Майя для сурового - Ульяна Романова

– Я не виновата, что он сломался, – заявила я, тыча пальцем в неисправный уже тостер.

– Нет, конечно, – вздохнул Бага, сделал несколько шагов ко мне и крепко прижал к себе.

Я обняла его за талию и прикрыла глаза, а когда он нежно погладил меня за ухом, практически замурчала, подставляясь ласке.

– Выспалась? – поинтересовался Суворов, целуя в макушку.

– Нет, – призналась я, уткнувшись носом в грудь Богдана.

– Тогда какого хрена вскочила так рано? Иди ложись, – пожурил меня Бага.

– Не получится, – тяжело вздохнула я. – Михаил потребовал, чтобы все присутствующие были в офисе ровно в одиннадцать. При параде и с хорошим настроением!

– Тогда нам нужен кофе, – подмигнул Богдан.

Нехотя разорвала объятия, а потом голодными глазами разглядывала полуголого Богдана, стоящего ко мне спиной и колдующего над кофемашиной.

Как же мне хотелось остаться дома, только вдвоем! Заниматься любовью, просто разговаривать и, возможно, наконец-то выспаться. Хотя с Богданом это было невероятно сложно. Он одним взглядом разжигал во мне пожар такой силы, что тело плавилось. От страсти, неги и невероятной, болезненной нежности в груди.

Решив, что долгое разглядывание Богдана приведет нас прямиком в постель, откуда выбраться будет невероятно сложно, отправилась в прихожую за своим мобильным. Проверила входящие: пятнадцать от матушки, десять от Руслана и один скромный звонок от папы.

Нажала на дозвон и спустя несколько секунд услышала взволнованный голос брата:

– Ты как?

– Терпимо, – накручивая на палец подол длинной футболки Богдана, ответила я.

– Мама всю ночь им мозг чайной ложкой кушала, – со смешком сообщил Руслан. – Папа уже сотню раз пожалел, что подписался под дядину авантюру. Где ты?

– У Богдана.

– Домой сегодня приедешь? – напряженно поинтересовался Руслан.

– Посмотрим, – неопределенно ответила я.

– Майя, папа виноват, и признает это. Нужно поговорить, – настаивал брат.

– Знаю. Но сегодня у меня дела.

– Помощь нужна?

– Нет, справимся, – улыбнулась я.

– Сестренка, я за тебя переживаю, – признался Рус. – Как дела с Богданом?

– Не буду говорить, – выдохнула я, страшась говорить вслух о том, что у нас все хорошо. Потому что в любую секунду ситуация могла измениться.

– Маме позвони, – довольно закончил Руслан и сбросил вызов.

Разговор с мамой занял много дольше времени. Родительница все еще негодовала на папино коварство и требовала моего немедленного появления в родных стенах. С трудом, но мне удалось убедить матушку, что у меня все хорошо. Решающую роль сыграл Богдан, забрав у меня мобильный и убедительно пообещав маме, что присмотрит за мной и не позволит хандрить.

– Пойдем завтракать, – подмигнул он, закончив разговор.

Мы снова вернулись в кухню, где на столе стояла одна-единственная тарелка с омлетом и две чашки кофе: с молоком и без. Богдан хитро улыбнулся и усадил меня к себе на колени. Взял вилку и принялся кормить, как маленькую, а свободной рукой забрался под футболку и поглаживал спину, отчего по телу разлилось приятное тепло, и побежали крохотные мурашки.

Раньше я думала, что нет ничего интимней секса, но в тот момент поняла, что сильно ошибалась!

– Тебе не идет моя футболка, – сообщил Суворов, цепляя на вилку кусочек омлета.

– Да? А по-моему, очень здорово, – улыбнулась я, открывая рот.

Богдан пронес вилку мимо и, довольно жмурясь, съел омлет.

– Не прячься от меня, – попросил он, заглядывая мне в глаза. – Мы дома одни, к чему одежда? – поинтересовался он таким тоном, что низ живота мгновенно заныл, а дыхание сбилось.

– Я стесняюсь, – призналась, сглотнув ком в горле.

– Кого? Пауков в моем доме нет, – закатил глаза Суворов, теснее прижимая меня к себе.

Меня передернуло от одного только воспоминания о лесном монстре. Я схватила кружку и сделала большой глоток кофе, отведя взгляд.

– Мышка, нужно бороться с твоими комплексами, – покачал Бага головой.

– Не торопи меня, – попросила я. Поставила кружку обратно на столешницу и закинула руки Богдану на плечи, зарываясь пальцами в волосы.

– Не буду, – покорно согласился Суворов.

Я наклонилась, потянувшись губами к его щеке, но Богдан повернул голову, и поцелуй пришелся прямо в губы. Суворов застонал, обхватывая мою талию ладонями, и углубил поцелуй, проникая мне в рот языком и встречаясь с моим. Забыв, что мы нужны в офисе, я полностью сосредоточилась на собственных ощущениях.

Нас привел в чувство звонок моего мобильного. Звонил, конечно, господин Никитин. Пришлось срочно бежать в душ и собираться в офис.