Семнадцать белых роз - Кристин Лестер

— Одного я так и не понимаю! — воскликнула Валентина. — Где слон?

— Какой слон?

— Плюшевый. Вот ты все время спрашиваешь: какой. А он, между прочим, — подарок! От Майка!

— А правда, где слон?

— Во-от! — Подруга подняла указательный палец вверх. — Этого я добиваюсь от тебя уже битый месяц: где он, твой слон?

— Знаешь, Валентина, — Элли прошагала мимо нее в комнату, которая стала кладовкой для ее коробок с вещами, — мне пока не до него!

— Ну, по крайней мере, походка у тебя характерная… Трое суток! Боже мой! На трое суток выпасть из времени и жизни! Вы хотя бы разговаривали? Или все время…

— Замолчи!

— О-о! Какие у тебя плечи и шея! Тебе лучше носить свитер с глухим воротом. Недели две, пока не пройдет!.. Все-все! Прости, Элли. Я буду просто завидовать. Молча. Белой завистью.

— Меня Генри убьет. Я сорвала ему проект. Но я не буду у него работать.

— Нет. Он тебя не убьет.

— А что?

— Он пока в шоке. От того, что ты ушла к Майку.

— А откуда он…

— Так я ему сказала. Знаешь, когда у него пройдет шок, я приберу его к рукам! Можешь не сомневаться. Нет ничего легче, чем прибрать к рукам мужчину, пока он безутешен. А потом он поймет, что нуждается во мне… сильнее всего… и так далее.

— Ну ты даешь!

— А как ты думала? Тебе полцарства и полконя, а мне? Кстати, я не буду работать в «Метрополитене».

— Ага. Он и на работу тебя уже позвал?

— Угадала. Костюмером.

— Уверена, что это именно то, о чем ты мечтала всю жизнь!

— Не надо острить, лучше найди слона! И, кстати, почему ты не будешь работать у Генри? Майк ревнует?

— Нет.

— И зачем он тебе нужен — такой ревнивый?

— Я сказала: нет.

— Что ты все время ходишь взад-вперед мимо меня! Демонстрируешь свою походку?

— Не завидуй. Кстати, где твой художник?

— Художник — свободен. А почему, если не из-за ревности, ты не будешь у него работать?

— Что значит «свободен»?

— Я ему так сказала, когда он меня обидел. Свободен!

— А!

— Не уходи от ответа. Почему?

— Не знаю. Не мое это. Я все-таки попробую найти что-нибудь по своей специальности. Хотя бы частные заказы.

— Ландшафт? И где ты, прости меня, в Нью-Йорке собираешься его искать? Под асфальтом?

— Не знаю… — Элли остановилась. — Знаю! Валентина, я знаю!

— Все, приехали. Элли, а ты правда помолодела с ним.

— Еще бы!

— Да нет, я не о теле, а о душе.

— Я тоже о душе. Валентина, я знаю, кто будет работать у Генри!!!

— Кто?

— Моя сестра.

— Та, которой ты уже отвалила полмиллиона?

— Нет, другая.

— Но-но! Генри — мой! Ясно?.. А она, скорее всего, на тебя похожа…

— Вот именно! Как две капли воды! Младшая — Ингрид. Ей всего двадцать пять.

— Ее тоже бросил муж, и поэтому ее нужно куда-то пристроить? Лучше отдай ей вторые полмиллиона. А Генри будет моим.

— Нет. Но она всю жизнь мечтала работать на телевидении!

— Снова приехали.

— А что?

— Имей в виду: Генри ты будешь сообщать об этом сама! Но я, как костюмер, сильно против! — И, хлопнув дверью, Валентина вышла из комнаты.

Элли позвонила сестре и кратко изложила свою просьбу. Ингрид пришла в восторг, визжала от радости, хлопала в ладоши, и Элли ясно представила, как она сейчас прыгает с телефонной трубкой в руках.

— Элли! Ты просто чудо! Надо же, как у тебя все здорово вышло! Кстати, а почему ты сама отказалась?

— Тут… у меня другие планы. В общем, я с ним переговорю, думаю, что он согласится, мы же с тобой похожи.

— Да, а мне придется делать такую же стрижку, как у тебя?