опротестовать форму поединка. Он совершенно не отражает значимости должности, должности, что вы, как я понимаю, даже не соизволили принять.

– В моей жизни недавно много чего произошло, – пояснила я.

Выражение ее лица стало ледяным.

– Полагаю вам известно, что члены L’au-delà оказали мне полную поддержку.

– Нет, но я рада это слышать. Это хороший знак, – ответила я с невозмутимой улыбкой.

Долю секунды она выглядела обескураженной, затем ее лицо вновь приняло надменное выражение.

– Сразу как займу эту должность, я намерена внести поправки в законы, регулирующие становление Венецианцем, чтобы больше никогда кто-то вроде вас не пришел к власти.

– Звучит неплохо. – Я взглянула на часы. – Вы не возражаете, если мы немного ускоримся? Мне необходимо сделать кое-что действительно важное, и я хотела бы заняться этим как можно скорее.

Трое членов парижского Иного мира, которые сопровождали ее, выступая свидетелями поединка, дружно ахнули.

– Вам так нравится глумиться над этой должностью? – вопросила Йована, ее взгляд пылал. – Неужели в вас нет ни капли уважения к ней?

Я скрестила руки на груди.

– Последний Венецианец пытался упечь меня в тюрьму по обвинению в убийстве и прикончить. Вы уж простите, что после такого я совсем не в восторге от этой работенки.

Йована прямо исходила от ярости, вцепившись в соседний автомат.

– Вы пожалеете о том дне, когда насмехались над титулом Венецианца, Эшлинг Грей.

– Да, пожалуйста, – сказала я, бросая монетку в свой автомат.

Проиграть дважды не заняло у меня много времени.

– Было бы намного быстрее, если бы ты не выиграла первый раунд, – шепнул Джим.

– Я психанула. На пару минут забыла, для чего мы тут, – ответила я.

– Эшлинг Грей, ты проиграла поединок за должность Венецианца L’au-delà, – объявила Йована громким пронизывающим голосом, разнесшимся эхом по пустому залу. – Засим я вправе провозгласить себя Венецианцем.

– Поздравляю. Флаг вам в руки. Спасибо что пришли, – отвернувшись от Йованы, я поблагодарила трех свидетелей, сбившихся в кучку. Двое мужчин и одна женщина все это время настороженно следили за мной, словно ожидали, что в любую минуту я начну извергать адское пламя и плеваться серой.

– Преклони предо мной колени, Эшлинг Грей, – приказала Йована, указывая на пол перед собой.

– Э-э… Вынуждена отказаться. Что-то мне не хочется пресмыкаться. Вы выиграли в честной борьбе. Мои поздравления и все такое, но мне действительно надо идти.

– На колени! – крикнула она.

Я бросила взгляд на Трейси.

– Надо?

Он пожал плечами.

– Это часть церемонии.

– Здорово! – Я тяжело вздохнула, затем опустилась на колени перед Йованой, желая уже просто покончить со всем этим.

– Поклянись мне в верности, – потребовала она, вытянув руку, чтобы я могла ее поцеловать.

Я вскинула обе брови.

– Это вряд ли.

Она вмиг рассвирепела.

– Ты должна! Поскольку мы не сражались насмерть, тебе надлежит поклясться в верности.

Я снова вздохнула.

– Трейси?

– Мой повелитель, есть прецеденты. Если защитник титула не убит претендентом, по традиции проигравшая сторона присягает на верность победителю, чтобы в будущем исключить новые столкновения.

– Ты должна поклясться мне в верности, – сказала Йована голосом, который уже начал казаться мне назойливым и раздражающим.

– Ну, не могу я, понимаете? Я уже поклялась зеленым драконам. Я не могу поклясться еще и вам.

– Ты должна, – упрямо твердила она, тряся рукой перед моим лицом.

– Какие же вы ребята упертые, – произнесла я. – А Дрейк еще выносил мне мозг, что я всегда все вижу лишь в черно-белом цвете. Если после этого вы, наконец, отстанете от меня и дадите уже уйти, я дам вам клятву верности, покуда она не будет идти в разрез клятве зеленым драконам, гильдии Стражей или любой другой, что я когда-либо принесла, за исключением всего касающегося Абаддона.

У нее чуть ли не пар из ушей повалил, когда я чмокнула тыльную сторону ее руки и встала.

– Это неправильная клятва верности!

– Это лучшее, что вы можете получить, – сказала я, защелкивая поводок на ошейнике Джима. – Так, дядя Дэмиен, Трейси… идемте.

– Куда? – спросил Джим, когда мы вышли из зала с игровыми автоматами.

– Ты еще услышишь обо мне! – проорала нам вслед Йована.

– Искать Дрейка, – ответила я, махнув ей рукой в знак того, что ее слова приняты к сведению.

– Сомневаюсь, что он хочет, чтобы ты отправилась за ним, – начал дядя Дэмиен, но я остановила его взглядом.

– Так было раньше.

– Раньше? – не понял он.

– До того, как он отправил в мой сон дракона, птицу, льва и тигра.

Джим поджал губы и присвистнул, когда мы вышли из зала на холодный воздух январского утра.

– Конь ветра.

– Точно. – Я остановилась на тротуаре, любуясь видневшимся между знаниями крошечным проблеском персиково-алого неба. Над горизонтом оно становилось темно-синим, а потом перетекало в цвет индиго, на котором все еще можно было разглядеть слабую россыпь звезд. Интересно, смотрим ли мы с Дрейком на один и тот же рассвет? Сердце болезненно сжалось. – Господа, надеюсь, у вас есть теплая одежда. Насколько мне известно, в Тибете зимой несколько прохладно.

Глава 13

– Чувствую себя, будто снялся в эпизоде «Звездного пути», – пробормотал дядя Дэмиен.

Я покачала головой, чтобы прогнать туман перед глазами и тут же пожалела об этом, стоило моему виску удариться об острый угол полки, висящей рядом.

– Ауч! «Звездного пути»? В смысле, в одном из тех эпизодов, когда на Энтерпрайз напали и всех повыкидывало из их мест?

– Кто я? Где я? У меня весь комплект пальцев на ногах? И почему я сижу на холодильнике?