Ребенок от босса-негодяя - Анна Лапина

Мало, но из таких мелочей сложился общий портрет иного человека – Давида Есенского.

– И почему я?

– С Каримом бы обычным ударом в челюсть не обошлось, – хмыкаю, коротко хохотнув. – Алиса бы меня придушила, и плевать бы ей было на срок за убийство. Ты – меньшее из зол.

– Так позвал бы Настю, – предлагает, явно издеваясь. – Она бы тебя с распростёртыми объятиями и калачом встретила.

Закатываю глаза, но его провокации пускаю мимо ушей.

– С ней я встречусь в клубе. Оттуда она не сможет сбежать, как из аэропорта, как только увидела бы.

– А ты уверен, что попадёшь сегодня в клуб? Думаешь, я отвезу тебя, чтобы поиздеваться над Настей? Легче тебя в подвал и бить, пока жалко не станет. Карима и Алису позвать. Дай бог живым выползешь.

– Уверен! Это же частично и мой клуб, – напоминаю ему, чувствуя, как он начинает злиться. – А если не пустишь, то мне придётся вызвать ментов. Ты похитишь гражданина Венгрии. За это статья есть.

– Я им скажу, что ты Назар Рахманов и тебя посадят, – гадёныш думает, что обыгрывает меня, но нет.

– Вся биометрия подтвердит то, что я Давил Есенский. Уважаемый в Европе человек.

– Всё продумал? – спрашивает с кривым подобием улыбки, больше похожей на кривляние.

– Было время, – киваю и отворачиваюсь к окну, решив закрыть эту тему. Но следующий вопрос вырывается сам собой. – Ты видел мою дочь? – задаю вопрос, глядя на пейзажи, которые так и не смог забыть. Даже за два года отсутствия.

– Да. Красивая малая. Мой Матвей сказал, что женится на ней, когда закончит в садик ходить, – на его губах появляется улыбка, как и на моих. – Думаю, скоро породнимся. Если ты, конечно, станешь частью семьи Розы.

– Стану! – решительно заявляю. – Настя меня простит, когда я всё ей объясню.

– Той Насти, которую ты помнишь, уже давно нет, Назар, – заговаривает Лапин, и я слышу в его голосе сочувствие. – Ей слишком много пришлось пройти, чтобы сохранить себя и ребёнка. Она не простит. Возможно, с дочерью и даст видеться, но не больше.

А я и не говорю, что сразу.

Со временем простит. И примет.

– Опять же повторю: я сам со всем разберусь, Рустам! – кидаю, ещё не зная, что меня ждёт впереди.

Глава 16

Настя

– Ну я… я пойду. Да? – неловко мнётся мой помощник, отпрашиваясь на романтический вечер и ночь с женой.

– Да иди уже! – закатываю глаза, чувствуя веселье.

Вот вроде накаченный крепкий огромный шкаф, а передо мной стелется так, словно я с топором сижу и на щепки его разбить могу. Боится меня! Маленькую беззащитную женщину.

Смешной он.

– Спасибо! – восклицает и на пару секунд позволяет себе крепкие объятия со мной. Ну, для него это объятия, а у меня ощущения словно меня в мясорубку засунули, и скоро фарш сделают. И потом котлеты для романтического ужина.

И как он ещё жену не придушил своей силушкой богатырской? Как она ещё жива? И невредима?

– Иди уже! – смеюсь и, развернувшись, иду в свой кабинет.

Чёртов Есенский!

Вместо того, чтобы с дочерью быть и устроить день памяти Назара, я должна торчать в клубе и ждать, пока его венгерская задница соизволит приехать.

Вхожу в кабинет и запираюсь на ключ. Не люблю и не хочу гостей сейчас. Не в настроении я сегодня с кем-то говорить и притворяться.

А когда этот Есенский подъедет, то мне охрана и Рустам маякнут.

Включаю телефон, захожу в галерею, принявшись листать фотографии с Назаром. Их у меня куча. Как знала тогда, поэтому фотографировала нас каждую минуту. Смешных, весёлых, грустных… любых.

Теперь у меня есть не только воспоминания в голове, но и в телефоне. Могу в любой момент открыть и увидеть мужчину, которого буду любить всю жизнь.

«Насть, я не знал! Прости!» – всплывает непонятное сообщение от Лапина.

Нахмурившись, набираю его, чтобы потребовать объяснения и хоть что-то понять, но Рустам не берёт трубку.

– Очередной прикол, явно, – закатываю глаза, даже не обижаясь на друга.

После того как в интернете стали популярны пранки над родными по смс, я испытала на себе раз сто. И всё от него же. Мы с Алисой и Каримом у него жертвы номер один.

Решаю идти в обход и позвонить Алисе. Узнать заранее, что нужно отвечать на пранк. Обыграем засранца, так сказать. Но как только я заношу палец, чтобы набрать её, на экране высвечивается звонок от её мужа.

– Да, Рустам, – вздыхаю. – Чего ты там не знал?

– Того, – бурчит в трубку. – Мы припарковались, – недовольно продолжает. – Возьми, пожалуйста, водки. Стопочку. Или лучше сейчас бахни перед встречей с нами.

– Чего?

– Бахни водки и выходи, Насть! – раздражается. – Мы уже выходим из машины и идём в клуб.

– Ты нормально объяснить можешь?

– Нет, – коротко кидает. – Объяснять сложно. Тебе это надо увидеть.

– Да что не так с этим Есенским?! Или на парковке что-то? – пытаюсь хоть что-то выведать, но тщетно.

– С… Есенским, – небрежно называет фамилию и отключается.

Покачав головой, игнорирую совет Лапина выпить водки. Я не пью. От алкоголя я теряю контроль, а мне, как матери годовалого ребёнка, этого делать нельзя.

Поправляю на себе одежду. Убеждаюсь в зеркале, что с макияжем всё в порядке и лишь затем выхожу из кабинета.

Всё ещё не понимая, что происходит, иду по коридору, предполагая различные варианты. И то, что Есенский слишком молод, гей, у него нет руки или ноги. И даже ставлю вариант, что он трансвестит.

М-да уж! Ну неизвестно же, что у этих европейцев в голове.

Выйдя в зал, почти сразу же сталкиваюсь взглядом с тем самым приставучим мужчиной, которого намеревалась по субботам избегать. Заметив меня, натягивает на лицо улыбку и машет мне рукой, зазывая к себе. Указываю на часы и развожу руки, говоря, что времени нет.

– Позже? – спрашивает одними губами, и я киваю.

Мужчина мне подмигивает и возвращается к своим приятелям.

Хм-м… а он не так уж и плох. Сразу сказал, чего хочет. Ухаживает красиво, если вспомнить многочисленные цветы и подарки, которые он присылал в клуб. Даже после моих отказов продолжал.

Если однажды я решу вывести свою жизнь из паузы, то присмотрюсь к нему лучше. Он красив, подтянут и влюблён в меня. Одни плюсы. А его настойчивость… такая манера поведения. Я тоже в своё время была настойчива с Назаром. Зато у меня теперь есть Роза! Моя маленькая принцесса!

– Рустама не видел? – спрашиваю одного из вышибал, которого ловлю по пути следования.

– У бара, – указывает