Майя для сурового - Ульяна Романова

– Майя, я переживаю за тебя. У тебя нет опыта, а ты отказываешься принимать помощь, которую я реально могу оказать. Но для этого ты должна мне довериться, понимаешь? Я не желаю зла ни тебе, ни компании твоего дяди, поверь, – проникновенно говорил он, заглядывая мне в глаза.

А я наконец вздохнула полной грудью.

– Хорошо. Но ты больше ничего от меня не скрываешь, – поставила я условие.

– Очень постараюсь, – пообещал Богдан. Протянул руку и взял меня за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза: – Обещаю, – прошептал он, удерживая мой взгляд. – Мы тоже проиграли тендер, так что теперь на равных.

– Суворов, ну почему нельзя было рассказать об этом утром? – взвыла я.

– После того, как я обнаружил тебя в шкафу с этим кудрявым красавчиком? – иронично уточнил Богдан. – Только тебе могло прийти в голову залезть в шкаф.

– Там до меня уже двое сидели, – фыркнула я.

– Майя, я просто хотел взять часть твоих проблем на себя, понимаешь? Ты мало спишь, почти не ешь и все время дергаешься.

«Отчитывает как папа», – пришла мысль.

– Я никак не могу найти к тебе подход. Мышка, хватит закрываться, – попросил он, поглаживая большим пальцем мою скулу, – говори со мной, я хочу знать, о чем ты думаешь, что тебя волнует.

В груди болезненно заныло от его слов, а моя душа испуганной птичкой вылезла из своего гнезда и с надеждой уставилась на Богдана. Ей так хотелось ему поверить, открыться и перестать искать подвох. И я просто обняла Суворова за шею, уткнувшись носом в ключицу, и вдохнула знакомый и ставший таким родным запах. Будь что будет, в этот раз я поступлю так, как велит сердце.

Суворов не выдержал и завалился назад, утягивая меня за собой. Мы упали, весело смеясь.

В этот момент с улицы послышался звук открываемых ворот, и во двор въехала машина. Богдан поднялся первый и, подав мне руку, аккуратно поставил на ноги. Нас ждал сюрприз – вместе с двумя семействами в дом вошёл дядя Дима. Выглядел он свежим и отдохнувшим, а на губах дражайшего родственника играла мягкая улыбка.

Я первая сделала шаг, чтобы обнять папу, расцеловать маму и тепло поприветствовать дядю Диму.

– Вы рано, – заметила я.

– Я ненадолго вернулся, – погладив меня по голове, сообщил дядюшка.

– Так, дорогие, идите в гостиную, сейчас я быстренько накрою на стол, – подталкивала Тася всех к выходу.

Мы расселись в гостиной. Богдан устроился в кресле и притянул меня к себе. Было тесно, но уютно. Я положила голову ему на плечо и наслаждалась поглаживаниями теплой ладони по плечу.

Мама Богдана очень внимательно нас изучала, но неодобрения в ее взгляде я не чувствовала, скорее, тревогу. Знала ведь, что сыну не трепетная лань досталась.

Дядюшка тоже странно на меня смотрел и неловко мялся, не решаясь начать разговор. Мне порадовать его тоже было нечем.

И вот в этот момент началось все самое интересное.

Раздался звонок от центральных ворот, и папа отправился узнать, кого, собственно, принесло. Когда родитель вернулся в гостиную, его лицо было немного побледневшим, а глаза удивленно округлились:

– Там Никитин приехал, – сообщил папа и строго поинтересовался: – Давно ты с ним дружишь?

Я неопределенно пожала плечами, очень удивленная пиететом, который отец проявил к  фамилии Никитин. Поднялась с кресла и приготовилась встречать дорогого гостя.

В дом вошла целая делегация: сосредоточенный Михаил, за ним неловко улыбающийся Вадик, следом скромно шагал Стас, а за ними муж Киры Демьян.

– Всем здрасьте, – оглядев наше семейство, поприветствовал Михаил, пожимая руку отцу.

Когда общие приветствия закончились, я заметила краем глаза выражение лица дядюшки. Он с ненавистью смотрел на Стаса, который, не найдя сидячего места, просто прислонился спиной к косяку двери и лениво разглядывал обстановку.

– Майя, собирайся, ты нам нужна, – попросил Михаил.

– Зачем? – подозрительно уточнил папа, а я спрятала улыбку, понимая, что квадрокоптер нужно протестировать, и управлять им, кажется, собирается Демьян.

Тот, к слову, иронично улыбаясь, периодически кидал на Михаила насмешливые взгляды, но молчал.

– Пять минут, – обрадовалась я, хватая Вадика за руку и ведя наверх в свою комнату. – Почему не позвонили? – шепотом поинтересовалась у лучшего друга.

– Звонил, – отчитался Вадик, – раз пять.

– Я кое-что выяснила, – продолжила я шептать уже в комнате и принялась рассказывать Вадику то, о чем мне поведал Богдан, одновременно переодеваясь. Вадика я не стеснялась, глупо смущаться, когда ты с сидел с человеком на соседних горшках.

– Святые ежики... Вот мерзавка, – корректно высказался Вадик. – Ладно, пошли.

Мы спустились вниз и услышали звуки скандала. Кричал дядюшка. Громко и матом, а он у нас в семье, вообще-то, всегда был самым спокойным.

– Идиот! – выговаривал дядюшка Стасу. – Ты мне все испортил!

– Дима, там и до моего прихода все плохо было, – пытался воззвать к голосу разума Стас.

Михаил стоял между ними живой стеной. Того и гляди дядюшка налетит на Стаса с кулаками.

Мы с Вадиком так и застыли на лестнице, я – держась за перила, а Вадик положил ладонь мне на плечо.

– А ты? – увидев меня, крикнул дядя Дима. – Я для чего тебя на свое место посадил?! Вы должны были от него избавиться! Какого вас в тендер понесло?

Кажется, после подобного заявления я знатно побледнела. Вот, значит, какого дядюшка о нас мнения. Судя по его словам, мы с Вадиком годимся только для пакостей?

От взгляда Богдана на дядю Диму я поежилась – бешеный и ледяной. Папа тоже стушевался, а вот матушка, которая явно не знала истинной причины моего директорства, резко повернулась к папе, яростно прожигая того взглядом.

Дядя Дима замолчал на полуслове, понимая, что ляпнул лишнего, и в комнате повисла мертвая тишина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍