Дерзость – не порок - Мишель Дуглас

– Или я еще что-то не так сделала?

Она налила ему стакан воды. Он залпом выпил половину, затем прохрипел:

– Белла, я уже сказал вам, вы все сделали правильно.

– Не надо! – Она оттолкнула тарелку. – Если бы я все сделала правильно, вы бы уже были податливый, как пластилин, в моих руках.

– Белла!

– Но вы не как пластилин, и я очень расстроена. Я девушка, которая хочет извлекать уроки из своих ошибок. Итак?

У него застучало в висках.

– Если бы я так хорошо не знал вас, мы бы уже срывали друг с друга одежды, но…

– Мне нравится. Отличная идея! – Она не стала скрывать внезапное волнение.

– Но я знаю вас.

Его слова дошли до нее не сразу. Белла была в ужасе от своей полной беззащитности перед этим мужчиной, но ничего не могла с этим поделать.

– Не смотрите на меня так, – простонал он.

– Вы говорите мне, что я вам недостаточно нравлюсь, чтобы заниматься со мной любовью? Как я должна выглядеть?

– Дело не в том, что вы мне не нравитесь! – прокричал он. – Дело в том, что вы мне слишком нравитесь!

Она заморгала.

– Вы называете это занятием любовью – я называю это сексом. Сейчас вы вся горите желанием, но завтра или послезавтра вы пожалеете о том, что поступили опрометчиво. Вы будете сожалеть, что занимались со мной сексом. Я не хочу такой ответственности.

Она не будет жалеть. Белла это знала так же хорошо, как и рецепт торта с шоколадной глазурью.

– Доминик, я не заблуждаюсь на ваш счет. Я не мечтаю, что мы займемся… сексом, и потом вы внезапно превратитесь в принца, который признается мне в вечной любви и сделает предложение руки и сердца на пляже при свете заката.

Он уставился на нее:

– Заката? Вы ничего не говорили про закат.

– Это я сейчас додумала, – парировала она.

Она протянула руку и прижала к его груди.

– Я никогда в жизни так не хотела мужчину, Доминик. От одного вашего взгляда мне становится тяжело дышать. – Его сердце забилось еще сильнее. – Вы прикасаетесь ко мне, и мое тело вдруг все оживает. Краски и запахи становятся ярче и острее, а весь остальной мир куда-то исчезает. Я хочу заняться с вами любовью. Я хочу узнать, как прекрасна будет одна ночь с вами. Мне не нужны ваши обещания. Я только жажду ваших прикосновений и вашего тела, Доминик.

Он замер. Из груди вырвался глубокий вздох. Стук его сердца продолжал отзываться в ее ладони, и волнение охватило Беллу. Он заставил ее посмотреть на него. Она не могла дышать. Сейчас он поцелует ее!

Он наклонил голову Беллы; ее губы раскрылись в предвкушении, глаза закрылись…

– Откройте глаза, – скомандовал он.

Белла подчинилась. Он был безжалостен.

Доминик разгадал ее самую сокровенную тайну. Белла почувствовала это по тому, как содрогнулось его тело, как его пальцы сильнее сжали ее подбородок и потом отпустили.

– Нет, – выдавил он.

Она не будет себя обманывать, нет.

– Это правда. – Она пожала плечами и попыталась улыбнуться.

Он вздрогнул и выругался.

– Вы видите? Уже поздно. Будем мы заниматься любовью или нет, Доминик, я уже полюбила вас.

– Этого не должно было случиться.

Она пожала плечами:

– Я ничего от вас не жду. Ну, разве что ночь или три ночи удовольствия.

На мгновение ей показалось, что он улыбнется. В душе вспыхнула надежда.

Рука Доминика обхватила ее голову, и он притянул ее поближе к себе. Его губы прижались к ее губам в страстном поцелуе – настоящем, страстном поцелуе, от которого кровь забурлила по венам и кожа вся загорелась.

Он отстранился и прижался лбом к ее лбу:

– Простите, Белла. Я не хотел обидеть вас.

– Я знаю, – прошептала она, – вы не виноваты.

Никто не виноват, но она не была уверена, что Доминик услышал ее. Он уже уходил.

– Куда вы? – выдавила она.

– Собираю вещи. Я съезжаю. Увидимся в понедельник.

Белла села за стол.

Немного погодя захлопнулась входная дверь, и звук эхом отдался в ее сердце. Доминик ушел, даже не попрощавшись.