Месть лавандовой феи - Ива Лебедева

Старый Фунт, слуга, работавший у Мортина больше десяти лет, пока не ушел, но вздыхал очень выразительно. Ему тоже не заплатили, а питаться воздухом даже дед не умеет. Со дня на день смажет пятки, как только новое место найдет.

Да и зачем Мортину слуги? У него даже дома теперь нет. И мамаша, как назло, еще жива, не получится у сестрицы половину ее домика оттяпать, хотя, конечно, попробовать можно.

Поверенный задерживался, и Морти начал терять терпение. Его тяготило не столько ожидание, сколько подозрение, что поверенный тоже узнал о проблемах и передумал заключать сделку.

— Ох, господин, я заставил вас ждать! Прошу прощения. С утра оказалось слишком много корреспонденции, требующей срочного ответа, — раздался за спиной голос, и от сердца отлегло.

— Ничего страшного, — степенно ответил Морти. — Вы, поди, не завтракали?

— Сегодня вы угощаете? Признателен, господин Палмер. — Поверенный отвлекся, махнул трактирщику.

Морти же поперхнулся воздухом.

Кормить прохвоста он точно не собирался!

Но как отказать? Если из-за такой мелочи сорвется сделка… Морти предпочел думать о завтраке как об откате, так понятнее и спокойнее. К тому же мерзавец не стал наглеть и набирать полный стол, ограничился кашей с мясом и чаем.

Теперь главное — не выдать, насколько желанна эта сделка, а то ведь урежет плату, а согласиться все равно придется.

Морти взял себе то же, что и поверенный, и сосредоточился на еде, хотя кашу он откровенно не любил. Ему бы жареных шкварочек… Но пока довольствоваться придется фантазией. И кашей.

— Господин Палмер, сегодня я должен передать ваше решение господину де Алмейда. К нему недавно прибыла мать. Думаю, вы слышали о госпоже Ильбер-Байан и представляете, что привозят с собой дамы султаната. Сейф нужен уже сейчас. Поймите меня правильно, я не пытаюсь давить. — Кай делал именно это. — Я лишь пытаюсь наиболее полно представить наши обстоятельства, чтобы вы могли принять решение. Вероятно, мой клиент арендует сейф в посольстве… Это будет дороже, чем арендовать у вас, но возможно.

— Я обдумал, — кивнул Морти. — Сейф мне сейчас не нужен, поэтому на год я готов его уступить.

— Господин Палмер! Вы меня несказанно радуете! В таком случае предлагаю немедленно ехать в банк, где я выплачу вам ренту. Желаете перевод на счет или наличные? Но перед этим заскочим к нотариусу заверить соглашение.

Все оказалось даже проще, чем Мортин себе представлял. У нотариуса они были уже через полчаса, а еще через час — в банке. Поверенный господина де Алмейда расплатился щедро и без лишней волокиты. У Мортина горели глаза — он много раз участвовал в различных аферах и, бывало, срывал неплохой куш. Но такой суммы в руках ни разу не держал. Еще бы, субаренда сейфа на остаток срока!

Все долги хватит выплатить, всем рты замазать, а потом…

Стоп. Зачем раздавать долги? Что его вообще держит в столице? Дом и тот забрали. Да и недоброжелателей много накопилось. Имея же такую сумму наличными, можно уехать… на юг, например. В маленький город у моря. Там и жизнь дешевле, и его никто не знает. Оглядится — и откроет свое дело. Денег хватит на все.

С этими мыслями Мортин вышел из банка. Но далеко уйти не успел.

— Господин Палмер? Извольте остановиться.

— Простите?

Морти сказал это таким тоном, что даже совсем тугоухий человек не принял бы его ответ за извинение, слишком уж явственно звенела злость. Морти был очень недоволен, что кто-то смеет нарушать его хорошее настроение. Он собирался высказаться, но, обернувшись, не проронил ни слова. Перед ним в сопровождении пары дюжих стражей стоял мужчина в форме судебного пристава.

— Вы желаете беседовать в банковском кабинете или в отделении стражи?

С трудом сохранив спокойствие, Морти кашлянул.

— Будьте добры все же пояснить причину вашего требования.

Должно быть, произошло недоразумение. Неужели кто-то из кредиторов узнал о сделке? Правильно! Договаривались-то в трактире. С-собака болтливая! Он у этого толстопуза столько денег оставил, а тот его продал. Пусть теперь не надеется, что Морти ему закроет долг.

Пристав приоткрыл полу форменного камзола и вытащил пухлую папку.

— Извольте. Вы получили уведомление о судебном разбирательстве в связи с вашими задолженностями, ваша подпись есть в журнале, но не явились.

— Это допустимо! — немедленно возразил Морти. — Суд рассматривает иск без меня, а я, если предоставлю доказательства, что отсутствовал по болезни или иной уважительной причине, получу право на второе заседание.

— Вы желаете предъявить доказательства? — деловито уточнил пристав.

Морти бы хотел, но здраво оценивал, что предъявить ему нечего.

— Я лишь хотел заострить внимание, что имел право предоставить судье решать дело без моего участия.

— Все так.

В отделение стражи не хотелось, чем дольше Морти в городе, тем больше кредиторов успеет потребовать свое, как этот ушлый, так вовремя подсуетившийся.

— Давайте побеседуем в банке, — кивнул Морти.

Только беседы, увы, не получилось.

Сперва пристав выложил на стол сшитую стопку листов судебного постановления, при виде которого у Морти зашевелились волосы. Там не были претензии одного кредитора. Там был коллективный иск, и сумма к выплате стояла… Мортин заподозрил, что столько денег, сколько он должен заплатить, нет даже в королевской казне.

Помимо долга, ему насчитали пени, также он должен был оплатить судебные издержки и государственную пошлину.

Морти сглотнул.

— У меня нет таких денег! Я банкрот!

Пристав положил на стол копию договора аренды сейфа и ногтем указал на сумму ренты прописью.

— Прямо сейчас вы располагаете наличностью в указанном размере. Согласно судебному решению, деньги изымаются в счет уплаты долга.

— Но…

— На вас остается значительный долг, при этом контора, долей которой вы владели, была ликвидирована, вы не имеете постоянного дохода или ценного имущества. Вы можете предоставить гарантии возмещения долга?

Морти помотал головой.

— Я банкрот, — повторил он, силясь понять, когда именно он потерял доход, ведь еще вчера все было нормально. Жаль, выплаты раз в сезон, и часть сразу уходит на счет жены. Добилась через суд, зараза, ворует его деньги.