Неудержимая страсть - Линн Грэхем

– Мне кажется, Энджи, нас еще официально друг другу не представляли.

– Мариза… – с напряженной улыбкой Энджи поднялась из-за стола, чувствуя себя огромной и неуклюжей рядом с маленькой, изящной девушкой.

– Я очень рада за вас обоих, – так тепло и доброжелательно сказала ей Мариза, что даже у самой безумной ревнивицы не осталось бы и тени подозрения.

– Очаровательная женщина, – сказал Уоллес, когда Мариза с друзьями отошла. – Для меня остается загадкой, почему она до сих пор не замужем. Карьера для женщины – это все чепуха… по-моему, она владеет какой-то конторой по оформлению… да?

– Компанией по дизайну интерьеров, которая стоит несколько миллионов, – отозвался Лео.

– Никогда бы… – пробормотал Уоллес с видимым изумлением.

Энджи была подавлена. Мариза оказалась изящной, красивой, удачливой в бизнесе женщиной. Конечно, Лео уже сравнивал их, и, разумеется, далеко не в пользу Энджи. Лео сидел, откинувшись на спинку стула, и молча созерцал Энджи.

– Ты сердишься на меня…

Лео резко поднялся со своего места:

– Давай выйдем на свежий воздух…

– Лео… Дрю зашел в мою комнату только для того, чтобы извиниться за все, что натворил, – быстро пробормотала Энджи, пока Лео помогал ей надеть пальто.

– Ты плакала, – пробормотал он сквозь зубы.

Энджи нервно вздохнула.

– Два с половиной года назад я была влюблена в тебя.

– Знаю… – ровным голосом ответил Лео, открывая перед ней дверь в удивительно белый мир.

Онемев от такого признания, Энджи нечаянно прикусила губу и вздрогнула от холодного воздуха.

– Но ты была еще слишком юной, – ласково продолжал Лео. – И мне казалось вполне возможным, что в течение нескольких недель ты про меня забыла и влюбилась в него.

– Но это было не так… и Дрю с самого начала знал, что я люблю тебя…

– Ты ему сказала! – Лео испуганно посмотрел на нее и застонал. – Да… впервые в жизни я искренне сочувствую моему кузену.

– Вот почему мы с ним были только друзьями.

– Cristas… неудивительно, что он так часто прикладывался к бутылке, когда был с тобой рядом! Быть только твоим другом… – с внезапной дрожью сказал он. – Я никогда не смог бы выдержать такое.

– Я все время говорила с ним о тебе, – виновато призналась Энджи. – Но, честное слово, не знала, что он чувствует ко мне. А сегодня вечером он мне сказал одну вещь, которая меня расстроила, и поэтому я плакала. Он сказал… он сказал, что ты хотел меня вернуть, когда прилетал сюда на сутки…

– Да, это так, – кивнул Лео. Сильной рукой он обнял Энджи и привлек к себе.

Они неторопливо пошли по ярко освещенной улице под заиндевевшими деревьями.

– Тогда почему же ты оттолкнул меня? – дрогнувшим голосом спросила Энджи.

Лео остановился. Взял ее за дрожащие плечи. Его сверкающие глаза были исполнены боли и сожаления.

– Мне нужно было время, чтобы поразмыслить вдали от тебя. Я не понимал, что со мной происходит. Мы с Петриной не подходили друг другу, но она была моей женой… Как я мог быть уверен в справедливости своего решения после всего одного уик-энда, проведенного с тобой? А где я мог спокойно обо всем подумать? Наши семьи были бы в ярости, если бы узнали, что уже произошло между нами.

– То есть ты хочешь с-сказать, что, м-может быть, уже был в меня тогда влюблен? – с трудом пролепетала Энджи.

– Боялся, что это окажется обычным увлечением с моей стороны… а ты была такой ранимой. Я должен был уехать и не мог тебе ничего обещать, так как не знал, вернусь к тебе или нет.

– Ты мог бы сказать правду, – дрожащим голосом ответила Энджи. – Мог бы попросить меня дождаться…

Лео только усмехнулся:

– Я был слишком самоуверен, чтобы думать, что мне надо о чем-то просить. А потом увидел тебя с Дрю. Ты казалась с ним вполне счастливой… Но из собственного опыта я знал, что нет ничего более непрочного, чем увлечения юности.

– Где же были твои глаза? – со слезами воскликнула Энджи. – Я тебя так любила.

– Я был ужасно зол… Мне казалось, что это ты оставила меня в дураках. Полтора месяца я провел, сгорая от желания, – мрачно признался он. – А приехав, увидел тебя с моим кузеном, вполне довольную жизнью. Мне хотелось тебя убить, но в то же время я был рад, что легко отделался!

– Я п-просто не хотела показывать, как мне было больно.

– Ditto… – негромко пробормотал Лео и привлек ее еще ближе к себе. Потом взял в ладони ее залитое слезами лицо и заглянул в глаза. – Но теперь, когда ты наконец в моих руках, я ни за что тебя не отпущу.

Он с чувством поцеловал ее, потом поцелуй стал жарче… жарче… жарче, и Энджи ощутила невыразимый восторг от его близости. Она с трепетом обняла его обеими руками. Лео не нуждался в другом ответе… Они не обращали внимания, что Уоллес деликатно кашляет в дверях ресторана. Их поцелуй затянулся, пока Дрю не свистнул им из окна лимузина.

Как они возвратились в Деверо-Корт, Энджи не помнила. Для нее слишком много значило то, что Лео возвращался к ней после того уик-энда. Под руку с Лео она прошла в дом, выпила с ним бокал за счастливое Рождество в большом холле, где собралась вся прислуга, весело и оживленно болтающая и смеющаяся. Все вокруг дышало радостью и праздником. Лео произнес замечательный тост и поблагодарил всех за работу. Энджи смотрела на него с тем напряженным вниманием, которое присуще только влюбленной женщине.

Но едва они сделали несколько шагов вверх по лестнице, как их догнал главный конюх. Его сухое лицо выражало беспокойство.

– Боюсь, что молодая кобыла собирается ожеребиться раньше срока, сэр. Я звонил ветеринару, но мне сказали, что он на срочном вызове, а у нее это первый раз…

– О'кей… я пойду и прослежу за ней. – Лео виновато глянул на Энджи. – Не жди меня, ложись спать, – добавил он.

– Я могла бы пойти с тобой…

Лео нахмурился и покачал головой.

– Нет никакого смысла в том, что мы оба не будем спать всю ночь.

И Энджи отправилась в постель одна.

На следующее утро отец принес Энджи завтрак в комнату. Она вскочила и стремительно выхватила у него из рук поднос.

– Папа! – смущенно воскликнула она. – Я не хочу, чтобы ты за мной ухаживал… это ни к чему!

Самуэль Браун засмеялся.

– Теперь в доме так много прислуги, что мне редко приходится поднимать что-либо тяжелее газет и писем. Я хотел с тобой поговорить. Ты уже выбрала свадебное платье? – с беспокойством спросил он. – Хотя я, конечно, с этим вопросом уже опоздал.

– Нет, не опоздал.

Обрадованно заулыбавшись, отец сообщил Энджи, что это, по его мнению, была его обязанность – купить ей подвенечный наряд. У него, гордо сказал он, за эти годы собралась приличная сумма на счете. И прежде чем Энджи успела что-либо понять, он уже перечислил, что она сегодня будет делать. Сначала они вместе с Эмили поедут в Экстер, чтобы выбрать самое красивое свадебное платье, какое только там будет. А что насчет рождественских подарков? Энджи опустила голову и покраснела. Отец нахмурился.