Майя для сурового - Ульяна Романова

– Что у вас произошло? – поинтересовался Вадик, все еще прижимая меня к себе. – Меня не было несколько минут, а вы уже умудрились поругаться?

– Я видела, как Богдан провожает Николь, мило с ней беседуя, а потом спряталась в шкаф к Стасу и Полине, – очень коротко сообщила я.

Вадик округлил глаза, явно обалдевая от происходящего, перевел взгляд на Стаса, но тот только отмахнулся. Полина же мудро решила, что лучше ретироваться. Она тихо извинилась и очень быстро нас покинула.

Почувствовала влагу на щеках и только тогда поняла, что плачу. Вытерев слезы, несколько секунд смотрела на влажные пальцы, затем резко поднялась. Нельзя меня до слез доводить! Злость накрыла с головой, а идеи пришли сами собой.

– Стас, организуй общий сбор, – потребовала я, поднимаясь на ноги и выпрямляя спину. Шмыгнула носом несколько раз и утерла остатки слез.

Ну что ж, самая опасная женщина – обманутая. И плевать на Богдана, жила же я без него столько лет. И еще проживу. А вот оставить людей без средств к существованию мне совесть не позволяла.

– Ой, началось... – провыл Вадик, хватаясь за голову. – Ты что задумала?

– Нам нужны деньги. И мы их заработаем, – решительно сообщила я.

– Как? – заинтересовался Вадик. – Предлагаю продать что-нибудь ненужное. Стаса, например.

Стас поперхнулся воздухом и уже собрался отвесить Вадику затрещину, но я вмешалась и полюбопытствовала:

– А что ты делал в шкафу с Полиной?

Вадик сощурил глаза, подозрительно глядя на Стаса, а тот неожиданно смутился и даже покраснел!

– Понятия не имею, зачем она меня в шкаф затащила, – огрызнулся он.

Неубедительно!

– Я бы снова хотел уточнить, почему ему можно кого-то «клеить», а мне нет? – праведно возмутился Вадик.

– Закрыли тему, – грозно потребовала я и попросила: – Пригласите всех в конференц-зал.

Выяснять отношения в новообразованном любовном треугольнике Стас-Полина-Вадик не было никакого желания, учитывая, что интерес Вадика к девушке закончится в тот же миг, как она окажется в его постели. Поэтому нужно было переключить внимание лучшего друга на что-то более важное. Работу, например.

В конференц-зале начали появляться крайне недовольные коллеги. На лицах читалось: «Снова нововведения? Достали!» И впервые за все время работы меня это взбесило! Мы втроем стараемся, как можем, только что не на ушах стоим, чтобы сохранить людям рабочие места, но каждый раз они чем-то недовольны.

Вадик и Стас встали рядом со мной, остальные рассредоточились по помещению. Те, кому не хватило стульев, лениво подпирали стену. Многие общались между собой, деланно не обращая на нас внимания. И это было последней каплей!

– Господа, вы все уволены! – громко объявила я и даже насладилась наступившей звенящей тишиной.

Кто-то даже умудрился уронить на пол мобильник. Мне бы «говорящие» заголовки писать...

– ... Можете вы услышать через пару месяцев, если с сегодняшнего дня мы не начнем исправлять ситуацию, – закончила я, с удовольствием наблюдая аристократическую бледность на лицах некоторых.

– Второй директор тоже сломан, – под нос комментировал Вадик, но я услышала.

– И что нам делать? – тревожно поинтересовался Толик.

– Толя с Полиной, позвоните Кире. Возьмите все ее наброски по обучающей программе для онлайн-школы и составьте годный учебный план, – дала я первое указание. – Отчитываетесь Стас Михалычу.

Полина опустила глаза и принялась вертеть в ладонях шариковую ручку. Стас тоже странно на меня посмотрел, но промолчал.

– С сегодняшнего дня мы беремся за разовую настройку рекламной кампании, – я со значением посмотрела на оставшихся двух таргетологов. Те боязливо кивнули. – Бухгалтерия, подумайте, на чем еще мы можем сэкономить, не урезая зарплат и премий. Отчет мне завтра. Операторы, – перевела я гневный взгляд на стайку ярких дамочек, – все разговоры начнут записываться, никакого «слива» клиентов. Отказ – максимум десять процентов. Ведем по «воронке» к покупке. Кто не знает, что такое «воронка», гугл в помощь, – резюмировала я. – Я вам не Стас, премии лишать не буду. Сразу уволю.