Наш секрет - Ребекка Дан

В этот момент Дарси показалось, что они снова сидят в его маленьком домике возле Холта и ждут, пока кто-нибудь из них сделает первый шаг к поцелую, который перерастет в горячий секс на полу гостиной, после чего они будут курить сигареты и пить джин, смеясь над мисс Лэрд или Лорой Маркс и строя глупые планы на будущее.

Дарси посмотрела в свой бокал и даже не заметила, как с губ сорвались слова:

– Интересно, как поживает мисс Лэрд.

Прежде чем ответить, Джастин помолчал несколько секунд.

– Не очень хорошо.

Дарси молчала, ожидая, что он объяснит.

– Она мертва.

Дарси заморгала.

– Что?

– Да, погибла в автокатастрофе. Четыре года назад. В Девоне.

Сказав это, он поднес бокал к губам и сделал большой глоток, словно за упокой души мисс Лэрд.

Дарси попыталась придумать что-нибудь положительное.

– Ну хотя бы… – начала она и замолчала.

– Что «хотя бы»?

Она заколебалась.

– Нет, я чуть не ляпнула ужасную вещь.

– Дарс, эта женщина при жизни была настоящей коровой. – Он сделал еще один глоток. – Я не понимаю, как смерть могла наделить ее личность каким-либо очарованием. Продолжай, я все равно не изменю мнение об этом человеке.

Дарси колебалась.

– Я просто хотела сказать, что теперь тебе хотя бы не надо беспокоиться, что ты столкнешься с ней где-нибудь.

Наступила длинная пауза.

– Да, – пробормотал Джастин, взглянув на Дарси своими зелеными глазами. – Неожиданные встречи могут огорчить. – Он встал и протянул руку, чтобы забрать ее бокал. – Повторить?

Дарси залпом допила вино и отдала ему бокал. Джастин повернулся и пошел в кухню.

Положив голову на спинку дивана, Дарси попыталась успокоиться. Возможно, ей стоит уйти. Она уже не могла просто сидеть с ним в одной комнате. Давно забытые чувства захлестнули ее с новой силой. Она не могла забыть время, которое они проводили вместе много лет назад. Но теперь он был отцом и партнером Иззи. Он остепенился, а Дарси угрожает разрушить его жизнь.

Дарси начала уже гадать, хватит ли ей силы воли встать, попрощаться и уйти, но в этот момент вернулся Джастин с двумя полными бокалами и почти пустой бутылкой вина, и Дарси поняла, что сил ей не хватит.

Протянув бокал, Джастин сел не на стул, а на диван рядом с ней. Дарси ничего не сказала по этому поводу.

– Соня иногда писала мне письма, пока я сидел, – начал он. – Вообще-то, ничего хорошего она там не писала. Только то, что на воле меня ждут, чтобы прикончить.

Он сидел так близко, что Дарси чувствовала его запах. Он пах чем-то вкусным и знакомым. Неужели «Хьюго Босс»? Дарси несколько раз глубоко вздохнула и попыталась сосредоточиться.

– И как, ждали? – спросила она, тут же испугавшись того, что он мог ответить.

– Честно говоря, не знаю. Когда я вышел, то сразу поехал на ферму, где жила семья моей невестки, и оставался там целый год. Если бы кому-то захотелось добраться до меня, ему сперва надо было продраться через кучи коровьего дерьма, и поэтому, мне кажется, желающих не нашлось.

Дарси рассмеялась и тут же осеклась.

– Прости. Это не смешно.

Джастин улыбнулся.

– Нет, пожалуйста, пожалуйста, смейся. Я даже не предполагал, что в этой истории можно найти что-то забавное.

Дарси улыбнулась.

– Ты все еще видишься с ними?

– С Кэти и Ричардом? – Он покачал головой. – Нет. У меня есть еще двое племянников, которых я никогда не видел. – Он пожал плечами, как будто этого следовало ожидать. – Кэти и ее семья считают, что я сексуальный маньяк, который рано или поздно навредит их сыновьям, поэтому решили не подпускать меня к себе. Так спокойнее. – Он вздохнул. – И не только для них. Иззи может все узнать, поэтому… лучше я не буду с ними видеться. И с родителями. Это не очень хорошо для Мэдисон, но… – Он осекся.

Дарси погрустнела.

– Что думает Иззи?

– Она думает, что это старые семейные проблемы. Я сказал, что во всем виноват сам, и она поверила. Она никого из них никогда не видела.

Дарси опустила голову.

– Это так ужасно! Страшно даже подумать.

Джастин протянул руку и положил ее на ладонь Дарси.

– Не надо, хорошо? Это не твоя вина.

Дарси посмотрела на Джастина, с замиранием сердца чувствуя, как его пальцы прикоснулись к краю белого шрама у нее на ладони.

Он раскрыл ладонь и посмотрел на шрам.

– Я очень хорошо помню тот день. Ты тогда раскрыла ладонь, и кровь закапала на пол. Я пытался не поддаться эмоциям, но я не переношу вида крови, Дарси. – Он улыбнулся. – Боже, я так старался сохранять спокойствие, чтобы ты не заметила мою панику!

Он налил себе еще вина, словно оно могло помочь пережить последствия старой травмы.

Дарси рассмеялась.

– Ну, у тебя хорошо получилось. Я бы сама не догадалась.

– Все благодаря тебе. Ты вела себя очень спокойно.

Дарси вздохнула.

– Мне нужно признаться кое в чем.

Джастин не отпускал ее руку.

– Продолжай.

– Я сделала это нарочно.

Улыбка Джастина погасла. Дарси решила, что он отстранится, но он этого не сделал. Она боялась посмотреть ему в глаза.

– Я порезала руку своими ножницами. Я не пыталась отобрать их у Бет. Я сделала это, чтобы привлечь твое внимание.

– Вот черт! – выдохнул он. – Но зачем?

– Я не знаю. – Дарси покачала головой. Она сама не могла понять причин этого поступка. – Это было глупо. Думаю, ты мне нравился, и я хотела, чтобы ты меня заметил. Я помню, что думала, что ты можешь влюбиться в Лору Маркс. – Она снова покачала головой. – Это было глупо.

– Но теперь у тебя есть это.

Он провел пальцем по шраму.

Дарси кивнула.

– Это напоминание, чтобы я больше не делала глупостей.

Джастин уже давно должен был отпустить ее руку, но он явно не спешил, осторожно продолжая исследовать ладонь.

Огромным усилием воли Дарси убрала руку и откашлялась.

– Можно воспользоваться твоим туалетом?

Он кивнул.

– Конечно. Он под лестницей.

Она вышла в коридор, остановилась возле лестницы и посмотрела вверх.

Она хотела просто посмотреть. Но, конечно, как только она толкнула дверь в спальню Джастина и Иззи, искушение взяло верх. Дарси так мало знала о его жизни, что ей захотелось хотя бы увидеть, как он проводит первые и последние минуты каждого дня. Учитывая сильный запах ароматических смесей, витавший в воздухе, вполне возможно, что Джастин появлялся здесь, только обмотав лицо влажным полотенцем.