Вино любви - Кристин Григ

Коннор стиснул огромные кулаки, тяжело дыша и сдерживаясь из последних сил.

– Карлайл… я ценю твою тревогу и заботу обо мне. Кит, спасибо, что хочешь поддержать меня в трудную минуту. Однако теперь, ребята, выметайтесь-ка отсюда к чертовой бабушке и не лезьте в нашу жизнь, не то я сделаю что-то, о чем потом пожалеем мы все!

– У твоей Черри есть скелет в шкафу!

– Замолчи!

– Ее история…

– Я знаю ее историю.

– Она была танцовщицей…

– Убирайся, Карлайл.

– Она работала в стриптизе.

– Ты меня слышал? Убирайся.

– Твои мозги сейчас находятся не в голове, а гораздо ниже!

Коннор нанес брату удар в челюсть справа, на что Карлайл немедленно и очень ловко ответил ударом слева. Кит взвился в воздух и вклинился между братьями, удерживая их своими могучими ручищами на некотором расстоянии друг от друга.

– Вы что, оба спятили?! Братья Фотреллы дерутся из-за девчонки?

– Я никому не позволю говорить о Черри плохо, даже собственному брату.

– Правда?

– Не веришь?

– Тихо, вы! Как в детстве, честное слово! Только тогда Коннор нас с тобой растаскивал, Карли.

– Чего вы ржете, олухи?

– Ты нам нравишься, Большой Брат. Гораздо больше, чем раньше. Черри сделала из тебя человека.

– Что?

– Что слышал.

– Так вы ее… меня… нас с ней… не осуждаете?

– Карли, он окончательно свихнулся!

– Согласен, Кит. Только сумасшедший может предположить, что мы кого-то осуждаем. Да, я проверил прошлое леди, выяснил, что оно было несколько… сумбурным, но она блестяще справлялась с трудностями.

– Она не нуждается в твоем одобрении, придурок.

– Знаю. Но она его уже получила. Она – то, что надо. Кроме того, ты ее любишь.

– Но я этого не сказал…

– Кит, скажи ему. Я больше не могу.

– Коннор, не переживай так. Это случается с мальчиками. Конечно, ты ее любишь. А она любит тебя. Это же ясно.

– Но как?..

– Она рассказала тебе о себе все, даже то, что обычно принято скрывать. Значит, ей нужен не твой счет в банке и не твоя фамилия. Ей нужен ты.

– Но я…

– А с тобой и того проще. Если наш Большой Брат едет ради женщины в мебельный салон и заказывает скамеечку для ног, если с ней в постели он теряет чувство реальности и не слышит дверного звонка, которым можно дозвониться до Китая, если он бьет по лицу свою родную плоть и кровь только за пару не слишком нежных слов… Значит, это очень необычная женщина. Особенная. И, несомненно, любимая им.

Коннор переводил взгляд с одного брата на другого. Он был растерян, смущен, растроган… Господи, ведь он ударил Карлайла!

– Карли… прости меня… Я же тебя чуть не убил…

– Давай, давай, раскаивайся!

– Но ты мне тоже врезал! Да так ловко! Где ты научился?

– А ты думаешь, очкарикам легко живется в университете? Я занимаюсь боксом с личным инструктором уже пять лет.

Коннор только развел руками и отправился за вином. Через десять минут братья сидели у камина и держали в руках наполненные бокалы. Кит приподнял свой и лучезарно улыбнулся.

– Итак, ты влюбился, Большой Брат. Поздравляю. Я-то знаю, как это бывает. Тысячу раз испытал.

Карлайл хмыкнул.

– Нет, Кит, это не то. Влюбиться можно тысячу раз, полюбить – только однажды. Когда мы познакомимся с леди, Коннор?

– Я, пожалуй, за ней схожу…

– Нет, вот этого не надо. Пусть она сама преодолеет смущение и выйдет к нам по своей воле, а не по твоей просьбе. А может, нам вообще прогуляться по округе? Зайдем попозже…

– Не дурите. У нее хорошее чувство юмора. Дадим ей еще пару минут, а потом я ее позову.

– Коннор? А она знает, что ты ее любишь?

– Знает? Ну… наверное… Конечно, знает! Слова здесь не главное, вы согласны?

Кит неуверенно повел плечами.

– Вообще-то женщины любят, чтобы им об этом говорили вслух и почаще.

– Смотрите, какой опытный!

– Я серьезно. Скажи ей, Коннор.

Коннор серьезно кивнул.

– Ты прав. Я скажу. Я давно хочу ей это сказать. А потом отвезу ее к маме. У меня такое ощущение, что они найдут общий язык почти сразу.

– Так они же наверняка знакомы!

– Это не то. Черри очень боится.

– Мамы? Немудрено. Ее многие боятся.

– Черри считает, что мы из разных миров…

– А-а-а, клан Фотреллов и все такое? Так ты объясни ей, что Королевой пустыни маму прозвали, когда она работала на бензоколонке в Варапахо. Кстати, скоро мамин день рожденья, ты помнишь, я надеюсь?

– Разумеется!

– Вот и привози Черри на праздник. Сэм собирается созвать всех друзей и родственников.

Коннор задумчиво цедил терпкое вино. Черри и мама. Мама ее полюбит, в этом нет никаких сомнений, но вот первые минуты на празднике покажутся Черри адом. За каждым ее движением будут следить сестрички Фотрелл, сама Кэти и все присутствующие дамы. За мужчин Коннор не волновался. За мужчин пусть волнуются их жены.

Кэтлин, Конни и Браэнн не будут вредничать, но зато будут болтать без умолку. С Китом и Карлайлом она будет уже знакома…

Нет, лучше всего привезти ее к маме еще до праздника. Пусть они познакомятся в тишине. Кроме того, там будет Сэм, а значит, Черри не будет страшно.

На следующей неделе. Именно так. А почему на следующей? На этой! Завтра.

Мама, познакомься, это Черри. Она скоро будет моей женой.

Женой… Жена… Женщина… Моя женщина.

– Нет, ребята. Я не хочу, чтобы первое знакомство Черри с кланом Фотреллов состоялось на официальном приеме.

– Правильно, она смутится…

– Застесняется…

– Не сможет сразу понравиться маме…

– Я имею в виду, не надо ей появляться среди совершенно чужих людей без…

– Коннор!

– Коннор!

Оба брата почему-то таращили глаза и строили Коннору рожи. Ничего еще не понимая, он медленно обернулся…

Черри стояла на середине лестницы. Какая же она красивая! Только почему такая злая?

Нет, не злая. Не просто злая. Она в ярости, она вне себя, и глаза ее горят языками адского пламени.