Тыквенно-пряный парень - Соль Валентайн

Только почему у меня ощущение, что я уговариваю сама себя?

После уроков мы идем в учительскую, получать инструкции для праздника. Я слегка волнуюсь: никогда не играла роль Снегурочки. Я вообще не очень артистичная и активная. Но научилась общаться с клиентами и быть позитивной, научусь и быть настоящей снежной девочкой.

– Альбина, Андрей, – улыбается классная, – спасибо, что согласились. Очень радостно видеть, что вы готовы помогать другим. Молодцы. Смотрите, к нам обратился пятый детский дом, над которым мы взяли шефство. В этом году у них не получается по деньгам нанять актеров для поздравления, а мужчин в учреждении не осталось. Как вы знаете, учитель физкультуры у нас теперь тоже девушка, поэтому решили просить старшеклассников. Нужно прийти в костюмах, поздравить детей, поводить вокруг елки хоровод, послушать стишки и выдать заранее приготовленные одинаковые подарки. Ничего сложного. В подарках и сладостях дети не нуждаются, а вот в общении со взрослыми ребятами – очень даже. Я буду вам благодарна, если выручите. Из девятого «Б» согласились провести праздник в младшей группе, а вам дадим ребят постарше. Справитесь? От меня, разумеется, официальное освобождение и по пятерке каждому.

– Мы же не за пятерки, – бормочу я.

– Знаю, но благодарность заслуженная.

– Татьяна Александровна, а идеи принимаются? – вдруг спрашивает Андрей. – А то чего мы как все: Дед Мороз, Снегурочка. Может, устроим нормальный праздник?

– И что ты подразумеваешь под нормальным праздником? На него деньги нужны, Андрей. – А с финансированием в этом году не получилось.

– Ну так вот сейчас и получится. У меня есть кофейня. Точнее, ей пока занимается тетя, но родители оставили ее мне, так что я там тоже вроде как хозяин. Можем устроить праздник там. С чаепитием, поздравлением от Снегурочки и всем прочим.

– Ну не знаю… – хмурится классная. – Идея, конечно, хорошая, но…

– Огонь! Сходят, прогуляются, развлекутся, нафоткаются. У нас там сейчас красиво. Почти как в модном ресторане.

– Много вопросов, Андрюш, сложно. Альбина, ты что думаешь?

Я украдкой смотрю на Лукина, пытаясь понять, серьезно он или просто в очередной раз рисуется. Но он выглядит совершенно серьезным.

– В детстве я отдала бы все, чтобы побывать в таком месте, как наша… его кофейня. Она по-новогоднему волшебная. Мы сделаем там идеальный праздник! У нас есть новогодние десерты, распускающиеся цветком чаи, горячий шоколад с маршмеллоу, какао со взбитыми сливками, имбирные пряники! Рождественский плейлист. Елка сияет! Я каждую веточку гирляндой обматывала! Открытки новогодние…

– Стой, стой, стой! Я поняла, ты в восторге от идеи. Хорошо. Если Андрей действительно готов спонсировать такой праздник, я поговорю с заведующей. Но Андрей, ты – несовершеннолетний.

– Осталась пара месяцев…

– Неважно. Пока что по закону за тебя отвечает твой опекун. Пусть Мария Январовна позвонит мне и подтвердит, что она не против, хорошо?

– Конечно.

– Альбина, скинь мне подробный план праздника. В произвольной форме. Что будете делать, чем угощать, со скольки до скольки и так далее. И вот еще что. Благородный порыв – это отлично. Но не переусердствуйте. Вы молодцы. Не взваливайте на себя больше, чем сможете унести. Понятно?

Мы дружно киваем, хотя лично мне вообще ничего не понятно. Я только что ввязалась в какую-то безумную авантюру.

– Что мы творим?! Да нам никогда не разрешат!

– Это почему?

– Мы же школьники!

– И? У них нет денег на праздник, я его им спонсирую. Какая разница, сколько мне лет? Тетя просто скажет, что не против, и переведет денег.

Мы останавливаемся возле раздевалки в ожидании охранника, который уже спешит с ключами.

– Или ты боишься?

– Что? – Я удивленно на него смотрю. – Чего? Выступить в костюме Снегурки перед детьми?

– Нет. Кофейню ведь придется закрыть на время праздника. Меньше выручка, меньше шансов победить.

Не верю, что он действительно это говорит. Смотрю и не понимаю. Как?! Как один человек совершает совершенно противоположные по смыслу поступки?!

– Ты что, задумал праздник, чтобы победить?

Мы в тупике. В моральном. И довольно обидном.

Лукин считает, я нервничаю из-за выручки. Я подозреваю, что им движет вовсе не альтруизм. Мы оба ошибаемся, но никому не хватает духу признаться. И мы смотрим друг на друга одинаковыми, полными молчаливой обиды глазами.

– Эй! Вы чего в проходе застряли?! – возмущается охранник.

Я быстро подхватываю шубу и, на ходу ее надевая, несусь к двери.

– Тыква! Эй! – доносится мне в спину. – Тыква, стой!

Не оборачиваясь, я иду по свежевыпавшему снегу, оставляя на нетронутом белом холсте темные следы.

– Альбина!

Я оборачиваюсь. Лукин стоит на крыльце, сжимая в руках куртку.

Кажется, он тоже впервые назвал меня по имени.

– Позвонишь вечером? Обсудить праздник.

– Позвоню, – едва заметно улыбаюсь я.

А снег все падает и падает. Наряжает город к главному празднику всех, кто верит в чудо.

Глава 9

Какао с маршмеллоу

«Единственное, что я могу сказать подписчикам про вашу кофейню – обходить ее стороной!»

Смотрю на свое отражение в зеркале, что висит в подсобке, и пытаюсь натянуть на образ Снегурочки веселую улыбку. Получается так себе, но я упорно стараюсь, потому что через несколько часов придут дети, и мне придется усиленно изображать помощницу Деда Мороза. Даже несмотря на то, как плохо на душе.

Я совсем забыла про блогершу! Когда мы совместно с классной, заведующей детским домом и Лукиным согласовывали день и время для праздника, я забыла о рекламной интеграции, которую собиралась оплатить. И когда наутро получила сообщение «Я буду в 13:00, с подругой, оплатите рекламу не позднее 12:00», то похолодела.

«Мег, приношу свои извинения, я совсем забыла вас предупредить! Сегодня кофейня закрыта, у нас новогодний праздник для деток-сироток. Мы можем перенести рекламу на другой день? Понимаю, что должна была предупредить заранее, совсем вылетело из головы!»