Ребенок от босса-негодяя - Анна Лапина

Поблагодарив охранника, спешу к Рустаму, чувствуя непонятное волнение в груди. Кажется, что всё вокруг замирает, по мере моего приближения к нему. На сердце возникает тяжесть.

А Есенский где? Может, не приехал?

Почему Рустам один?

– Привет, – опускаю руки на плечи Лапина, наклонившись к его уху. – Где эта венгерская задница? Надеюсь, он не говорит на русском, – уже громче произношу, отстраняясь от мужчины.

– Говорит, – звучит знакомый голос с соседнего стула.

Сердце пропускает несколько ударов. Как и лёгкие возможность вдохнуть и выдохнуть.

Мне показалось!

Мне показалось!

Мне показалось!

Галлюцинации!

Очередной сон, где я с Назаром и он жив.

Оборачиваюсь в сторону звука, решив, что голос Есенского просто похож на голос Рахманова. Вдруг у них в Венгрии у всех такие голоса? Или он там… родственник Назара. Хотя у него вроде нет родственников, иначе зачем было мне своё состояние оставлять?

Упираюсь взглядом в длинноволосого мужчину и застываю.

Мне кажется!

Этого не может быть!

Мне кажется!

Кажется!

Это сон!

Сон!

Не Назар!

Назар мёртв!

Они просто похожи!

– Здравствуй, Настя, – произносит мужчина и я… теряю себя.

Хочется крикнуть, ударить его и убежать. Спрятаться в своём кабинете и не выходить, пока он не исчезнет. А ещё лучше уйти домой. К Розе. Обнять малышку и отдаться слезам.

Он жив!

Он обманул меня!

Всё это время я лила пустые слёзы.

Я чуть не потеряла Розу, а он всё это время был жив!

Был далеко, когда был так нужен мне и дочери своей.

Как хочется ударить человека, которого я два года считала мёртвым. Человека, с которым я говорила по ночам и оплакивала каждую секунду. Человека, ради которого я была готова на всё, а он взял и… инсценировал свою смерть. Заставил меня страдать и сделал больно. Выжег в моей груди такую дыру, которую уже ничто не заткнёт.

А сейчас он явился… весь из себя красивый, целый, здоровый и уверенный в том, что я кинусь ему на шею. Обниму и скажу, что люблю.

Но нет этой любви! Закончилась в тот момент, когда я увидела его.

– Я полагаю, Давид Есенский? – подаю голос, сохраняя в нём холодные нотки и безразличие, которое пару минут репетировала в своей голове.

– Назар, – поправляет он меня.

– Тогда я пойду, – произношу и дарю Лапину натянутую улыбку. – Когда приедет Давид Есенский, то позовёшь. Я буду в своём кабинете. У меня куча дел. Не до разговоров с ЧУЖИМИ людьми.

– Насть, – окликает меня тот, к кому я ещё час назад испытывала любовь, а сейчас неконтролируемую ненависть.

Хватает за руку, останавливая. По телу проходит разряд молний, но они ничто по сравнению со штормом в моей душе.

– Отпустите меня! – рычу сквозь зубы, обернувшись к нему с такой яростью в глазах, которую он вряд ли когда-нибудь видел. Чувствовал. Испытывал на себе. – Иначе мне придётся вызвать охрану. И вас выведут из клуба.

– Насть…

– Отпустите! Ваши прикосновения мне противны! – прерываю его, пытаясь вырвать руку из его хватки.

– Какие-то проблемы? – звучит мужской грубый голос за моей спиной. После огромная лапа опускается мне на плечо. Но это не пугает. Скорее успокаивает. Придаёт сил сражаться. – Настенька?

Оборачиваюсь на голос и встречаюсь взглядом со своим ярым поклонником. Тем самым, от которого бежала каждую субботу из клуба.

– Да, – киваю ему. – Этот мужчина ко мне пристаёт. Я говорю ему, чтобы отпустил, а он… напился, наверное, и не понимает меня. И охраны рядом нет.

– Понял, – кивает мой спаситель и уже жёстче обращается к Назару. – Отпустил мою девушку. Сейчас же. Иначе я из тебя потроха выпущу. Поверь, тебе не понравится, – кривится, коротко рассмеявшись. – Будешь визжать, как сучка. Поэтому лучше не трогай мою девушку.

– Твою девушку? – переспрашивает Назар Алексея, а смотрит на меня. Думает, что я опровергну? Ни за что! Пусть знает, что у меня есть тот, кто защитит. Даже встречаться с этим Алексеем начну, лишь бы… Назар понял, что потерял меня своей ложью.

– Отпусти. Тебе сказали, – повторяю ему.

Кидаю взгляд на Лапина и ищу в нём поддержку. Молю о помощи. Потому что сама я точно не справлюсь. Я не такая сильная, какой кажусь.

– Отпусти её, друг, – вступается за меня Рустам. – Я же тебе сказал, что не прокатит. Поехали к Кариму и всё.

Ухмыльнувшись, он высвобождает мою руку, но взгляда не сводит.

– Давай поговорим? – просит отец моей дочери. – Пара минут и я всё объясню.

– Пффф! – вступается мой защитник. – Мужик, она с тобой ни о чём говорить не будет, а вот я бы с тобой с удовольствием поговорил. На улице.

– Свали, а? – обращается Рахманов к моему «парню». – Без тебя разберёмся! Она моя! Была и будет!

– Пффф! Конечно! Закати свои шары обратно, – хохочет мужчина за моей спиной. – Поздняк сосисоном махать. Занято!

– Рустам, как приедет Давид, напишешь, – прошу Лапина. – Мы пока с Лёшей пойдём в мой кабинет. Подождём там.

– Насть, какой кабинет? – продолжает Алексей дальше. – Вначале надо наглецу объяснить, как правильно с девушками общаться, особенно с такими красивыми, как ты.

Улыбка сама по себе возникает на моих губах от комплимента. Приятно, чёрт возьми. И защита, и приятные слова.

Но, заметив злой взгляд Назара, направленный на моего «парня», резко перестаю улыбаться.

Он убьёт его. Прямо сейчас.

Надо сваливать.

– Нет, Лёш, – кокетливо тяну и позволяю мужчине меня в объятия заключить. – Пойдём лучше в кабинет. Не будем марать руки о всяких там грязных и невежливых людишек. Нас с тобой это не должно волновать, – демонстративно флиртую с ним.

– Как скажешь, детка, – мужчина поигрывает бровями и, не прощаясь ни с кем, уводит меня в сторону моего убежища.

О боже!

Что я творю?

Глава 17

Назар

– Кто он? – рычу вопрос, глядя вслед уходящей Насте и мужику, решившему, что имеет на неё какие-то права. Которому она позволяет себя приобнимать, и что-то нежно шептать на ухо. Которому улыбается и что-то отвечает.

Она моя! Только моя! И точка!

Мне принадлежит!

И больше никто не может быть с ней, кроме меня!

Эгоистично, но правдиво!

Лишь я могу её касаться, обнимать, держать в своих руках и целовать. И быть она может только со мной!

Не верю, что моя фигуристка может что-то иметь с этим тупоголовым качком. На его бабки она бы не повелась. Сама небедная.

– Да не знаю, – Лапин пожимает плечами, спокойно отпивая коктейль, растягивая свой ответ. Чем