Гостья из тьмы - Тамара Маккинли

Сдернув шляпу с головы, он вошел в столовую и тут же чертыхнулся про себя. Естественно, первой, кто бросился ему в глаза, была Дженни. И как было не обратить внимания на склоненную к тарелке золотистую головку на стройной шее и ложбинку между двумя холмиками в вырезе расстегнутой рубашки? Он поспешно отвел глаза, когда она подняла взгляд от тарелки, и быстро направился к другому концу стола.

– Доброе утро, Брет, – сказала Ма, ставя перед ним тарелку с бифштексом, яичницей и жареной картошкой. – На, подкрепись, парень. Тебе нужны сегодня силы для путешествия с миссис Сандерс. Я соберу вам еще пакет с ленчем на двоих, – сказала она громко.

Ее слова были подобны грому. Гвалт затих, на Брета уставились любопытные, смеющиеся глаза двух дюжин сидящих за столом работников.

– Наверное, мы к ленчу уже вернемся, – пробурчал он.

– Как хочешь, – громко заявила Симон, подмигивая своей аудитории. – Но я бы на твоем месте не торопилась, если есть возможность получить удовольствие и отдохнуть.

Раздались одобрительные смешки. Стэн Бейкер поднял брови.

– Парень, похоже, ты влип! Поверь мне, когда женщины о чем-то сговариваются, мужику лучше уносить ноги.

Присутствующие громко согласились с таким мудрым замечанием.

– Кончай издеваться, Стэн, – угрюмо буркнул Брет, воюя с бифштексом. – Дай мне поесть спокойно!

Он скосил глаза на Дженни. В ее глазах не было ни капли смущения, ему даже показалось, что она шутливо подмигнула ему!

У него тут же пропал аппетит. Отодвинув недоеденный завтрак, Брет закурил.

Он еще побеседует серьезно с Ма после прогулки! Она опять пытается свести его с женщиной, старая сводница. Знакомство с Лорейн в прошлом году – ее заслуга! Хорошо хоть, та сидит в своем отеле на безопасном расстоянии и не может прибрать его к рукам.

– Ладно, пора приниматься за работу, – сказал Стэн, засовывая дымившую трубку в карман куртки. – Не тушуйся, парень! Ма гонялась за мной по всему Квинсленду, прежде чем захомутала, и только потому, что я сам этого хотел, – улыбнулся он. – Но запомни, сынок: никогда не показывай женщине, что ты этого хочешь. А то они начинают слишком много о себе понимать.

Брет посмотрел на дымившийся карман.

– Ты так когда-нибудь спалишь нас здесь своей дурацкой трубкой!

Старик вытащил трубку из кармана и вытряхнул горевший табак в блюдце.

– Не волнуйся, я собираюсь умереть в постели рядом со своей старухой, – сказал он задумчиво, подтягивая штаны. – Но ты, надеюсь, к тому времени будешь уже захомутован какой-нибудь из леди. Знаешь, мужики ломаются в таких местах без хорошей женщины рядом.

– Не стоит беспокоиться обо мне, Стэн. Меня вполне устраивает моя теперешняя жизнь, – заявил на это Брет, вставая и обходя старика.

Направляясь на конюшню, он невольно думал о словах Стэна и в конце концов с неудовольствием признал, что старик прав. Он был одинок. Ночи стали для него мучением с тех пор, как уехала Марлин. Дом казался пустым без человека, с которым можно поговорить о чем-нибудь, кроме овец. А с тех пор, как он перебрался в общежитие, он лишился спокойных вечеров в одиночестве, когда можно было хотя бы послушать музыку или почитать книгу. С парнями было весело, но он скучал по запаху духов и тому неуловимому уюту, который приносило в дом присутствие женщины…

Дженни сидела на перекладине ограды и смотрела, как Брет седлает чалую. Как и все остальные мужчины в Чуринге, он казался такой неотъемлемой частью этого места, что она не могла представить его где-нибудь еще. Он был жестким и закаленным, как эта выжженная земля, выносливым, как трава, и таким же загадочным, как здешние экзотические птицы с ярким оперением.

Ей не понравилось то, что произошло за завтраком, но она решила не вмешиваться: это только заострило бы всеобщее внимание на их поездке. Однако с Симон нужно будет поговорить – не хватало еще, чтобы она вмешивалась в ее отношения с собственным управляющим!

Дженни спрыгнула с забора, подобрала седельную сумку с ланчем и пошла по выгону. Мужчина с двумя лошадьми ждал ее. И хотя они очень живописно смотрелись на фоне отдаленного силуэта Тджуринги и чайных деревьев, она больше всего на свете хотела сейчас, чтобы с поводьями в руках ее ждал Пит. Ведь это была его мечта – совместные верховые прогулки по своей собственной земле. И она была совсем не уверена, что для нее будет правильным жить здесь без него…

Сомнения, видимо, отразились на ее лице, потому что Брет вдруг криво усмехнулся:

– Не передумали, миссис Сандерс? Мы можем отложить поездку, если хотите.

– Нет-нет, не беспокоитесь, мистер Уилсон. – Она решительно отбросила мысли о Пите и надела перчатки. – Пожалуйста, подсадите меня.

Брет помог ей взобраться на лошадь, потом вставил ногу в стремя и тоже вскочил в седло.

– Мы поедем сначала на юг – там можно отдохнуть в тени горы и перекусить, – объявил Брет, вопросительно глядя на нее. – Вас этот маршрут устраивает?

Дженни кивнула, вцепившись в поводья. Лошадь продолжала щипать траву, не обращая на нее никакого внимания. Она была старая и спокойная, и Дженни стало немножко стыдно за те подозрения, которые возникли у нее. Она была уверена, что Брет специально подсунет необъезженную лошадь, чтобы проучить ее. Но он оказался более милосердным, чем она предполагала. И все же после такого долгого перерыва даже эта старая кляча вызывала в ней панику. Дженни понимала: нужно приложить все усилия, чтобы не опозориться и не упасть.

Наконец они двинулись вперед, и, когда выехали с выгона на открытое пастбище, лошади перешли на легкий галоп. Длинная трава шелестела под их ногами.

– Вы уверенно чувствуете себя в седле, миссис Сандерс, – крикнул Брет. – Немного напряжены, но это естественно: вы ведь не знаете лошадь.

Дженни с трудом выдавила улыбку. Его удивление и похвала не имели ничего общего с тем, что происходило с ней на самом деле. От напряжения, с которым она сжимала колени, ее колотило. Она совершенно отвыкла от верховой езды и мечтала только о том, чтобы попрактиковаться где-нибудь подальше от его внимательных глаз.

И все же Дженни была рада, что он поехал с ней. Вокруг расстилались обширные пустынные земли; если бы она свалилась где-нибудь здесь одна, ее бы слишком долго пришлось искать.

Дженни думала о Матильде, которая этой дорогой скакала от отца. Ей казалось, что она слышит топот ее лошади и крики о помощи…

– Вы хотели увидеть просторы Чуринги – пожалуйста, они перед вами! – бросил Брет через плечо.

Он пришпорил свою лошадь и перешел на быстрый галоп. Дженни от неожиданности инстинктивно тоже пришпорила лошадь. Она пригнулась к ее шее и приподнялась на стременах, крепко сжав коленями бока. Это была настоящая проверка ее мужества, и Дженни боялась, что не выдержит. Но выхода не было – она не могла позволить Брету догадаться, как ей страшно.